ОБЩАЯ ЧАСТЬ ГЛАВА 1 ПОНЯТИЕ ЗЕМЕЛЬНОГО ПРАВА - Страница 6 PDF Печать
Аграрное право - Б.В. Ерофеев Земельное право России

 

1.7. Место земельного права в общей системе права России

Общественные отношения как предмет правового регулирования весьма динамичны и подвижны,* между ними нет застывших граней, а по­этому в практике правового регулирования зачастую возникают пробле­мы в разграничении предметов правового регулирования, вынесений воп­роса, о том, к какой отрасли права можно отнести тот или иной случай.

В силу этого и встает проблема отграничения земельного права от других отраслей права и определения места его в общей системе пра­ва России.

Рассмотрим основные критерии, позволяющие отграничить земель­ное право от смежных правовых отраслей.

1.     От   государственного   права земельное   отличается   тем,   что предметом регулирования последнего являются экономические земель­ные отношения, а не отношения по государственному устройству, обус­ловленные политическими мотивами, что составляет задачу правово­го регулирования государственного права.

Земля как территория регулируется земельным правом в качестве территориального базиса размещения производительных сил: строитель­ства объектов, выращивания лесополос, отведения земли под пашню и т.п. Нормы же государственного права решают вопросы при организа­ции и определении границ территории как обязательного признака го­сударства; эти границы определяют пределы государственной власти.

2. От  административного  права, для   которого  характерно  нали­чие власти и подчинения, земельное отличается тем, что хотя в нем и
присутствуют отношения субординации, но они касаются лишь регу­лирования узкого круга земельных общественных отношений, за пре­делами которых субординация, соподчиненность прекращается. Этим кругом являются те отношения, которые влияют на судьбу земли. На­
пример, недопустимо без разрешения компетентных органов присту­пать к использованию земельных участков до установления границ
этих участков в натуре (на местности) и выдачи документов, удосто­веряющих право собственности, владения, пользования и аренды. Со­ответствующий  государственный  орган тем  самым  имеет решающее слово в деле предоставления земельного участка. Однако за предела­ми этого управленческого действия (т.е. когда границы участка уста­новлены в натуре и выдан соответствующий документ) полномочия
указанного органа кончаются, и он не вправе обязать землепользова­теля совершать действия, не предусмотренные законом.

3. Отграничение гражданского права  от земельного до принятия нового ГК РФ почти не вызывало особых затруднений и состояло в том,
что объектом второго являлась земля, а не какое-то другое имущество.

Закрепление в новой Конституции РФ частной собственности на землю, восстановление в законодательстве категории недвижимости, разрешение купли-продажи земли, а следовательно, и появление земель­ного рынка, разрешение залога земли, ипотеки и др. дали возможность цивилистам поставить вопрос о пересмотре важнейшего и основопо­лагающего принципа в отношении земельного и гражданского законо­дательства.

До принятия нового ГК РФ существовал приоритет земельного законодательства в регулировании земельных отношений по сравнению с гражданским законодательством, который был закреплен во всех основополагающих актах в гражданском праве и существовал на про­тяжении десятилетий1.

Ликвидация важнейшего приоритета в земельном праве началась с Указа Президента РФ от 27.10.1993 № 1767 «О регулировании земель­ных отношений и развитии аграрной реформы в России» (утратил силу), в котором было закреплено, что совершение сделок с земельными уча­стками регулируется гражданским законодательством с учетом земель­ного, природоохранного и иного специального законодательства.

ГК РФ не только закрепил все эти нововведения, но и продемонст­рировал наиболее яркий пример отхода от принципа приоритета зе­мельного права в регулировании земельных отношений, в него вклю­чено большое число норм, регулирующих земельные отношения по принципам гражданского права (купля-продажа земли, ее неограничен­ное приобретение и т.п.). Однако главное — в нем исключена норма о том, что гражданское право регулирует земельные отношения лишь в той мере, в какой они не урегулированы земельным законодатель-, ством. Зачеркнув все положительное, что было наработано в нашей стране земельным правом, обратили не всегда оправданное внимание на гражданское право.

В Российской Федерации земля и другие природные ресурсы со­ставляют основу жизни и деятельности общества, именно в этом ка­честве они используются и охраняются. Следовательно, правовое ре­гулирование использования и охраны земли есть правовая сфера осо­бого рода, роль которой выполняет земельное право.

Но самое главное состоит в том, что гражданское и земельное пра­во базируются на разных принципиальных положениях правового ре­гулирования имущественных отношений.

Гражданское право исходит из автономии воли субъектов, недопу­стимости вмешательства в частные дела, неограниченности имущества, свободы распоряжения имуществом вплоть до его порчи и уничтоже­ния, свободы договоров и т.п.

Автономия воли означает способность лица и имеющуюся у него (предоставленную государством) возможность самостоятельно и сво­бодно формировать и проявлять свою волю. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои граж­данские права своей волей и в своем интересе. Из сказанного видно, что гражданско-правовой метод предполагает широкую возможность выбора между несколькими вариантами поведения в пределах, уста­новленных законом, иными словами, диспозитивность в гражданско-правовом регулировании преобладает. Земельное же право исходит из наличия у субъекта собственности не только прав, но и обязанности рационального использования земли в соответствии с целевым назна­чением; нормирования количества земли в собственности, государ­ственного контроля за использованием и охраной земель, регулирова­ния рынка земли и т.п.

Однако если обычное имущество представляет собой материаль­ное благо, созданное человеческим трудом, то земля — естественно возникший объект природы, который подобен организму и существу­ет по особым объективным законам природы. Эти признаки нашли свое отражение в земельном праве и не присущи гражданско-право­вому регулированию. Так, если улучшение имущества, сданного вна­ем, допустимо по правилам гражданского права лишь с согласия най-модателя, то улучшение арендованной земли (повышение плодородия и т.п.) является обязанностью арендатора независимо от согласия арендодателя.

Если же объектом гражданских отношений является имущество, не­разрывно связанное с землей (здания, сооружения), либо земля (почва, грунт), отторгнутая и потерявшая природную взаимосвязь, то данные общественные отношения входят в предмет гражданско-правового регулирования. Например, купля-продажа садовых домиков, плодово-ягодных насаждений, почвосмесей, применяемых в парниках и тепли­цах, регулируется нормами гражданского права.

Согласно ч. 3 ст. 2 ГК РФ, если имущественные земельные отно­шения основываются на административном акте (а таких видов земель­ных отношений, как известно, немало), то эти отношения не регулиру­ются нормами гражданского права. Они находятся в исключительной сфере земельно-правового регулирования. Поэтому неправомерны высказывания некоторых ученых-цивилистов о том, что все без исклю­чения земельные отношения должны регулироваться нормами граж­данского права.

Включение земли в отношения собственности, а значит, и сделки купли-продажи, осложнили отграничение земельных отношений от гражданско-правовых. Так, например, при продаже земельного участка возникают две группы отношений: земельные, касающиеся переофор­мления купленных земельных участков, и гражданские, возникающие при процедуре купли-продажи этих участков. Земельно-правовая и гражданско-правовая процедуры тесно переплетаются и взаимообус­ловливают друг друга: земельно-правовые нормы дают основания гражданско-правовым сделкам, а в гражданско-правовых сделках практиче­ски реализуются земельно-правовые нормы.

ГК РФ вновь восстановил категорию недвижимости.

Расширение сферы действия гражданского законодательства во многом основано на ошибочном понимании понятия вещей (просто вещей), данном в ст. 128 ГК РФ «Виды объектов гражданских прав», и неправильном определении в ст. 130 ГК РФ «Недвижимые и движи­мые вещи». Подробно об этом уже было сказано.

Внесение соответствующих изменений в указанные статьи ГК РФ позволит изъять землю (недвижимость) и другие природные ресур­сы, а следовательно, и всю экологическую систему России в целом, из дальнейшего «овеществления», исключить эти отношения из сфе­ры только правового регулирования гражданского законодательства и включить их главным образом в сферу земельного законодатель­ства, установив его приоритет в регулировании очень важной час­ти земельных отношений перед гражданским законодательством, ко­торое следует применять к земельным отношениям лишь в тех слу­чаях,  когда они не урегулированы земельным законодательством.

4. Отличие финансового права от земельного заключается в том, что если предметом первого являются отношения по обороту финан­совых средств, то в предмет второго финансовые отношения входят частично и лишь в той части, которая касается обеспечения условий надлежащего использования земельных участков. Например, финанси­рование проектно-изыскательских работ по размещению объектов на земельных участках допускается только после вынесения органом ме­стного самоуправления решения о предварительном согласовании ме­ста размещения данных объектов.  Иначе говоря,  нормы земельного права взаимодействуют с финансово-правовыми лишь в области, обес­печивающей устранение причин и условий, способствующих нерацио­нальному размещению этих объектов и непроизводительных затрат на проектно-изыскательские работы.

5. От экологического  права земельное отличается тем,   что если эколого-правовые нормы регулируют отношения, возникающие в свя­зи с охраной экосвязей природных объектов, то земельное право ре­гулирует  преимущественно  экономические  земельные   отношения, возникающие в связи с предоставлением, изъятием земель, порядком их использования.  При этом в предмет земельного права входят и отношения, связанные с экологизацией землепользования, однако эта экологизация  имеет  вспомогательный  характер.   Так,   требование улучшения  экологической  обстановки  на территории  в результате хозяйственной деятельности является обязательным элементом землеустроительных действий и деятельности по реализации прав соб­ственника на землю, землевладельца, землепользователя и аренда­тора земли.

Если в предмет эколого-правового регулирования входят отноше­ния, связанные с охраной вод, лесов, недр, дикой фауны и атмосферно­го воздуха, то в предмет земельного права входят лишь отношения, связанные с использованием земли. Согласно ЗК РФ, горные, лесные, водные отношения, а также отношения по использованию и охране ра­стительного и животного мира, культурных ландшафтов и атмосфер­ного воздуха регулируются специальным законодательством.

Земельно-правовые и эколого-правовые отношения тесно перепле-н»тся и взаимообусловливают друг друга. Например, земельно-эколо-гические права граждан — право граждан на благоприятную окружа­ющую среду, элементами которой являются з-емля, почва (ст. 42 Кон­ституции РФ), а также право граждан и их объединений иметь в частной собственности землю (ст. 36 ч. 1 Конституции РФ), владеть, пользоваться, распоряжаться ею единолично или совместно с други­ми гражданами (ст. 35 ч. 2 Конституции РФ), право граждан на не­прикосновенность земли как недвижимого имущества (ст. 35 ч. 2 Кон­ституции РФ).

6. От аграрного права земельное отлично тем, что предметом первого являются производственные отношения, складывающиеся в сфере производства сельскохозяйственной продукции, а земельно-пра­вовое предписание направлено на создание надлежащих предпосылок для сельскохозяйственной эксплуатации угодий (предоставление зе­мель в пользование, установление критериев рационального их исполь­зования, порядка выделения земельных участков для создания кресть­янских хозяйств и т.д.)1.

Если объектом земельно-правовых отношений является только зем­ля, то объектами аграрного права могут быть средства производства, сельскохозяйственные технологии и иные объекты, необходимые для нормального функционирования сельскохозяйственного предприятия.

Вместе с тем объекты аграрного права отличны и от объектов граж­данского права, поскольку первые связаны с использованием угодий, находясь в сфере сельскохозяйственного производства. Взаимосвязь с землей накладывает на имущественные объекты отпечаток, влия­ющий на их юридический статус. Например, мелиоративная стационар­ная система используется в режиме, продиктованном объективными законами природы (весенне-летний цикл работы, обеспечение режима почвенной влаги, подчиненность ритма работы фазам роста выращи­ваемой сельскохозяйственной продукции и т.п.).

Объекты аграрного права (техника, сельскохозяйственные сооруже­ния, мелиоративные устройства и т.п.) являются элементами сельско­хозяйственной технологии, правовое регулирование отношений кото­рой, в силу их специфики, нуждается в наличии определенных норм аграрного права.

7. От трудового права земельное отличается тем, что предметом первого является внутренний трудовой распорядок предприятий-зем­лепользователей, а предметом второго — земельный распорядок.

Поскольку земельный распорядок на предприятии реализуется че­рез трудовой распорядок, то нормы земельного и трудового права, бе­зусловно, тесно взаимосвязаны. Например, сельхозпредприятие обяза­но эффективно использовать свои угодья, повышая их плодородие и применяя природоохранные технологии, однако эта цель может быть достигнута через надлежаще поставленную в данном хозяйстве дис­циплину, применение стимулов и других мер воздействия, предусмот­ренных трудовым законодательством.

Трудовым правом предусмотрены меры ответственности за наруше­ние земельного законодательства. Так, за непринятие мер к охране зе­мель, за их порчу, нерациональное использование, являющееся наруше­нием трудовых, в том числе должностных, обязанностей, виновные мо­гут подвергаться дисциплинарной, материальной ответственности, лишению льгот и преимуществ, применяемых администрацией пред­приятия.

Однако такие меры не могут применять иные лица, кроме админи­страции предприятия, и процедура применения указанных мер воздей­ствия является исключительно предметом трудового права.

Как уже отмечалось, земля имеет особый правовой статус, отлич­ный от правового статуса обычного имущества, что сказывается на про­цессуальном характере земельных отношений. Так, если обычные иму­щественные отношения имеют относительно свободный режим (иму­щество может использоваться для любого назначения, здание может переоборудоваться для любого вида использования), то земельные участки эксплуатируются строго по целевому назначению. Значит, и процедура разрешения земельных споров ограничена особенностями правового статуса того или иного земельного участка. Например, орган по рассмотрению земельных споров не вправе удовлетворить заявле­ние организации о расширении хозяйственной деятельности на зем­лях оздоровительного назначения, если это несовместимо с интереса­ми использования данных земель.

 

Подводя итог сказанному, можно сделать следующие вы­воды.

  1. Земельное право занимает самостоятельное место в общей системе права России, его нормы регулируют специфическую груп­пу земельных отношений, составляющую предмет- земельно-право­вого регулирования.
  2. В силу динамичности общественных отношений возникают определенные трудности в отграничении предмета земельно-пра­вового регулирования от предметов правового регулирования иных отраслей российского права.
  3. Критерием отграничения предметов правового регулирова­ния является специфика общественных отношений, объектом ко­торых является земля.

Правильное отграничение предмета земельно-правового регули­рования от предметов смежных отраслей права является обяза­тельной задачей формирования знаний будущих специалистов. Поэтому усвоение данного вопроса должно сопровождаться реше­нием практических задач по наиболее типичным ситуациям, в ко­торых затруднено определение предмета земельно-правового ре­гулирования.