Глава 2. Наука конституционного права - Страница 2 PDF Печать
Конституционное право - М.В.Баглай Конституционное право зарубежных стран

 

§ 2. "Классическая школа"

На первом этапе развития науки конституционного права гос­подствующее положение в ней занимала так называемая "класси­ческая школа",  заложившая основы развитой демократической конституционно-правовой доктрины. Эту школу называют также "юридической", поскольку свою главную задачу ее представители видели в разработке основополагающих принципов, норм, катего­рий государственного права, систематизации его норм, восполне­нии пробелов и т. п., что было особенно важным в становлении нового конституционного права. Для обоснования данного научно­го подхода использовалась методология юридического позитивиз­ма — сознательное ограничение предмета юридической науки лишь правовой формой общественных явлений. Все видные представи­тели классической школы исповедовали именно такое методоло­гическое кредо.

По утверждению немецкого ученого П. Лабанда, научная за­дача изучения действующего права "заключается в конструиро­вании правовых институтов, в приведении отдельных правовых положений к общим принципам и, с другой стороны, выведения вытекающих из этих принципов следствий. Для разрешения этой задачи нет других средств, кроме логики... Все исторические, по­литические и философские рассуждения, как бы они ни были ценны сами по себе, для догматики определенной правовой мате­рии не имеют значения и часто служат лишь для того, чтобы скрыть недостаточность конструктивной работы"1.

Видный российский правовед Ф. Ф. Кокошкин подчеркивал, что юридическая наука о государстве, т. е. наука государственно­го права, изучает не совокупность всех явлений, связанных с го­сударством, а лишь "ту правовую связь, которая соединяет лю­дей в такой союз; она изучает государственную жизнь лишь по­стольку, поскольку она определяется нормами права. Изучая таким образом явления государственной жизни только с одной стороны, юридическая наука не стремится дать этим явлениям полной, все­сторонней, исчерпывающей характеристики, но стремится толь­ко выяснить их правовую сущность, их юридическую природу"2.

Самый, пожалуй, видный представитель классической шко­лы — немецкий ученый Г. Еллинек постоянно подчеркивал необ­ходимость методологического различия между социальным уче­нием о государстве и учением о государственном праве. Содержа­ние первого — фактическое и историческое; содержание второго — юридические нормы, которые, хотя и должны найти свое выражение в реальном бытии государства, должны быть стро­го отделены от этого социального бытия3 .

Подобные методологические установки не казались предста­вителям классической школы ограниченными, поскольку они видели в государстве преимущественно юридическое явление1, и, соответственно, юридическое видение государства дает более всего для его понимания. В этой конструкции, сколь бы она ни была спорной, видно отчетливое стремление в развитие либерально-демократических идей отказаться от представлений о государстве лишь как властном механизме управления обществом, основан­ном на фактической силе. Не случайно именно в этот период вхо­дит в науку понятие "правовое государство".

По своим целям и объективным результатам классическая школа может быть названа либерально ориентированной. В извес­тной мере ее допустимо рассматривать и как своеобразное в ме­тодологическом плане отражение в юридической науке установок экономического либерализма. Большинство видных представите­лей школы придерживалось либерально-демократических взгля­дов, хотя доля либерального и демократического была различной в разных конкретно-исторических ситуациях. Во всяком случае в рамках этой школы не было влиятельного реакционно-ретроград­ного крыла.

Вместе с тем на подходы представителей школы к пробле­мам конституционализма, парламентаризма, законотворчества и многим другим в немалой степени повлияло то обстоятельство, что в рассматриваемый период преобладающей формой правле­ния была монархия, переживавшая процесс превращения в кон­ституционную монархию. Процесс этот был необратим, но доста­точно сложен и противоречив, поскольку отражал сосущество­вание различных социально-политических сил. (Напомним, что до первой мировой войны в Европе было только три республи­ки.) Многие представители классической школы не выступали как сторонники республиканской формы правления, предпочи­тая эволюцию конституционной монархии в либерально-демок­ратическом духе.

Этим объясняется, в частности, то, что в трудах уже упоми­навшихся Г. Еллинека, П. Лабанда и других суверенитет понима­ется только как государственный (а не суверенитет народа). Выд­винутая тем же Г. Еллинеком теория "самоограничения государ­ственной власти", согласно которой эта власть призвана определять правовые рамки своей деятельности и связана ими, несомненно демократическая для своего времени (в России правыми силами она оценивалась как опасно революционная), вместе с тем остав­ляла монархической власти достаточную свободу усмотрения в установлении пределов "самоограничения". Преобладание монар­хической формы правления предопределило и то большое внима­ние, которое представители классической школы уделяли право­вому положению главы государства, его взаимоотношениям с пред­ставительными органами и т. п.

Исключением в этом плане была французская конституцион­но-правовая доктрина, сложившаяся, когда Франция стала пар­ламентской республикой. Перед П. Мишу, А. Эсменом и другими французскими авторами не стояла задача обоснования равнове­сия между монархом и парламентом. Традиции, идущие от Декла­рации прав человека и гражданина 1789 г., не позволяли отка­заться от принципа народного суверенитета как источника госу­дарственной власти, что предопределило и неприятие ими конструкции "самоограничения государства". Стержневое место в работах французских представителей школы занимал парламен­таризм (что соответствовало роли парламента в политической си­стеме страны), а также тесно взаимосвязанные с ним партийная система, избирательное право и т. п. Характерно, что будучи сто­ронниками парламентаризма, многие авторы, в том числе наибо­лее известный из них А. Эсмен, высказывались за ограничение всеобщего избирательного права. Эсмен считал наиболее совершен­ной моделью двухпалатный парламент при широких полномочиях верхней палаты в целях "разумного сочетания духа прогресса и традиций консерватизма". Поскольку во Франции в XIX в. государ­ственный строй и конституции неоднократно менялись, Эсмен на­стойчиво подчеркивал, что принцип преемственности сильнее всех этих перемен — "государство по природе своей вечно, и юриди­ческое существование его не допускает никакого перерыва"1 .

Виднейшим представителем юридической школы в Англии был А. Дайси. Его труды и сегодня считаются в этой стране классичес­кими. Ключевые моменты во взглядах Дайси — верховенство пар­ламента и "правление права". Именно парламенту, а не народу, по мнению Дайси, принадлежит суверенитет, акты парламента непререкаемы, каково бы ни было их содержание. "Правление права" призвано обеспечить гарантии индивидуальной свободы, и главная роль в этом принадлежит независимым судьям, которые ограждают подданных не только от произвольных актов админис­трации, но и от законодателя. Обеспечение прав и свобод Дайси считал сферой не статутного права (законов), а преимуществен­но "общего права".

Особенностью развития науки в США является как раз отсут­ствие классической школы государственного права, если не счи­тать некоторые явно подражающие европейским образцам рабо­ты, не оставившие глубокого следа. Стилю американского мыш­ления были чужды отвлеченные теоретико-методологические установки этой школы и гораздо ближе эмпирические подходы, что и привело к раннему формированию в США политической науки, о которой речь пойдет ниже. Сказалась и традиционная американская неприязнь к государственной власти, к которой клас­сическая школа, особенно в лице немецких авторов, испытывала пиетет.