§ 3. Договор о приватизации жилого помещения

В качестве субъектов, имеющих право приобрести жилое помеще­ние в порядке приватизации, закон называет граждан Российской Фе­дерации, проживающих в жилом помещении по договору социального найма, т.е. нанимателей и членов их семей.

До введения в действие Федерального закона «О внесении изме­нений и дополнений в Гражданский кодекс Российской Федерации и Закон Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»»¹ бесплатно приватизировать жилье имели право также иностранные граждане и лица без гражданства, прожи­вающие в жилом помещении по договору социального найма.

Кроме того, субъектами договора о приватизации могли быть гра­ждане, проживающие в жилом помещении по договору аренды (ком­мерческого найма), т.е. наниматели (арендаторы) и постоянно прожи­вающие с ними граждане.

Что касается договоров аренды, то представляется весьма обосно­ванным выведение их из сферы действия Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».

Предоставление названным лицам права бесплатной приватиза­ции не укладывалось в идеологию приватизации как «возвращения долгов».

Арендные отношения в жилищной сфере стали возможны только с начала 90-х гг., заключению договоров аренды (коммерческого най­ма) не предшествовало (предшествует) соблюдение таких условий, как нуждаемость в жилье, очередность и т.п., т.е. то, что необходимо для заключения договора социального найма. Кроме того, возможность приватизации арендованного жилья сдерживала органы местного само­управления в их стремлении передать часть принадлежавшего им жилья в коммерческий наем в расчете на дополнительные источники получе­ния средств для обслуживания и эксплуатации жилищного фонда.

Ограничение круга субъектов бесплатной приватизации только рос­сийскими гражданами означает, что законодатель обратил внимание на случаи бесплатной приватизации жилых помещений иностранны­ми гражданами и лицами без гражданства, что тоже противоречило идеологии возвращения долгов, тем более что устранение данного недостатка не потребовало значительных изменений действующего законодательства. К слову «граждане» законодатель добавил слова «Российской Федерации».

В качестве участников договора о приватизации жилых помещений с одной стороны, как было указано, выступают граждане, а с другой — два вида субъектов:

во-первых, органы местного самоуправления, а также муници­пальные предприятия и учреждения, осуществляющие приватизацию муниципального жилищного фонда;

во-вторых, государственные организации, осуществляющие прива­тизацию закрепленного за ними государственного жилищного фонда.

Указанные субъекты, имеющие на праве собственности, в хозяй­ственном ведении или оперативном управлении жилищный фонд, проводят необходимые организационные мероприятия, позволяю­щие беспрепятственно осуществлять передачу жилья в собственность граждан, могут принять решение о приватизации служебных жилых помещений и коммунальных квартир¹, заключать с гражданами дого­воры о передаче им жилья в собственность и т.д.

Согласно ст. 7 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» передача жилья в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органом местного самоуправления, предприятием, учреждением с гражданином, полу­чающим жилое помещение в собственность, в порядке, установленном соответствующим муниципалитетом. Право собственности на приоб­ретенное жилье возникает с момента государственной регистрации этого права в территориальном органе Федеральной регистрационной службы.

В первой редакции Закона о приватизации (ч. 1 ст. 7) указыва­лось, что порядок и условия заключения договора о передаче жилья в собственность граждан определяются ГК РФ. В настоящее время упоминание об этом Кодексе снято и вместо названного указания предусмотрено, что договор передачи заключается в порядке, установ­ленном соответствующим органом местного самоуправления.

Такое непродуманное изменение нормы могло повлечь негатив­ные последствия, поскольку результатом этого изменения является иллюзия, будто нормы ГК РФ не распространяют свое действие на до­говоры о передаче жилья в собственность граждан. Между тем ГК РФ как применялся, так и будет применяться, поскольку следует иметь в виду следующее.

Во-первых, специальных норм о приватизации жилья в ГК РФ не было и нет.

Во-вторых, правила ГК РФ о сделках, форме сделок, об основаниях признания сделок недействительными, обязательствах и многие дру­гие как распространялись на отношения, складывающиеся по поводу приватизации жилья, так распространяются и в настоящее время. Конечно, какой-либо орган местного самоуправления может ввести собственный, оригинальный порядок заключения договоров о пере­даче жилых помещений в собственность граждан. Если, однако, этот порядок будет противоречить положениям ГК РФ, то соответствующие нормы, принятые органом местного самоуправления, станут незакон­ными и будут подлежать отмене в судебном порядке.

Авторы новеллы, внесенной в закон РФ «О приватизации жилищ­ного фонда в Российской Федерации», имели в виду необходимость определить место заключения договоров, круг лиц, уполномоченных подписывать договоры от имени субъекта, передающего жилое поме­щение в собственность граждан, установить существенные условия данного договора или (предпочтительнее) разработать примерный (типовой) договор и решить иные вопросы юридико-технического характера, имеющие отношение к процедуре заключения договора¹.

Договор о передаче жилья в собственность гражданина в порядке приватизации заключается в простой письменной форме. Право соб­ственности на приобретенное жилье возникает с момента государст­венной регистрации права в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество². Регистрация имеет правообразующее значение.

Право собственности на жилище, переходящее гражданину в по­рядке приватизации, возникает на основании юридического состава, включающего в себя два юридических факта: договор и акт государ­ственной регистрации права.

§ 4. Особенности приватизации служебных жилых помещений и комнат в коммунальных квартирах

Заслуживает теоретического обоснования отнесение к объектам приватизации служебных помещений и комнат в коммунальных квар­тирах, дело в том, что согласно ч. 2 ст. 4 закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» собственники жилищ­ного фонда или уполномоченные ими органы, а также предприятия, за которыми закреплен жилищный фонд на праве хозяйственного ведения, и учреждения, в оперативное управление которых передан жилищный фонд, вправе принимать решения о приватизации слу­жебных жилых помещений и коммунальных квартир. Законодатель, с одной стороны, объединил правовой режим осуществления при­ватизации служебных жилых помещений и коммунальных квартир, а с другой — указал на то, что право решать вопрос о необходимости приватизации принадлежит собственникам и владельцам служебных и коммунальных квартир в домах как муниципального, так и государ­ственного жилищного фонда.

В правовой литературе вопрос о приватизации служебных жилых помещений поднимается крайне редко и в основном в описатель­ном плане, тогда как проблеме приватизации коммунальных квартир в последнее время было посвящено немало исследований, содержа­щих самые различные взгляды и рекомендации. На практике данный вопрос также решался неоднозначно. Некоторые авторы полагали возможным осуществление приватизации коммунальных квартир только при наличии согласия всех соседей — нанимателей жилых по­мещений, расположенных в этой квартире¹. Другие считали, что са­мостоятельность договора найма жилого помещения дает основания для принятия решений о возможности приватизации собственнику или его представителю и не обусловлена волей соседей².

Конституционный Суд РФ подтвердил возможность приватизации коммунальных квартир на общих основаниях без каких-либо дополни­тельных условий. В Постановлении от 3 ноября 1998 г. № 25-П по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в связи с запросами Волгоградской областной думы, Дмитровского районного суда Московской области и жалобой гражданина В.А. Мостипанова³ Конституционный суд РФ указал на то, что приватизация в Российской Федерации обусловлена переходом к многообразию форм собственно­сти, свободе экономической деятельности, гарантированным, в частно­сти, ст. 8 и 34 Конституции РФ. Установление права на приватизацию осуществляется публичной властью. В то же время, закрепляя в законе это право, государство обязано обеспечить возможность его реализа­ции гражданами, гарантируя при передаче определенного имущества в собственность субъектов частного права соблюдение принципов и норм, предусмотренных Основным Законом.

Закон РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Феде­рации» в ст. 11 установил, что каждый гражданин имеет право на при­обретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в домах государственного и муниципального жилищных фондов один раз. Вместе с тем ч. 1 ст. 4 данного Закона содержит перечень жилых помещений, не подлежащих приватизации, к числу которых отнесены жилые помещения, находящиеся в аварийном со­стоянии, в общежитиях, коммунальных квартирах, в домах закрытых военных городков, а также служебные жилые помещения, за исклю­чением жилищного фонда совхозов и других сельскохозяйственных предприятий, к ним приравненных.

Определение круга объектов, не подлежащих приватизации, нельзя считать ограничением прав и свобод человека и гражданина, если це­левое назначение жилого помещения, место его нахождения и другие обстоятельства, обусловливающие особенности правового режима жилья, исключают возможность передачи его в частную собствен­ность.

Между тем предоставляемые государственными и муниципальными жилищными органами жилые помещения в коммунальных и отдельных квартирах, несмотря на определенные объективные отличия, по сущ­ностным правовым признакам не различаются, поскольку в отношении их действуют единые основания предоставления жилья и они имеют общий правовой режим. Следовательно, применительно к этим жилым помещениям отсутствуют и объективные основания для установления различий в праве на их приватизацию, в том числе для введения общего правила, запрещающего приватизацию жилых помещений в комму­нальных квартирах (ч. 1 ст. 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»). Такой запрет фактически означает законодательное закрепление неравенства прав граждан в зависимости от условий их проживания, что противоречит ст. 19 (ч. 1 и 2) Конституции РФ, провозглашающей равенство граждан перед законом вне зависимости от каких-либо обстоятельств.

Кроме того, этот универсально сформулированный запрет не по­зволяет дифференцированно подходить к оценке складывающихся у граждан жизненных ситуаций и может приводить к ограничению их прав, несоразмерному целям защиты законных интересов других лиц, что противоречит требованиям ст. 55 (ч. 3) Конституции РФ.

Признание оспариваемого положения ч. 1 ст. 4 Закона РФ «О при­ватизации жилищного фонда в Российской Федерации» не соответст­вующим указанным нормам Конституции РФ означает, что граждане, проживающие в коммунальных квартирах, имеют право на привати­зацию жилых помещений без каких-либо предварительных условий, в частности, независимо как от воли собственника коммунальной квар­тиры и других нанимателей, так и от того, приватизируются ли другие жилые помещения в той же квартире. Это не исключает возможность оспаривать реализацию данного права в судебном порядке.

Закон РФ от 24 декабря 1992 г. «Об основах федеральной жилищ­ной политики» допускал при определенных обстоятельствах передачу освободившихся в коммунальной квартире жилых помещений в част­ную собственность других нанимателей этой квартиры (ч. 2 ст. 16), т.е. запрет на приватизацию жилых помещений в коммунальных квартирах не является абсолютным. Это следует также из ч. 2 ст. 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», позво­ляющей собственникам жилищного фонда или уполномоченным ими органам, а также предприятиям, за которыми закреплен жилищный фонд на праве хозяйственного ведения, и учреждениям, в оперативное управление которых передан жилищный фонд, принимать решения о приватизации. Однако для граждан возможность осуществить при­ватизацию на основании этой нормы связана с дополнительными, ограничительными по своему характеру условиями. Одним из таких условий является решение собственника (владельца) жилья, который вправе произвольно, не будучи связанным какими-либо установлен­ными в законе предпосылками, разрешить или не разрешить прива­тизацию. Согласно же сложившейся правоприменительной практике, основанной на ограничительном толковании ч. 2 ст. 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», ком­мунальная квартира приватизируется только как совокупность всех ее жилых помещений, т.е. только в том случае, если все наниматели в такой квартире изъявляют желание стать собственниками занимаемого ими жилья. Тем самым реализация права на приватизацию жилого помещения поставлена в зависимость от субъективного усмотрения как самого собственника (владельца) жилья, так и нанимателей других жилых помещений в коммунальной квартире.

Стремление учесть волю других нанимателей в принципе может быть обосновано положением ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, соглас­но которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Однако установлен­ное оспариваемой нормой регулирование, как подтверждает практика, не исключает того, что гражданин, являющийся нанимателем жилого помещения в коммунальной квартире, может произвольно (необосно­ванно) препятствовать приватизации. Следовательно, оспариваемая норма не согласуется в полной мере с целями и сущностью указанного положения ч. 3 ст. 17 Конституции РФ.

При имеющемся законодательном регулировании граждане, желаю­щие приватизировать жилые помещения в коммунальных квартирах, лишены возможности реально воспользоваться судебной защитой от нарушающих их права действий как собственника, так и других нанимателей.

Как показывает практика применения ч. 2 ст. 4 Закона РФ «О при­ватизации жилищного фонда в Российской Федерации», суд, установив отсутствие разрешения со стороны собственника или согласия других нанимателей на приватизацию, может отказать гражданину в праве на приватизацию, что противоречит принципу равенства перед су­дом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ). При этом Закон не требует от суда ни установления фактов возможного злоупотребления правом, ни ис­следования им обоснованности отказа в приватизации со стороны собственника.

То, что суды, исходя из оспариваемой нормы, ограничиваются лишь формальным подтверждением отсутствия разрешения (согласия) на приватизацию, противоречит требованиям реального обеспечения прав и свобод граждан правосудием (Закон РФ «О приватизации жи­лищного фонда в Российской Федерации», а также ст. 18, ч. 1 и 2 ст. 46 Конституции РФ).

Исходя из изложенного, Конституционный суд РФ признал ст. 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Феде­рации» в части, ограничивающей приватизацию жилых помещений в коммунальных квартирах государственного и муниципального жи­лищных фондов социального использования, не соответствующей Конституции РФ, ее ч. 1 и 2 ст. 19 и ч. 3 ст. 55.

В законодательстве Российской Федерации важной новацией, свя­занной с развитием приватизации жилья и постепенной ликвидацией коммунальных квартир, нужно признать норму, которая содержалась в ч. 3 ст. 16 Закона РФ «Об основах федеральной жилищной политики». В ней предусматривалось право нанимателя, проживающего в ком­мунальной квартире, приобрести для каждого из других нанимателей этой квартиры (с их согласия) жилые помещения и передать эти по­мещения в их собственность с тем, чтобы этот наниматель мог занять все освободившиеся помещения квартиры без дополнительной платы и приватизировать всю квартиру в установленном порядке. В резуль­тате все граждане, занимавшие коммунальную квартиру в качестве нанимателей, а также члены их семей становились собственниками жилых помещений, а коммунальная квартира превращалась в инди­видуальную. Особенность данной операции в том, что гражданин, пожелавший приватизировать коммунальную квартиру, фактически должен был ее купить, поскольку он обеспечивал бывших соседей жилыми помещениями за свой счет (хотя возможны случаи, когда эти помещения бывают получены им по наследству либо договору дарения, т.е. не на основании договора купли-продажи).

Что касается служебных квартир, то, исходя из смысла ч. 2 ст. 4 закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федера­ции», возможно не только общее решение о приватизации служебных жилых помещений, принадлежащих определенному государственному органу или муниципальному образованию, ведомству либо предпри­ятию (учреждению), но и решение о приватизации отдельных жилых помещений конкретными лицами. Такой вывод можно обосновать и тем, что согласно п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам. Аналогичное правомочие признано и за предприятиями и учреждениями, имеющими имущество на праве хозяйственного веде­ния или оперативного управления. Поскольку им предоставлено право принимать решения о приватизации служебных жилых помещений, то они могут самостоятельно избрать способ реализации этого права, включая решение о приватизации конкретных жилых помещений.

Строго говоря, приватизация жилых помещений в служебных кварти­рах полностью отдана на усмотрение собственников и иных владельцев жилищного фонда, что вполне оправданно, поскольку данное жилище служит не столько удовлетворению жилищных потребностей граждан, сколько интересам собственника и организации, его предоставившей¹.