2.2. Предмет и объект мирового соглашения. Преобразовательные и подтверждающие условия

Предмет договора включает в себя не только действия обязанных лиц, но и, в некоторых случаях, бездействие. В силу этого предметом договора является поведение (действие и бездействие) обязанных лиц, непосредственно связанное с тем, по поводу чего заключен договор. Предметом договора, в частности, выступает передача различных вещей, определенных не только индивидуальными, но и родовыми признаками, производство работ, оказание услуг материального и нематериального характера; в отдельных случаях предметом может быть и воздержание от конкретных действий.
Понятием объекта договора охватываются все виды объектов гражданского оборота, т.е. те объекты гражданских правоотношений, поименованные в ст. 128 ГК РФ, которые допускают вовлечение их в гражданский оборот: вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, имущественные права. Объект входит в предмет договора в качестве обязательной составляющей.
Особенности мировых сделок (судебных и внесудебных) создали предпосылки для признания их особым видом договора, предметом которого является прекращение (предотвращение) спора сторонами <1>. Этот вывод с завидной регулярностью встречается в современных работах.

<1> См., например: Штейнберг А. Мировые сделки // Советская юстиция. 1940. N 10. С. 9.

Между тем, как указывалось выше, примирение (прекращение спора) есть социальноэкономическая цель, вследствие чего не может выступать предметом мировой сделки.
Как писал Г. Дернбург, сделки, посредством которых осуществляется мировая сделка, могут быть самыми разнообразными и касаться всякого рода прав, поскольку ими вправе распоряжаться лица, ее заключающие <1>. Следовательно, выявить предмет, общий для всей мировых сделок, не являющихся особым типом или видом договора, невозможно: в каждом конкретном случае он будет индивидуальным и будет зависеть от типа (вида) договора, который опосредует мировую сделку. Так, например, если по условиям мировой сделки будет передаваться конкретное имущество, предметом договора станет передача имущества, объектом - конкретное имущество; если по условиям мировой сделки будут выплачиваться деньги, то предметом договора станет уплата денежных средств, объектом - сумма денег и т.п.

<1> См.: Дернбург Г. Пандекты. Т. 2. С. 285 - 286.

Поскольку мировое соглашение является разновидностью мировой сделки, тот же вывод распространяется и на него: общо обозначить предмет мирового соглашения нельзя. Вместе с тем предмет мирового соглашения, бесспорно, является существенным его условием и в силу ст. 432 ГК РФ требует согласования сторон в каждом конкретном случае.
Предмет мирового соглашения должен соответствовать как требованиям закона, так и требованиям разумности и добросовестности. Последствием несоответствия предмета мирового соглашения требованиям закона, разумности и добросовестности будет нарушение прав и законных интересов других лиц.
Вместе с тем недопустимы мировые соглашения, по условиям которых сторона (стороны) отказывается от права предъявлять в будущем друг к другу исковые требования либо от всех предъявленных другой стороне требований (или, напротив, признает все предъявленные исковые требования). Соглашение возможно лишь в отношении конкретного спора или конкретной правовой неопределенности. Будущие споры не могут быть предопределяемы мировой сделкой; наличие такого рода условий должно рассматриваться как общий отказ от защиты субъективных прав, что недопустимо <1>.

<1> См., например, Постановление ФАС Московского округа от 22 сентября 2006 г. по делу N КГ-А41/8142-06-П.

В развитие данной темы представляется небезынтересным коснуться вопроса допустимости отказа от иска и признания иска в качестве предмета мирового соглашения. Необходимость обращения к данному вопросу обусловлена тем, что судебная практика демонстрирует различные подходы к решению этого вопроса. В большинстве случаев отказ от иска или признание иска как условие мирового соглашения признается вполне допустимым <1>. Однако встречаются судебные акты, в которых возможность включения такого рода условий в мировое соглашение до сих пор отрицается (сюда же, наверное, следует отнести промежуточный вариант, допускающий одновременный отказ от иска и мировое соглашение) <2>.

<1> См., например, Постановления ФАС Волго-Вятского округа от 2 февраля 2007 г. по делу N А82-8116/2004-9, ФАС Северо-Кавказского округа от 15 января 2007 г. по делу N Ф08-6649/2006, ФАС Восточно-Сибирского округа от 20 декабря 2006 г. по делу N А19-11086/06-10-31-Ф02-6232/06- С2, ФАС Московского округа от 7 - 8 ноября 2006 г. по делу N КГ-А40/8675-06, ФАС Поволжского округа от 9 августа 2005 г. по делу N А65-21731/04-СГ2-20, ФАС Западно-Сибирского округа от 22 мая 2006 г. по делу N Ф04-2645/2006(22345-А27-5), ФАС Дальневосточного округа от 21 сентября 2004 г. по делу N Ф03-А73/04-1/2599.
<2> Например, суд кассационной инстанции одним определением принял отказ истца от иска (истец, кстати, просил считать отказ от иска неотъемлемой частью мирового соглашения) и утвердил мировое соглашение, указав, "что условия мирового соглашения, а также отказ истца от иска не нарушают права и законные интересы других лиц и не противоречат закону" (Постановление ФАС Центрального округа от 13 февраля 2006 г. по делу N А35-5557/04-С5).

М.А. Гурвич понимал под отказом от иска высказанное на суде безоговорочное отречение истца от судебной защиты искового требования, направленное на прекращение возбужденного истцом процесса, а под признанием иска - высказанное на суде безоговорочное согласие ответчика на удовлетворение искового требования, направленное на окончание процесса путем вынесения благоприятного для истца судебного решения <1>.

<1> См.: Советский гражданский процесс / Под ред. М.А. Гурвича. М.: Высшая школа, 1975. С.124.

И отказ от иска, и признание иска представляют собой односторонние действия стороны, не требующие согласования с другой стороной. Их отличия состоят в том, что отказ от иска направлен на окончание производства по делу без вынесения решения по существу дела, а признание иска - с вынесением решения по существу дела, причем в пользу истца (как отказ от иска, так и признание иска могут быть частичными (если исковое требование является делимым) и полными; приняв частичный отказ от иска (частичное признание иска), суд относительно исковых требований в остальной части доводит судебное разбирательство до конца и выносит соответствующее решение).
В литературе можно встретить указание на то, что, "когда судом установлено наличие субъективных прав истца, отказ от иска означает не только потерю истцом прав на материальный объект иска, но и ликвидацию возникшего процесса" <1>, а также выводы о том, что истец отказывается от иска, "свободно распорядившись принадлежащим ему материальным правом в пользу ответчика" <2>. В некоторых случаях признание иска рассматривается как "добровольный отказ ответчика от принадлежащего ему субъективного права в пользу истца" <3>, т.е. отказ от иска (признание иска) фактически приравнивается к добровольному отказу от субъективного права в пользу противной стороны.

<1> Тупичев М. Отказ от иска и мировое соглашение как основание прекращения производства по делу // Советская юстиция. 1963. N 23. С. 9.
<2> Гражданское процессуальное право России / Под ред. М.С. Шакарян. М.: Былина, 1998. С. 167.
КонсультантПлюс: примечание.
Учебник "Гражданский процесс" (под ред. В.В. Яркова) включен в информационный банк согласно публикации - Волтерс Клувер, 2004 (издание пятое, переработанное и дополненное).
<3> Гражданский процесс / Отв. ред. В.В. Ярков. М.: БЕК, 1999. С. 260.

Такое понимание существа упомянутых действий не может не вызвать возражения, поскольку отказ от иска (признание иска) подразумевает отказ от судебной защиты, но не от самого субъективного гражданского права. Вместе с тем понятна логика указанного утверждения: отказываясь от иска (признавая иск), лицо тем самым признает правоту противной стороны, а также принадлежность спорного права другой стороне. Например, истец, требовавший признания за ним права собственности на имущество, убедился в наличии у ответчика всех необходимых правоподтверждающих документов. Отказываясь от иска, истец фактически признает за ответчиком спорное право.
Но далеко не во всех случаях отказ от иска (признание иска) представляет собой признание истцом необоснованности собственных требований (признание ответчиком правомерности требования истца): зачастую такие действия истца или ответчика продиктованы иными причинами.
Так, истец, подавший иск о расторжении договора купли-продажи имущества ввиду обнаруженных в нем недостатков, отказывается от иска, когда выяснилась возможность устранения выявленных недостатков, т.е. истец отказался от судебной защиты по причине отпадения необходимости в ней. Другой пример: истец, требующий взыскания задолженности с ответчика, получил искомое: ответчик до вынесения решения по делу исполнил денежное обязательство, и продолжение судебного процесса потеряло для истца смысл, в результате чего он отказался от иска. Либо ответчик признал исковые требования истца о возмещении убытков, руководствуясь желанием сохранить деловую репутацию, лицо фирмы. Признание иска может быть продиктовано и нежеланием вступать в конфликтные отношения с истцом, осложнять их.
Таким образом, в большинстве случаев отказ от иска/признание иска вовсе не равнозначно отказу от субъективных прав <1>: это односторонние безвозмездные действия сторон процесса.

<1> Такого мнения придерживался Б.В. Попов, указывая, что, если из прошения или из слов истца явствует только его намерение отказаться от процесса, но не прослеживается воля его отказаться вместе с тем и от материального права, следует толковать смысл такого ходатайства ограничительно (см.: Попов Б.В. Мировая сделка, прекращение дела и судебное решение // Вестник права. 1915. N 30. С. 870).

Иногда такое одностороннее действие - отказ от иска или признание иска (при отсутствии каких-либо признаков возмездности) - оформляется мировым соглашением, которое суд утверждает.
Утверждать мировое соглашение, которое исчерпывается только отказом от иска, неправильно, поскольку это все то же одностороннее действие стороны процесса, только оформленное договором-документом. Мировое соглашение, как уже указывалось в ч. 1 настоящей главы, представляет собой двусторонний возмездный договор, и правовая зависимость действий сторон (синаллагматическая, условная или каузальная) должна в нем четко прослеживаться. Следовательно, если из представленного на утверждение суда договора сторон следует, что им предусматривается только одностороннее действие - отказ истца от иска, суд при отсутствии противоречия закону должен прекратить судебное разбирательство по мотиву отказа истца от иска и принятия этого отказа арбитражным судом (на основании п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ; абз. 4 ст. 220 ГПК РФ).
Несколько иным образом решается вопрос, когда мировое соглашение содержит признание ответчиком иска.
Если из представленного сторонами документа устанавливается только факт признания иска ответчиком, то такой документ вне зависимости от оформления его односторонним ходатайством ответчика или договором-документом является односторонним действием ответчика - признанием иска. В этом случае суд принимает признание иска ответчиком, если оно не противоречит закону, и удовлетворяет исковое требование, т.е. выносит решение по существу дела.
Если же из представленного сторонами договора-документа вытекает, что ответчик не только признает иск, но и принимает на себя обязанность, например, погасить задолженность в признанной им сумме в конкретный срок, специально согласованный сторонами, или передать указанное в договоре имущество способом и в сроки, установленные в договоре, то в этом случае представленный договор есть мировое соглашение даже при отсутствии прямо закрепленного условия о встречном представлении со стороны истца. Такой вывод не является исключением из общего правила - в рассматриваемом случае действия сторон находятся в каузальной (причинной) зависимости от уже совершенного действия истца (кредитора), выразившейся в исполнении обязательства.
Другая крайность, в которую в некоторых случаях впадают суды, - отказ в утверждении мирового соглашения по причине того, что одним из его условий является отказ от иска (или признание иска). Такой подход также нуждается в трансформации, поскольку отказ суда в утверждении такого рода мировых соглашений ограничивает свободу договора и право распоряжаться своими правами, что значительно повышает риск негативных последствий.
Предположим, стороны договорились о том, что истец отказывается от иска, получая взамен какое-либо конкретное имущество <1>. Отказ суда в утверждении подобного мирового соглашения по мотиву того, что отказ от иска возможен только в одностороннем порядке (что является обычной причиной для отказа в утверждении такого рода мировых соглашений) в данном случае может повлечь то, что истец заявит ходатайство об отказе от иска в одностороннем порядке. Ответчик тогда не связан обязанностями из мирового соглашения (которое по причине отказа в его утверждении судом не вступает в действие) и, конечно, вовсе не обязан передавать обещанное ранее истцу имущество при том, что в данном случае истец утрачивает возможность повторного обращения в суд за защитой субъективного гражданского права. Комментировать эту ситуацию, по-видимому, излишне.

<1> Мировое соглашение, содержащее в себе подобные условия, было предметом рассмотрения арбитражного суда (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 10 июля 2006 г. N Ф04-3496/2006(23488-А81-5)).

К слову сказать, судебно-арбитражная практика демонстрирует все больше примеров, когда суд утверждает мировые соглашения, согласно которым отказ от иска (признание иска) совершается на возмездной основе. Правильность этого подхода не вызывает сомнений и всегда подтверждалась правоведами <1>.

<1> Например, Г. Дернбург говорил о совершении мировой сделки в некоторых случаях "путем отказа от известного притязания за определенное вознаграждение в деньгах или иных ценностях" (Дернбург Г. Пандекты. Т. 2. С. 285 - 286). В.М. Хвостов в качестве примера мировой сделки рассматривал ситуацию, когда стороны соглашаются на то, чтобы право, на которое претендует одна из них, было признано за ней, с тем чтобы другая сторона получила определенное вознаграждение за это (см.: Хвостов В.М. Система римского права. С. 210). И.М. Тютрюмов писал, что, получая вознаграждение за отказ от права на спорное имущество, сторона получает известную сумму денег, но эта сумма не есть цена имущества, а цена отступления от спора (Гражданское уложение. Проект Высочайше учрежденной редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения. С. 1200).

Отмечаемое выше многообразие предмета мирового соглашения, не являющегося особым видом или типом договора, позволяет говорить о подобной же ситуации с объектом мирового соглашения. И тем не менее допустимо сформулировать общие правила, действующие в отношении объекта мирового соглашения.
Во-первых, не может быть объектом мирового соглашения имущество, изъятое из оборота, равно как и имущество, в отношении которого существуют установленные законом ограничения. На это обстоятельство обращает внимание К. Анохин <1>. Обозначая объект мировой сделки термином "предмет", он пишет, что не может быть объектом мировой сделки имущество, изъятое из оборота, и имущество, в отношении которого законом установлены ограничения или специальный порядок и пределы его отчуждения.

<1> См.: Анохин К. Судебные мировые сделки // Советская юстиция. 1959. N 9. С. 52. Аналогичную точку зрения высказывал и В. Рясенцев (см.: Рясенцев В. Мировые сделки (соглашения). С. 27). Е. Пушкар отмечает необходимость установления в отношении объекта мирового соглашения, во-первых, не изъято ли передаваемое имущество из гражданского оборота, а, во-вторых, не кроется ли за мировым соглашением попытка узаконения несуществующего права (см.: Пушкар Е. Мировое соглашение в судебной практике // Советская юстиция. 1973. N 10. С. 8 - 9).

Во-вторых, объектом мирового соглашения может выступать то имущество, правом распоряжения которым обладает участник (участники) этого соглашения. О необходимости соблюдения этого правила писали дореволюционные правоведы <1>; такое правило прямо закрепляется ст. 2045 Французского гражданского кодекса, устанавливая, что стороны мировой сделки должны обладать способностью распоряжаться объектами, в отношении которых совершается мировая сделка.

<1> См.: Победоносцев К.П. Курс гражданского права. С. 183; Нефедьев Е.А. Учебник русского гражданского судопроизводства. С. 336.

В случае отсутствия у участника мировой сделки права распоряжения имуществом мировая сделка отсутствует как юридический факт и не может порождать правовых последствий. С учетом сказанного суд не вправе утверждать мировое соглашение, если, распоряжаясь конкретными объектами гражданских прав, стороны не представили суду надлежащие доказательства наличия у них полномочий на осуществление такого распоряжения <1>.

<1> См., например, Постановления ФАС Поволжского округа от 8 февраля 2007 г. по делу N А57-6566/05-21, ФАС Северо-Кавказского округа от 29 ноября 2006 г. по делу N Ф08-6116/2006, ФАС Уральского округа от 27 июня 2006 г. по делу N Ф09-5315/06-С3, ФАС Западно-Сибирского округа от 3 марта 2005 г. по делу N Ф04-614/2005(8714-А46-10).

В-третьих, объектом мировой сделки может быть имущество, которое не состоит под арестом и в отношении которого отсутствует спор с иными лицами <1>.

<1> См., например, Постановления ФАС Поволжского округа от 23 марта 2006 г. по делу N А49-3332/05-179/27, ФАС Волго-Вятского округа от 1 декабря 2005 г. по делу N А43-9470/2004-27- 287.

Изложенные требования обусловлены тем, что мировое соглашение, утвержденное судом, не может нарушать прав других лиц и вызывать споров при исполнении, вследствие чего объекты мирового соглашения должны отвечать всем названным требованиям в обязательном порядке. В противном случае будет неизбежен вывод суда о том, что мировое соглашение нарушает права других лиц <1>.

<1> См., например, Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 3 марта 2005 г. по делу N Ф04-614/2005(8714-А46-10).

Как указывалось в ч. 1 настоящей главы, состояние правовой неопределенности, являясь мотивом всякого мирового соглашения, может побуждать стороны к его заключению. Таким образом, костяком мирового соглашения должны стать условия, с помощью которых эта правовая неопределенность устраняется.
В.И. Синайский разделял мировые сделки на два вида: направленные на то, чтобы (1) спорное отношение путем взаимных уступок считать бесспорным или (2) путем взаимных уступок осуществить право хотя бы и бесспорное, но в осуществимости которого существуют сомнения <1>. Руководствуясь этой классификацией, условия мировых соглашений можно разграничить на два вида:

<1> См.: Синайский В.И. Русское гражданское право. С. 365 - 366.

- преобразовательные. Они преобразуют правоотношение между сторонами, оказывая воздействие на связывающее стороны гражданское правоотношение, в результате чего это правоотношение не остается в прежнем виде, а изменяется, прекращается, заменяясь новым обязательством, или только прекращается. К таким условиям можно отнести: замену обязательства, существовавшего между сторонами, другим обязательством; предоставление отступного; изменение способа исполнения обязательства; отсрочку и рассрочку долга и др. В результате прежнее обязательство прекращается в целом или в части (изменяется), а отношения сторон регламентируются новым договором - мировым соглашением. Возврат к исполнению прежних обязанностей недопустим <1>;

<1> О невозможности возвращения к прежнему уничтоженному договору говорил К.П. Победоносцев, ссылаясь на решение Кассационного департамента Правительствующего сената 1875 г. N 894 (см.: Победоносцев К.П. Курс гражданского права. С. 185).

- подтверждающие <1>. Они подтверждают наличие определенного правоотношения между его участниками и существующие права и обязанности, делая их бесспорными; это те условия, которые не привносят ничего нового в связывающее стороны отношение, но оно перестает быть спорным в подтвержденной части либо сомнения в осуществимости права устраняются. К таким условиям можно отнести, например, признание долга или иной обязанности.

<1> А.И. Зинченко обозначает подтверждающие условия термином "прямые" (см.: Зинченко А.И. Мировые соглашения в гражданском судопроизводстве: Дис. ... к.ю.н. Саратов, 1981. С. 60 - 62).

Обычно мировое соглашение полностью ликвидирует существующую правовую неопределенность. Однако возможна ситуация, когда стороны не смогли договориться в отношении всех спорных (сомнительных, неопределенных) моментов и правовая неопределенность ликвидируется лишь в части, оставляя спорными (сомнительными) отдельные права и обязанности сторон. Например, если истцом заявлен составной иск, т.е. иск, объединяющий несколько предметов, то допустима ситуация, когда стороны урегулировали спор в отношении одного предмета иска, но он сохранился в отношении другого предмета иска. В этом случае суд продолжит рассмотрение дела по существу только в части тех исковых требований, в отношении которых стороны не достигли договоренности <1>.

<1> Такая ситуация, в частности, имела место по одному из дел, рассмотренных Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ: решением по делу в удовлетворении иска в части истребования имущества было отказано, в остальной части дело прекращено по причине утверждения арбитражным судом мирового соглашения (Постановление Президиума ВАС РФ от 29 февраля 2000 г. N 2192/99).

Иными словами, в случае утверждения мирового соглашения в отношении части иска исковые требования в оставшейся части должны быть рассмотрены в общем порядке. Подтверждение этому можно найти в ч. 4 ст. 160 АПК РФ, которая, в частности, предусматривает, что в том случае, если в судебном заседании объявлялся перерыв, во время которого стороны урегулировали спор в части требований о применении мер ответственности, арбитражный суд не рассматривает эти требования и прекращает производство по делу в части требований о применении мер ответственности при условии, что стороны заключили мировое соглашение в этой части требований и мировое соглашение утверждено судом, на что указывается в судебном акте арбитражного суда.
Правоведы всегда придерживались мнения о допустимости заключения мирового соглашения в отношении части иска. Так, К. Анненков писал о том, что если сторонам "принадлежит право распоряжения всем объектом иска, то, конечно, им принадлежит и право распорядиться его частью, если, разумеется, предмет иска делим на части" <1>. Г. Дернбург допускал, что судебная мировая сделка может быть сведена к тому, что стороны признают одну часть требования бесспорной и подлежащей немедленному исполнению, а решение спора относительно другой части предоставят суду <2>. Это мнение поддерживали И.Е. Энгельман, Д.И. Азаревич. Аналогичную точку зрения высказывают и современные ученые <3>. В этих условиях явным диссонансом звучат утверждения некоторых авторов о том, что прекращение производства по делу в части не предусмотрено законодательством <4>.

<1> Анненков К. Опыт комментария к Уставу гражданского судопроизводства. Т. VI. С. 231. В поддержку высказанного мнения можно указать, что в проект Устава гражданского судопроизводства предусматривалось внести положение о том, что дело может закончиться примирением не только в целом, но и в части (Объяснительная записка к проекту новой редакции Устава гражданского судопроизводства. Т. III. СПб., 1900. С. 130).
<2> См.: Дернбург Г. Пандекты. Т. 2. С. 286 (примеч.).
<3> См., например: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. 1970. С. 154.
<4> См.: Сердюкова Н.В., Князев Д.В. Мировое соглашение в практике арбитражных судов // Арбитражная практика. 2003. N 4. С. 51.

Следовательно, совершенная мировая сделка может ликвидировать спор или иную правовую неопределенность не в полном объеме, но лишь в части в случае делимости предмета требования. Данное правило не распространяется на мировые соглашения по делам о несостоятельности (банкротстве) и мировое соглашение на стадии принудительного исполнения.