1.2. Основные факторы, обусловливающие унификацию права международных контрактов - Страница 3
Договорное право - Договорное право в международном обороте

В качестве примера можно привести неодинаковый порядок заключения договора по праву различных государств, различные подходы их законов к основаниям материальной ответственности и к ее формам, различные виды убытков; такие понятия английского права, как "существенное и простое условие договора", "встречное удовлетворение", "существенное нарушение договора", "тщетность договора"; такое понятие французского права, как "основание договора", или немецкого, как "mise en demeure или nachfrist", неодинаковое отношение к неустойке в континентальном праве и в общем праве и т.д.

Третьим правовым фактором, обусловившим возникновение и развитие идеи унификации права международных коммерческих контрактов, явилось признание недостаточности коллизионного способа регулирования рассматриваемой сферы отношений (даже при наличии унифицированных правил). На это обращали внимание Э. Рабель, К. Шмиттгофф, Р. Давид, Т. Попеску, А. Боджиано, в отечественной доктрине - Б.С. Крылов, Л.А. Лунц, О.Н. Садиков, С.Н. Лебедев, М.М. Богуславский, А.С. Комаров, В.П. Звеков.

Общепризнанными причинами такой недостаточности являются: во-первых, неодинаковые коллизионные критерии, устанавливаемые законодательством различных государств для одной и той же группы правоотношений (например, в отношении коллизионного критерия для определения места заключения договора в законодательстве КНР и России содержатся разные отсылки: ст. 5 Закона КНР о внешнеэкономическом договоре 1985 г. <*> и ст. 1211 ГК РФ). Данное явление может возникнуть в двух ситуациях: в силу простого различия коллизионных норм, а также в силу отражения в национальном законодательстве коллизионных норм, направленных на подчинение отношений с иностранным элементом национальному праву. Последнее имеет место при принятии в законодательстве односторонней коллизионной нормы, отсылающей исключительно к национальному закону, например при возникновении правоотношения на территории данного государства, в отношении ряда правоотношений - независимо от места их возникновения и реализации; вследствие введения ограничений применения иностранного закона согласно оговорке о публичном порядке или по иным основаниям.

--------------------------------

<*> Гражданское законодательство КНР / Пер. с кит. М.: Международн. центр фин.-экон. развития, 1997. С. 328 - 334.

 

Во-вторых, серьезным препятствием является применение иностранного закона. Сам поиск и выявление содержания того или иного закона иностранного государства достаточно сложны, однако трудности значительно возрастают, когда речь идет о применении иностранного закона, во-первых, иностранными судьями, правовая культура которых зачастую основана на совершенно иных принципах, и, во-вторых, часто в изоляции иностранного закона от той "международной окружающей среды" в виде сложившихся правовых категорий и традиционных правил их толкования. Правила внутреннего законодательства каждой страны имеют своей целью регламентирование двух неравновеликих видов правоотношений: в первую очередь и в основном они определяют права и обязанности национальных участников коммерческого оборота и регламентируют возникающие между ними в ходе его реализации взаимоотношения; во вторую очередь и в значительно меньшем объеме они направлены на регулирование отношений с иностранным элементом, которые также могут быть подразделены на два основных подвида: отношения, затрагивающие права и обязанности личности, включая статус иностранца и его защиты в другом государстве, его семейные и трудовые права, процессуальные права при обращении в суды; отношения коммерческого оборота. В течение длительного периода они осуществлялись в рамках традиционной торговли, а в последние 50 - 70 лет - в рамках различных форм кооперации, совместной деятельности и функционирования транснациональных компаний. Внимательный взгляд на историю государства и права позволяет прийти к заключению, что если вопросы статуса личности государства всегда стремились поставить под свой контроль <*>, то отношения коммерческого, торгового оборота в силу своей неизбежной интернационализации всегда имели тенденцию выйти из-под контроля государства. Наиболее ярко это проявляется в том, что первоначально международный коммерческий оборот, прежде всего международная купля-продажа, регламентировался практически полностью торговыми обычаями, которые не только в течение длительного времени сохраняли свое значение как основной регулятор возникающих между сторонами договора купли-продажи (как и иного договора) отношений, но и сохранили свое значение в современный период, что дало основание в 60 - 70-е гг. ХХ в. говорить о возникновении lex mercatoria, а в 1994 г. привело к принятию УНИДРУА Принципов международных коммерческих договоров <**>, которые, не имея нормативного значения, играют весьма важную роль в регламентировании отношений, возникающих при реализации международных коммерческих договоров.

--------------------------------

<*> Устанавливая нормы международного частного права по определенным вопросам, государство предписывает своим судьям, властям, гражданам следовать этим нормам и применять иностранное право лишь в крайнем случае. Внутренняя кодификация использует различные приемы для уменьшения случаев обращения к иностранному закону: 1) односторонняя коллизионная норма, отсылающая, например, к местонахождению недвижимого имущества (норма ст. 3 ФГК): правоспособность французских граждан определяется по французскому закону даже в случае их постоянного жительства за границей; 2) в отношении коллизии, которая может иметь место на территории данного государства, законодатель определяет коллизионную норму, например, согласно общему правилу ст. 1224 ГК РФ: отношения по наследованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства. Таким же образом определяется в указанной статье способность лица к составлению и отмене завещания, а также форма такого завещания или акта его отмены.

<**> Принципы международных коммерческих договоров / Пер. с англ. А.С. Комарова. М.: Международн. центр фин.-экон. развития, 1996.

 

Поскольку международные конвенции в сфере права международной торговли представляют собой правила, выработанные на основе обобщения правил ряда национальных правовых систем, постольку не только их подписание, ратификация, но, главное, их применение в государствах, принадлежащих к различным правовым системам и традициям, означает взаимовлияние и взаимообогащение, а в конечном счете - сближение правовых норм и создание правового режима, доступного и понятного тем, для кого предназначены эти правила, - коммерсантам, реализующим соответствующие коммерческие взаимоотношения. Наиболее яркими примерами являются Конвенции ООН: 1980 г. - о договорах международной купли-продажи товаров; 1986 г. - о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров; 1988 г. - о международном финансовом лизинге и международном факторинге. Однако данное явление нельзя абсолютизировать, поэтому естественно, что национальные правовые системы сохраняют свою специфику и свое значение, приобретенные веками выработки свойственных именно им правовых конструкций и формул, отражающих национальную самобытность и особенности.

Значительное ускорение получил процесс внутринациональной кодификации гражданско-правовых норм, направленных на урегулирование не только внутренних отношений обмена товарами и услугами, но и отношений с иностранным элементом. Причем этот процесс характеризуется не только принятием значительным числом государств новых гражданских кодексов и иных законов (Канада - новый Гражданский кодекс Квебека, США - дополнение Единообразного торгового кодекса, Нидерланды - новый Гражданский кодекс, Россия - новый Гражданский кодекс, Украина - Закон о внешнеэкономических договорах, Беларусь - новый Гражданский кодекс, Казахстан - новый Гражданский кодекс, Китай - Закон о внешнеэкономическом договоре и др.), но и значительным влиянием и проникновением во внутреннее законодательство правил международных конвенций, имеющих сходный предмет регламентирования (это прослеживается, например, в ГК России, Аргентины, Беларуси, Казахстана и других стран <*>). Это позволяет сделать вывод о том, что, явившись первоначально ответом на потребности государств в установлении унифицированных правил международного коммерческого оборота, прежде всего в сфере обмена товарами, сама унификация этих правил превратилась в достаточно эффективный инструмент влияния на внутреннее законодательство.

--------------------------------

<*> См.: Богуславский М.М. Роль международных договоров в формировании международного частного права; Воробьева О.В. Развитие внутреннего законодательства как источника международного частного права; Кодификация внутреннего законодательства в области международного частного права в странах Восточной Европы и Китае; Кабатова Е.В. Кодификация международного частного права в странах Западной Европы; Шебанова Н.А. Кодификация внутреннего законодательства в области международного частного права в странах Латинской Америки // Гл. 7 "Формирование и кодификация норм международного частного права" // Международное частное право. Современные проблемы. М.: Law, 1994. С. 311 - 385.

 

Таким образом, в качестве причин возникновения и развития унификации могут быть выделены следующие основные факторы двух видов: факторы первого вида касаются общеэкономических и общеполитических аспектов взаимодействия, факторы второго вида имеют юридический характер.

К факторам первого вида относятся:

1) наличие мирного сосуществования между нациями, возможность реализации торгово-экономических отношений в условиях нормального сотрудничества, не отягощенного экономическими санкциями, блокадами, военным вторжением, даже и миротворческих сил ООН;

2) развитие сотрудничества непосредственно между хозяйствующими субъектами различных государств, движение капиталов и граждан, в частности иностранное инвестирование, рост числа и диверсификация экономических отношений и производственных связей, переход от традиционных отношений торгового обмена к новым видам коммерческого взаимодействия, усложнение отношений, носивших ранее характер обычной купли-продажи товаров, и вследствие этого возрастающее многообразие операций и оформляющих их договоров;

3) осознание невозможности находиться в изоляции, понимание того, что жизнь и деятельность различных стран и народов проходят на Земле, являющейся общим домом, весьма небольшим, где все страны и народы являются соседями и взаимно (иногда - положительно, а иногда - отрицательно) влияют друг на друга;

4) противоречия между интернациональным характером складывающихся в результате сотрудничества отношений и внутринациональным способом и регулирования, и разрешения возникающих в этой связи вопросов.

К факторам второго вида относятся:

1) множественность правовых систем в мире, имеющиеся серьезные различия в регламентировании тех или иных вопросов, отсутствие не только необходимой информации, но и навыков применения иностранного законодательства как коммерсантами, так и судебными и арбитражными органами (отсюда различные коллизионные доктрины, призванные обеспечить применение lex fori к отношениям с иностранным элементом, неодинаковая судебная и арбитражная практика в разных государствах);

2) недостаточность имеющихся в современном мире способов и инструментов разрешения спорных вопросов коллизионным методом и потребность в создании нового международно-правового инструментария, более полно охватывающего многообразие коммерческих отношений;

3) неспособность достичь единообразного урегулирования путем использования "внегосударственных источников" (В.М. Корецкий) или "незаконодательной унификации" (М. Бонелль), практики международного коммерческого оборота;

4) потребность в наличии общего режима в рамках мирохозяйственных связей по наиболее часто встречающимся коммерческим сделкам и отношениям, осознание необходимости создания адекватного мирохозяйственным связям механизма и инструментария их правового регулирования;

5) необходимость признания в различных государствах актов и соглашений, совершаемых в других государствах, например цессии, выдачи векселя или коносамента, обязательной силы иностранного судебного или арбитражного решения, необходимость обеспечения единообразного применения международно-правового инструментария, создаваемого международным сообществом.