3. Развитие российского законодательства о товариществе - Страница 2
Договорное право - Договорное: Заем, Кредит, Факторинг, кн.5, т.1

Явная недооценка простого товарищества в литературе в определенной мере соответствовала практике Сената, проявившего негативное отношение к этой конструкции. Имеются в виду соглашения на постройку сообща дома и пользование доходами поровну, соглашения на уборку сообща урожаев, принадлежащих каждой из сторон в договоре, о приобретении леса на сруб и др. <*>.

--------------------------------

<*> См.: Законы гражданские с разъяснениями Правительствующего Сената и комментариями... / Составитель И.М. Тютрюмов. СПб., 1911. С. 988. Там же в качестве примера подобной практики содержатся ссылки на решение Сената N 288/1878 г., N 70/1887 г.

 

Проект Гражданского уложения содержал специальную главу, посвященную товариществу. Разбитая на отдельные разделы, она начиналась с "общих положений". Единственная статья этого раздела предусматривала, что по договору товарищества несколько лиц обязуются друг перед другом совместно участвовать имущественными вкладами или личным трудом в торговом, промышленном или ином предприятии, направленном на получение прибыли. Речь шла об образованиях, для которых именно извлечение прибыли являлось основной, если не единственной целью деятельности. По оценке А.М. Гуляева, "направленность на достижение прибыли, включенная в определение простого товарищества, содержащаяся в Проекте, не выполняет такой роли, поскольку не было предусмотрено, что отсутствие прибыли служит основанием для прекращения договора о создании такого образования" <*>.

--------------------------------

<*> Гуляев А.М. Русское гражданское право. Киев, 1903. С. 471.

 

В указанной главе Проекта были выделены наряду с разделами, посвященными полным товариществам, товариществам на вере, акционерным товариществам и товариществам с переменным составом, обществам взаимного страхования, городским кредитным обществам, кредитным товариществам и земельным банкам, основанным на "круговом ручательстве" заемщиков, артелям трудовым, также и простые товарищества.

Определение простого товарищества включало указание на то, что им признается такое товарищество, в котором товарищи участвуют в прибылях и убытках по всем сделкам, относящимся к общему предприятию и к заключенным кем-либо из товарищей. Но перед третьими лицами каждый товарищ должен был отвечать лишь в силу заключенного им с этими лицами договора. В приведенном определении предусматривалось, что этот вид товариществ в отличие от всех остальных не должен был признаваться образованием, обладающим гражданской правосубъектностью.

Сопоставляя относящиеся к простым товариществам решения, закрепленные к тому времени в законодательстве разных стран, авторы Проекта при его составлении стремились учитывать особенности различных правовых систем. Например, была отвергнута возможность признания за моделью простого товарищества значения такой, которой следует руководствоваться применительно к любому товариществу, если только оно не обладало признаками, присущими другому выделенному в законе особому ее виду. При обосновании этого вывода обращалось внимание на то, что "простому товариществу чужды те особенные признаки, которые присвоены другим видам товариществ, и потому всякое товарищество, не имеющее сих последних признаков, является простым. Но с этой точки зрения наименование рассматриваемой формы товарищества - простою формою - является вполне правильным" <*>.

--------------------------------

<*> Гражданское уложение. Книга пятая: Обязательства. Т. IV. С объяснениями. Ст. 719 - 921. С. 341.

 

Специфика договора простого товарищества в Проекте Гражданского уложения выражалась и в том, что этот договор был лишен возможности создавать наделенные правами юридического лица предприятия. При подготовке отдельных норм Проекта большие расхождения в Редакционной комиссии возникали по поводу прав товарищей на имущество, которое составляло предмет их вкладов. В конечном счете были отвергнуты взгляды тех, кто полагал, что в отдельных случаях используемая Проектом применительно к простому товариществу конструкция общей собственности может создать практические неудобства. При этом обращалось внимание на то, что "если такая либо иная форма товарищества может оказаться более соответствующей отношениям сторон, в конечном случае ничто не может им помешать выбрать взамен простого товарищества именно ту форму, которая кажется им оптимальной" <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 342.

 

Некоторые нормы Проекта не вполне укладывались в генеральную модель соответствующего вида товариществ. Так, одним из последствий отсутствия гражданской правосубъектности у простого товарищества служило то, что весь комплекс внутренних отношений в нем должен был сводиться к установлению прав и обязанностей только между товарищами или ими же с третьими лицами, исключая тем самым участие в гражданских правоотношениях от своего имени товарищества как такового. Не случайно поэтому в главе "Товарищество" соответствующий подраздел раздела "Простое товарищество" именовался "Отношения товарищей между собой". В то же время в эту главу была включена статья, предусматривавшая, что "товарищество обязано возвратить товарищу, действовавшему в пользу товарищества, израсходованные им деньги с процентами со дня израсходования и освободить его от принятых им на себя обязательств, а равно возместить убытки, понесенные товарищем по ведению дел товарищества". Помещенная рядом с приведенной еще одна статья возлагала на товарищей обязанность возместить причиненные товариществу убытки. Тем самым оказалось все же непоследовательно проведенным отличие неправосубъектного товарищества от остальных, являющихся субъектами права. Имеется в виду, что только для последних было характерно наличие двоякого рода внутренних отношений: между товарищами и одновременно между товарищами и товариществом как таковым. Тем самым, если бы Проект Гражданского уложения вступил в силу, применение такого рода норм, как можно было предвидеть, породило бы определенные трудности на практике. Аналогичное сомнение могло быть высказано в этой же связи и в отношении комментария, исходившего от составителей Проекта. Имеется в виду признание ими того, что "между товарищем и товариществом могут возникнуть имущественные отношения, весьма схожие с теми, которые связывают поверенного с доверителем" <*>. Тем самым не было принято во внимание то, что юридическая связь сторон в договоре поручения, как и в любом другом, могла бы возникнуть при участии в нем в качестве стороны только такого коллективного образования, которое наделено гражданской правосубъектностью.

--------------------------------

<*> Гражданское уложение. Книга пятая: Обязательства. Т. IV. С объяснениями. Ст. 719 - 921. С. 366.

 

Проект допускал использование в качестве вклада прежде всего имущества, притом как недвижимого, так и движимого, выделяя особо деньги. Из неимущественных вкладов был выделен только "личный труд". Можно указать и на то, что была признана допустимой уступка участниками своих прав из договора о создании простого товарищества (этот договор именовался "товарищеским договором") другому лицу, но только с согласия остальных товарищей (речь шла лишь об уступке права на получение доли прибыли, различного рода компенсаций, а также части имущества, причитавшейся в случае ликвидации товарищества товарищу).

Особое внимание уделялось порядку наделения товарищей соответствующими полномочиями на выступление от имени остальных товарищей. Признание простого товарищества лишенным гражданской правосубъектности послужило причиной того, что оказалось достаточным посвятить внешним отношениям (отношениям товарищей с третьими лицами) лишь одну из 35 статей соответствующего раздела. В ней было предусмотрено, что по заключенной за счет товариществ сделке верителем (т.е. кредитором) и должником в отношении третьего лица становится лишь товарищ, участвующий в заключении сделки.

При оценке самого факта выделения соответствующей главы Проекта обращает на себя внимание и то, что можно было бы назвать "запасным характером" соответствующей модели: "Проект исходит из положения, что простое товарищество составляет одну из форм товарищества, и оно имеет более обширное значение, нежели другие его формы, в том лишь смысле, что в случае отсутствия особых признаков, присвоенных по закону другим формам товарищества, получает применение означенная простая форма" <*>.

--------------------------------

<*> См.: Гражданское уложение. Книга пятая: Обязательства. Т. IV. С объяснениями. Ст. 719 - 921. С. 337.

 

* * *

 

Гражданский кодекс РСФСР 1922 г. представлял собой последнюю из российских кодификаций, содержавших специальное, комплексное регулирование товариществ. Оно оказалось близким тому, которое было бы осуществлено, если бы Проект Гражданского уложения был принят.

Прежде всего речь шла о месте, занимаемом товариществом как таковым в этом Кодексе. Подобно Проекту Гражданского уложения, указанный договор был помещен в раздел ГК "Обязательственное право". При этом в гл. X соответствующего раздела ("Товарищество") были выделены: простое товарищество, полное товарищество, товарищество на вере, товарищество с ограниченной ответственностью, акционерное общество (паевое товарищество). Все эти виды товарищества, кроме простого, признавались юридическими лицами, действующими на основе либо договора участников (полное товарищество, товарищество на вере), либо уставов (товарищество с ограниченной ответственностью, акционерное общество).

Сопоставляя простое товарищество с остальными коллективными образованиями, С.Н. Ландкоф обращал внимание на то, что "простое товарищество является объединением договорного типа в отличие от существующих у нас объединений уставного типа (акционерное общество и товарищество с ограниченной ответственностью)" <*>.

--------------------------------

<*> Ландкоф С.Н. Указ. соч. С. 23.

 

Простое товарищество сохранило первенство в перечне включенных в ГК 1922 г. видов товариществ. И точно так же, как и в Проекте Гражданского уложения, многие нормы об этом виде товариществ были распространены и на полное товарищество, а также на товарищество на вере.

Определение договора простого товарищества содержало указание на обязанность двух или нескольких лиц друг перед другом соединить свои вклады и совместно действовать для достижения общей хозяйственной цели (ст. 276). Из приведенного определения вытекало, что основу простого товарищества должен был составить одноименный договор. В Кодексе последовательно отражались основные особенности простого товарищества как образования, лишенного гражданской правосубъектности. Это, однако, не исключало указания в ст. 284 ГК на возможность ответственности товарищей не только друг перед другом, но и перед товариществом. В указанной статье обращалось внимание на то, что товарищ отвечает перед товариществом за неисполнение "товарищеского договора" и своих обязанностей как уполномоченного по общим правилам об ответственности за нарушение обязательств, вытекающих из договора. ГК 1922 г. расширил возможный состав вкладов товарищей. Имеется в виду, что наряду с имуществом был назван не "личный труд", как это имело место в Проекте Гражданского уложения, а "услуги". Заслуживает быть отмеченным и то, что место прибыли, о которой шла речь в Проекте Гражданского уложения, заняла в ГК 1922 г. хозяйственная цель, что также означало установление более широких границ для использования договоров простого товарищества <*>. Изменилось одновременно и само правовое значение цели в договоре простого товарищества. Имеется в виду, что ГК 1922 г. в перечень оснований для принудительного прекращения товарищества включил и такое, как достижение или наступление невозможности достижения цели товарищества (ст. 289 ГК) <**>.

--------------------------------

<*> В.Ю. Вольф в этой связи полагал, что "товарищество может поставить себе любую хозяйственную цель, не только ведение торгового или промышленного предприятия, но и совершение единичных хозяйственных операций. Так, например, совместная закупка дров или совместная эксплуатация какой-либо машины может служить предметом деятельности такого товарищества" (Вольф В.Ю. Указ. соч. С. 37).

<**> Анализируя особенности правового регулирования простого товарищества, С.Н. Ландкоф обращал внимание на диспозитивный характер большинства посвященных этому договору норм Кодекса 1922 г.: "Из всех правил о простых товариществах, предусмотренных Гражданским кодексом, только три из них носят принудительный характер и не могут быть изменяемы по соглашению сторон. Правила эти следующие: 1) деньги, потребляемые и заменимые вещи, как предмет вклада, должны быть передаваемы в общую собственность товарищей (ст. 279); 2) каждый товарищ может лично знакомиться с положением дел товарищества, осматривая его книги и бумаги (ст. 285 ГК), и 3) каждый товарищ имеет право на заявление отказа от участия в товариществе (ст. 291 ГК).

Все же остальные правила закона... не являются обязательными для сторон, вступающих в договоры простого товарищества: они применяются лишь тогда, когда стороны отказались регулировать тот или иной вопрос по своему усмотрению" (Ландкоф С.Н. Указ. соч. С. 62).

 

Коренные изменения в экономике страны, выражавшиеся в вытеснении государственной и кооперативной собственностью собственности частной, привели к тому, что такая правовая форма, как товарищества, наделенные гражданской правосубъектностью, утратили свое значение. Соответственно, посвященные ей нормы этого Кодекса уже к концу 20-х - началу 30-х гг. оставались практически без применения <*>. Не случайно принятыми в 1928 и 1931 гг. актами из числа 45 статей Кодекса, посвященных акционерным обществам, 44 были признаны утратившими силу. Сохранилась лишь одна, и та носила отсылочный характер.

--------------------------------

<*> В этой связи подчеркивалось, что, "поскольку к началу 30-х годов частные товарищества вытесняются из экономического оборота целиком, а создаваемые социалистическими организациями акционерные предприятия становятся объектом особого юридического нормирования, с этого времени соответствующий гражданско-правовой институт не выводится за рамки простого товарищества и в своем теоретическом освещении" (Иоффе О.С. Избранные труды по гражданскому праву. М., 2000. С. 418).

 

Развивая указанную тенденцию, Основы гражданского законодательства 1961 г., а вслед за ними и Гражданский кодекс 1964 г. о такого рода юридических лицах, как товарищества, наделенные гражданской правосубъектностью, сочли возможным вообще не упоминать. И это при том, что первоначальная редакция ст. 24 ГК 1964 г. ("Виды юридических лиц") содержала замкнутый перечень отдельных видов юридических лиц. Тем самым законодатель, если бы посчитал соответствующий перечень недостаточным, не мог бы такой пробел восполнить, в частности, принятием специального акта о товариществах. Правда, внесенные впоследствии изменения в редакцию этой статьи (имеется в виду Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 24 февраля 1987 г. "О внесении изменений и дополнений в Гражданский кодекс РСФСР и некоторые другие законодательные акты РСФСР" <*>) такую возможность предусмотрели. Это было сделано путем дополнения перечня, содержащегося в ст. 24 ГК 1964 г., в силу которого помимо прямо названных в этой статье могли быть созданы и другие образования в случаях, предусмотренных законодательством Союза ССР. Указанной возможностью законодатель воспользовался <**>.

--------------------------------

<*> Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1987. N 9. Ст. 250.

<**> Так, 25 декабря 1990 г. был принят Закон РСФСР "О предприятиях и предпринимательской деятельности" (Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1990. N 30. Ст. 418). Им были выделены в числе организационно-правовых форм предприятий муниципальное товарищество, смешанное товарищество, товарищество с ограниченной ответственностью (акционерное общество закрытого типа), акционерное общество открытого типа. Тогда же (25 декабря 1990 г.) Совет Министров РСФСР утвердил Положение об акционерных обществах (СП РСФСР. 1991. N 6. Ст. 92).