Глава 5. ДЕЛА О ЗАЩИТЕ ЧЕСТИ, ДОСТОИНСТВА И ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ - Страница 3 PDF Печать
Гражданское право - Настольная книга судьи по гражданским делам

 

По делу Обершлика против Австрии Европейский суд по правам человека в мае 1991 г. вынес Постановление по иску о диффамации в печати, возбужденному против заявителя австрийским политическим деятелем. Суд пришел к выводу, что в данном деле было допущено нарушение статьи 10 ЕКПЧ на том основании, что высказывания заявителя представляли собой оценочные суждения <1>.

--------------------------------

<1> См.: Комментарий к судебным решениям (из доклада Совета Европы о судебных решениях по статье 10 Европейской конвенции о правах человека, DN - MM (98) 6) // ЗиП СМИ. 1998. N 7-8. С. 24.

 

В США по данному вопросу имеются прецедентные решения Верховного суда, позволяющие отделить факт от мнения. В частности, судья Паул в деле Герца сказал, что не существует понятия ложной идеи. Сколь бы вздорным ни казалось мнение, не дело суда поправлять это мнение. Оно может быть оспорено лишь в конкуренции с другими мнениями <1>.

--------------------------------

<1> См.: Честь, достоинство и репутация: Журналистика и юриспруденция в конфликте (результаты исследования и материалы конференции). М., 1998. С. 102.

 

Такой подход представляется правильным и для российской судебной практики. Основанием для него является ст. 29 Конституции РФ, гарантирующая каждому свободу мысли и слова, а также свободу массовой информации, и ст. 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, провозгласившая, что каждый человек имеет право на свободу выражения своего мнения.

Поэтому весьма актуальным является разъяснение, содержащееся в п. 9 Постановления Пленума N 3. Судам рекомендовано при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Здесь же в п. 9 Постановления Пленума N 3 отмечено, что если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. 130 УК РФ, ст. 150, 151 ГК РФ).

Первоначально в проекте Постановления Пленума предлагалось записать: "Если субъективное мнение было высказано в некорректной форме..." - и далее по тексту. Такой подход подвергся обоснованной критике, поскольку под понятие "некорректной формы" можно подвести разного рода высказывания и оценки. Между тем деликт как основание гражданско-правовой ответственности должен быть четко определен в законе. В данном случае правонарушения должно содержать признаки преступления, предусмотренного ст. 130 УК РФ, установленные в уголовном судопроизводстве, например в приговоре или в определении (постановлении) о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.

В качестве формы гражданско-правовой ответственности за диффамацию ст. 152 ГК РФ предусмотрена компенсация морального вреда. Компенсация морального вреда допускается ГК РФ только в денежной форме (ч. 1 ст. 151, п. 1 ст. 1101 ГК РФ), решение о ее размере входит в компетенцию суда.

По смыслу ст. 151 ГК РФ моральный вред - это физические или нравственные страдания, которые претерпевает гражданин в результате нарушений или посягательств на его права.

Как указано в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 (с изменениями и дополнениями, внесенными Постановлениями Пленума от 25 октября 1996 г. N 10, от 15 января 1998 г. N 1) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" <1>, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) либо нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи... с распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина.

--------------------------------

<1> Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ 1961 - 1966. М.: Юридическая литература, 1997. С. 167.

 

По общему правилу обязательство по компенсации морального вреда возникает при наличии одновременно следующих четырех условий: 1) претерпевание морального вреда; 2) неправомерное действие причинителя вреда; 3) причинная связь между неправомерным действием и моральным вредом; 4) вина причинителя вреда <1>.

--------------------------------

<1> См.: Эрделевский А.М. Моральный вред и компенсация за страдания. С. 16.

 

Однако в делах о защите чести, достоинства и деловой репутации имеются два специфических условия. Во-первых, порочащий характер распространенных сведений обязывает презюмировать наличие у потерпевшего морального вреда, причиненного их распространением. Во-вторых, ст. 1100 ГК устанавливает, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, и в случаях когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию. Исходя из этого необходимо обращать внимание на то, что вина причинителя вреда не входит в предмет доказывания по рассматриваемой категории дел.

Здесь следует отметить, что в Законе о СМИ имеется специальная ст. 62 под названием "Возмещение морального вреда", в которой записано: "Моральный (неимущественный) вред, причиненный гражданину в результате распространения средством массовой информации не соответствующих действительности сведений, порочащих честь и достоинство гражданина либо причинивших ему иной неимущественный вред, возмещается по решению суда средством массовой информации, а также виновными должностными лицами и гражданами в размере, определяемом судом". Указание на вину должностных лиц и граждан, привлекаемых к компенсации морального вреда, содержащееся в ст. 62 Закона о СМИ, вступило в противоречие со ст. 1100 ГК РФ и подлежит соответствующей законодательной корректировке. Поэтому ст. 62 Закона о СМИ должна применяться с учетом требований ст. 1100 ГК РФ.

Статья 1101 ГК РФ обязывает принимать во внимание характер причиненных потерпевшему страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, учитывать при определении размера компенсации морального вреда требования разумности и справедливости. Статья 151 ГК РФ рекомендует суду учитывать при определении размера компенсации вреда "и иные заслуживающие внимания обстоятельства". В п. 15 Постановления Пленума N 3 указано, что если не соответствующие действительности порочащие сведения распространены в средствах массовой информации, суд, определяя размер компенсации морального вреда, должен учесть характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений.

Степень распространения недостоверных сведений зависит от тиража печатного издания, места его распространения, аудитории, для которой предназначена телепередача, и т.п.

А.М. Эрделевский предлагает ввести понятие презюмируемого морального вреда, т.е. страданий, которые должен испытывать некий "средний", "нормально" реагирующий на совершаемые в отношении него неправомерные действия человек. Им предлагается специальная таблица с размерами компенсации презюмируемого морального вреда <1>. Например, размер компенсации презюмируемого морального вреда за распространение ложных порочащих сведений в СМИ в этой таблице определен в 36 минимальных заработных плат.

--------------------------------

<1> Эрделевский А.М. Моральный вред и компенсация за страдания. С. 64.

 

Однако, как показали проведенные нами обобщения судебной практики, таблично-арифметический метод исчисления денежной компенсации морального вреда судами реально не применяется. Объясняется это, на наш взгляд, тем, что моральный вред - это неимущественный вред личности, поэтому в основе определения размера компенсации морального вреда судом лежат не выраженные вовне объективные факторы, а устанавливаемая судом в каждом конкретном случае степень физических и нравственных страданий каждой конкретной личности, т.е. факторы субъективного характера.

В п. 15 Постановления Пленума N 3 Верховный Суд РФ подтвердил свою позицию о том, что правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица. Этому предшествовала оживленная дискуссия на Пленуме, была высказана известная мысль о том, что юридические лица не могут испытывать физические и нравственные страдания, поэтому им не может быть компенсирован моральный вред. Однако Пленум Верховного Суда РФ с таким подходом не согласился и, по сути, разделил правовую позицию Конституционного Суда РФ, высказанную в его Определении от 4 декабря 2003 г. N 508-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шлафмана Владимира Аркадьевича на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации", где указано, что юридическое лицо в части, касающейся защиты деловой репутации, вправе требовать компенсации морального вреда (п. 1). Конституционный Суд РФ в названном Определении обратил внимание на то, что применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя из природы юридического лица.

Если вспомнить "людской субстрат юридического лица" <1>, весьма характерный для некоммерческих организаций, которые представляют собой, как правило, объединения физических лиц, то вполне можно предположить коллективные нравственные страдания членов какого-либо творческого союза или садоводческого товарищества по поводу его опороченной деловой репутации.

--------------------------------

<1> См.: Бараненков В.В. Понятие юридического лица в современном гражданском суде России // Государство и право. 2003. N 11.

 

Коммерческие организации в силу специальной подведомственности защищают свою деловую репутацию в арбитражном суде, где, как известно, с одной стороны, отрицается возможность компенсации юридическому лицу морального вреда вследствие умаления его деловой репутации, а с другой стороны, применяется такая форма гражданско-правовой ответственности, как компенсация нематериального репутационного вреда. Надо сказать, что по своей правовой природе это весьма близкие понятия, поскольку моральный вред относится к нематериальному. Однако понятия компенсации нематериального репутационного вреда как способа защиты гражданских прав ГК РФ не содержит. В то же время компенсация морального вреда - это установленная законом форма гражданско-правовой ответственности для защиты деловой репутации юридических лиц.

По общему правилу юридической ответственности нет и не может быть за пределами действующего законодательства, она всегда конкретна: это ответственность точно определенного лица за виновное противоправное деяние. Поэтому можно сказать, что Верховный Суд РФ, подтвердив свою прежнюю правовую позицию относительно возможности компенсации морального вреда юридическим лицам вследствие умаления их деловой репутации, еще раз продемонстрировал твердую приверженность действующему российскому законодательству.

В п. 15 Постановления Пленума заложена еще одна важная мысль о том, что подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы СМИ. Данная формулировка означает одно - взысканная сумма компенсации морального вреда не должна вести к банкротству организации, выпускающей СМИ. Такой подход соответствует правовой позиции Европейского суда по правам человека, высказанной в его Постановлении от 13 июля 1995 г. по делу Толстой-Милославский против Соединенного Королевства <1>. По этому диффамационному спору английский суд присяжных взыскал с ответчика в возмещение ущерба 1,5 млн. фунтов стерлингов. Европейский суд решил, что размер присужденной компенсации за диффамацию нарушает ст. 10 Европейской конвенции по правам человека, поскольку он несоразмерен ущербу, нанесенному репутации истца.

--------------------------------

<1> Tolstoy-Miloslavsky v UK. Постановление Европейского суда по правам человека от 13 июля 1995 г. Серия А.т.316-13.

 

Завершая рассмотрение вопроса о компенсации морального вреда по диффамационным спорам, нельзя не обратить внимание судей, особенно начинающих, на то, что моральный вред, хотя он и определяется судом в конкретной денежной сумме, признается законом вредом неимущественным и, следовательно, государственная пошлина должна взиматься на основании подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, а не в процентном отношении к сумме, определенной судом в качестве компенсации причиненного истцу морального вреда.

Согласно п. 16 Постановления Пленума N 3 в случае, когда вместе с требованием о защите чести и достоинства гражданина либо деловой репутации гражданина или юридического лица заявлено требование о возмещении убытков, причиненных распространением порочащих сведений, суд разрешает это требование в соответствии со ст. 15 и п. 5, 7 ст. 152 ГК РФ.

Убытки - это одна из форм гражданско-правовой ответственности, т.е. форма выражения тех дополнительных обременений имущественного характера, которые возлагаются на правонарушителя. Убытки как форму гражданско-правовой ответственности принято в силу их универсальности называть общей мерой гражданско-правовой ответственности. В отличие от возмещения вреда в натуре, например путем предоставления должником кредитору вещи того же рода и качества, при возмещении убытков имущественный интерес потерпевшего удовлетворяется за счет денежной компенсации понесенных им имущественных потерь. Поэтому возмещение убытков всегда носит компенсационный характер.

В юридической литературе встречается определение убытков как денежной оценки того ущерба, который причинен неправомерными действиями одного лица имуществу другого <1>. Однако, как справедливо отмечает В. Витрянский, этим определением "не охватываются случаи, когда нарушение должником договора не причинило ущерб имуществу кредитора, но лишило его возможности получить доходы, на которые он рассчитывал" <2>. Последняя ситуация весьма близка к тем случаям, когда убытки являются следствием диффамационных деликтов. Такой деликт не причиняет прямого действительного ущерба лицу, о котором распространены не соответствующие действительности порочащие сведения, но лишает его возможности получить доходы, на которые он рассчитывал, из-за умаленной диффамацией деловой репутации.

--------------------------------

<1> См., например: Новицкий И.Б., Лунц А.А. Общее учение об обязательствах. М., 1950. С. 365.

<2> Витрянский В. Понятие и формы гражданско-правовой ответственности юридических лиц // Закон. 2001. N 2. С. 7.

 

Согласно ч. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" <1> особо подчеркивается, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и те расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами. В п. 11 этого же Постановления отмечается, что размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат.

--------------------------------

<1> Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ 1961 - 1966. М.: Юридическая литература, 1997. С. 176.

 

Для взыскания убытков необходимо наличие самих убытков, а также причинная связь между противоправным, виновным поведением правонарушителя и наступившими убытками.

Таким образом, под убытками следует понимать те отрицательные последствия, которые наступили в имущественной сфере потерпевшего в результате совершенного против него гражданского правонарушения. Убытки по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации связаны с так называемым внедоговорным вредом и носят характер деликтной ответственности, поэтому при их взыскании следует руководствоваться нормами гражданско-правового института "Обязательства вследствие причинения вреда".

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

На последнее обстоятельство надо обратить особое внимание. Если моральный вред компенсируется по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации независимо от вины, то убытки возмещаются, только если они причинены по вине ответчика. Исходя из этого гражданско-правовая ответственность в виде возмещения убытков не может быть применена судом к журналисту или редакции средства массовой информации, если в установленном законом порядке не будет доказана их вина в распространении не соответствующих действительности порочащих потерпевшего сведений. При этом действует п. 2 ст. 1064 ГК, согласно которому лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. То есть обязанность доказывания своей невиновности в диффамационном деликте лежит на журналисте и редакции средства массовой информации как на лицах, причинивших вред. Это проявление действующего в гражданском праве принципа презумпции виновности правонарушителя, который считается виновным, пока не докажет суду свою невиновность.

Как правило, убытки от диффамации в СМИ причиняются совместными действиями нескольких лиц (как минимум это автор и редакция СМИ). Авторы-журналисты, опять же, как правило, являются штатными или нештатными работниками СМИ. Поэтому возникает вопрос о распределении ответственности нескольких лиц за диффамационный деликт, являющийся основанием для возникновения деликтного обязательства с множественностью субъектов на стороне должника. На первый взгляд здесь должна применяться долевая ответственность журналиста и редакции СМИ, поскольку она имеет значение общего правила и "применяется тогда, когда законодательством или договором не установлена солидарная или субсидиарная ответственность" <1>.

--------------------------------

<1> Гражданское право: Учеб. Ч. I / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. С. 557.