Статья 181. Исследование письменных доказательств

Комментарий к статье 181

§ 1. Ч. обратилась в суд с иском к ООО "Семейная стоматология" о расторжении заключенного между сторонами 28 мая 2005 г. договора на оказание стоматологических услуг, предусматривающего протезирование зубов, и компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истица указала, что зубопротезирование проведено некачественно, нарушен прикус, изменяющий мимику ее лица, на зубных протезах обнаружились трещины, сколы, разрушения. Оказанные ответчиком стоматологические услуги причиняют ей физическую боль и моральные страдания.

Представитель ООО "Семейная стоматология" иск не признал, ссылаясь на то, что истице был предложен план лечения в соответствии со сложностью требуемых стоматологических работ, от которого она отказалась и настояла на использовании в процессе лечения менее дорогого и ненадежного материала. Истица была предупреждена о возможных последствиях и осложнениях при таком лечении.

Решением мирового судьи 111-го судебного участка Люберецкого судебного района Московской области от 28 апреля 2005 г. в удовлетворении иска отказано.

В апелляционном порядке дело не рассматривалось.

В надзорной жалобе И.В. Черникова просит решение мирового судьи отменить, дело направить на новое рассмотрение.

Определением судьи Московского областного суда А.А. Кучерявенко от 15 декабря 2005 г. дело по надзорной жалобе внесено на рассмотрение президиума Московского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, президиум находит решение мирового судьи подлежащим отмене.

В соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

Из материалов дела видно, что 28 мая 2005 г. между ООО "Семейная стоматология" и Ч. был заключен договор на оказание платных медицинских стоматологических услуг. 19 июня 2004 г. ответчик завершил протезирование зубов истицы. Согласно Положению об установлении гарантийного срока и срока службы при оказании стоматологических услуг в ООО "Семейная стоматология" гарантийный срок на изготовление пластмассовых, облицованных композитным материалом несъемных протезов составляет до двух месяцев. Истица обратилась к ответчику с претензией о некачественном оказании услуги - значительном нарушении прикуса, наличии сколов, трещин, разрушений 3 июля 2004 г.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что Ч. отказалась от предложенного ей лечения и настояла на использовании в процессе лечения менее дорогостоящего и ненадежного материала, истица была предупреждена о возможных последствиях и осложнениях при использовании выбранной ею конструкции, которая может иметь сколы облицовки.

Между тем данный вывод суда не соответствует материалам дела.

В подтверждение данного вывода суд сослался на объяснения представителя ООО "Семейная стоматология" и амбулаторную карту пациента Ч.

Однако согласно протоколу судебного заседания от 28 апреля 2005 г. в нарушение требований ст. 181 ГПК РФ амбулаторная карта в судебном заседании не обозревалась и не исследовалась.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. По общему правилу в силу положений п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на исполнителе.

Ответчик не представил суду доказательств в подтверждение своих доводов о том, что истица была предупреждена о возможных последствиях и осложнениях при использовании выбранной ею конструкции лечения и обязательство перед истицей по зубопротезированию исполнено надлежащим образом.

Из материалов дела усматривается, что Ч. представлено суду заключение экспертной комиссии по контролю за качеством медицинской помощи коллегии стоматологов и челюстно-лицевых хирургов Московской области от 25 ноября 2004 г., согласно которому протезирование на верхней челюсти произведено без учета патологии прикуса и окклюзии и необходимо провести перепротезирование на верхней и нижней челюсти.

При таких обстоятельствах суду в соответствии с требованиями ст. 79 ГПК РФ следовало обсудить со сторонами вопрос о назначении по делу экспертизы для разрешения возникших в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в области медицины.

Допущенные существенные нарушения норм процессуального права являются основанием к отмене решения мирового судьи и направлению дела на новое рассмотрение (Постановление президиума Московского областного суда от 8 февраля 2006 г. N 101 по делу N 44г-111/06).

Статья 182. Оглашение и исследование переписки и телеграфных сообщений граждан

Комментарий к статье 182

Тайна связи.

§ 1. Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ).

§ 2. Тайна переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, гарантируется государством.

Осмотр и вскрытие почтовых отправлений, осмотр их вложений, а также иные ограничения тайны связи допускаются только на основании судебного решения.

Все операторы почтовой связи обязаны обеспечивать соблюдение тайны связи.

Информация об адресных данных пользователей услуг почтовой связи, о почтовых отправлениях, почтовых переводах денежных средств, телеграфных и иных сообщениях, входящих в сферу деятельности операторов почтовой связи, а также сами эти почтовые отправления, переводимые денежные средства, телеграфные и иные сообщения являются тайной связи и могут выдаваться только отправителям (адресатам) или их представителям.

Должностные и иные лица, работники организаций почтовой связи, допустившие нарушения указанных положений, привлекаются к ответственности в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (ст. 15 ФЗ от 17 июля 1999 г. N 176-ФЗ "О почтовой связи").

Статья 183. Исследование вещественных доказательств

Статья 184. Осмотр на месте

Статья 185. Воспроизведение аудио- или видеозаписи и ее исследование

Статья 186. Заявление о подложности доказательства

Комментарий к статье 186

§ 1. Судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Если экспертиза поручена нескольким экспертам, давшим отдельные заключения, мотивы согласия или несогласия с ними должны быть приведены в судебном решении отдельно по каждому заключению (п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении").

§ 2. Н. обратилась в Волгоградский областной суд с ходатайством о разрешении принудительного исполнения на территории Российской Федерации заочного решения Аулиекольского районного суда Костанайской области Республики Казахстан от 12 декабря 2001 г. о возмещении причиненного ей дорожно-транспортным происшествием ущерба в размере 259484 тенге и морального вреда в сумме 2000 тенге, указав в его обоснование, что отсутствие разрешения на принудительное исполнение решения иностранного суда создает препятствия во взыскании названных сумм с Р., проживающего в Волгоградской области (Россия).

Судья Аулиекольского районного суда Костанайской области Республики Казахстан обратился в Волгоградский областной суд с ходатайством о разрешении принудительного исполнения на территории Российской Федерации заочного решения Аулиекольского районного суда Костанайской области Республики Казахстан от 12 декабря 2001 г. о взыскании государственной пошлины в доход государства в сумме 2998 тенге, указав в его обоснование, что отсутствие разрешения на принудительное исполнение решения иностранного суда создает препятствия во взыскании указанной суммы с ответчика.

Определением судьи Волгоградского областного суда от 31 августа 2005 г. ходатайство Н. удовлетворено и разрешено принудительное исполнение на территории Российской Федерации заочного решения Аулиекольского районного суда Костанайской области Республики Казахстан от 12 декабря 2001 г. в части, в которой с Р. в пользу Н. взыскано в возмещение материального ущерба 259484 тенге, в возмещение морального вреда - 2000 тенге, а в удовлетворении ходатайства Аулиекольского районного суда Костанайской области Республики Казахстан о разрешении принудительного исполнения на территории Российской Федерации заочного решения Аулиекольского районного суда Костанайской области Республики Казахстан от 12 декабря 2001 г. в части взыскания с Р. судебных расходов (государственной пошлины) в сумме 2998 тенге в доход государства отказано.

В частной жалобе, поданной Р., поставлен вопрос об отмене указанного определения по тем основаниям, что о времени и месте рассмотрения дела он иностранным судом извещен не был, в представленных суду расписках подпись об извещении проставлена не им, а другим лицом, а поэтому у судьи не было оснований, предусмотренных законом, для удовлетворения заявленного ходатайства.

Проверив материалы дела, обсудив доводы частной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены определения суда, постановленного в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями закона.

Рассматривая данное дело, суд обоснованно пришел к выводу, что оснований к отказу в разрешении принудительного исполнения решения иностранного суда (общей юрисдикции) на территории Российской Федерации, предусмотренных ст. 412 ГПК РФ, ст. 55 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам государств - членов Содружества Независимых Государств, которая вступила в силу для Российской Федерации 10 декабря 1994 г., не имеется.

Как установлено судом, о судебном заседании лица, участвующие в деле, были извещены надлежащим образом, решение суда вступило в законную силу, срок давности принудительного исполнения не истек, исполнение решения не противоречит суверенитету России и не угрожает ее безопасности. Решение суда не противоречит основным принципам российского законодательства, рассмотрение дел указанной категории не относится к исключительной компетенции российского суда.

Суд проверил доводы Р. в той части, что он не был извещен о времени и месте рассмотрения дела судом Республики Казахстан и обоснованно не согласился с этими доводами, указав в определении, что в Волгоградский областной суд представлена расписка об извещении Р. о явке в судебное заседание Аулиекольского районного суда Костанайской области Республики Казахстан 12 декабря 2001 г. В расписке имеется подпись Р.

Ссылка Р. на то, что данная подпись поставлена не им, а другим лицом, обоснованно не принята во внимание Волгоградским областным судом при рассмотрении ходатайства Н., поскольку в данном случае к компетенции суда Российской Федерации не отнесены вопросы проверки достоверности документов, поступивших из иностранного суда, а с ходатайством о подложности указанного доказательства Р. в соответствии со ст. 186 ГПК РФ не обращался.

Из материалов дела следует и не оспаривается Р., что дорожно-транспортное происшествие имело место на территории Республики Казахстан. Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления требований о возмещении вреда. Следовательно, суд Республики Казахстан являлся компетентным судом по рассмотрению заявленных требований.

Из справки судьи Аулиекольского районного суда Костанайской области Республики Казахстан видно, что решение названного суда от 12 декабря 2001 г. вступило в законную силу 17 декабря 2001 г. Н. обратилась с ходатайством о принудительном исполнении этого решения 2 апреля 2004 г., и трехлетний срок, установленный ч. 3 ст. 409 ГПК РФ для предъявления к принудительному исполнению решения иностранного суда, не истек.

Нарушений норм процессуального права, повлекших вынесение незаконного определения, в том числе и тех, на которые имеется ссылка в частной жалобе, судом не допущено (Определение ВС РФ от 22 ноября 2005 г. N 16-Г05-23).

Статья 187. Исследование заключения эксперта. Назначение дополнительной или повторной экспертизы

Комментарий к статье 187

§ 1. При исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. При наличии в деле нескольких противоречивых заключений могут быть вызваны эксперты, проводившие как первичную, так и повторную экспертизу.

Назначение повторной экспертизы должно быть мотивировано. Суду следует указать в определении, какие выводы первичной экспертизы вызывают сомнение, сослаться на обстоятельства дела, которые не согласуются с выводами эксперта.

Противоречия в заключениях нескольких экспертов не во всех случаях требуют повторной экспертизы. Суд может путем допроса экспертов получить необходимые разъяснения и дополнительное обоснование выводов (п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 26 июня 2008 г. N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции").

Статья 188. Консультация специалиста

Комментарий к статье 188

§ 1. В случаях, указанных в ч. 1 ст. 188 ГПК РФ, суд вправе привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества).

Задача специалиста в судебном заседании состоит в оказании содействия суду и лицам, участвующим в деле, в исследовании доказательств. Если из консультации специалиста следует, что имеются обстоятельства, требующие дополнительного исследования или оценки, суд может предложить сторонам представить дополнительные доказательства либо ходатайствовать о назначении экспертизы (п. 16 Постановления Пленума ВС РФ от 26 июня 2008 г. N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции").

Статья 189. Окончание рассмотрения дела по существу

Статья 190. Судебные прения

Статья 191. Возобновление рассмотрения дела по существу

Статья 192. Удаление суда для принятия решения

Комментарий к статье 192

§ 1. Б. обратился в суд, считая, что на избирательных участках N 1971, 2016, 2024 при проведении выборов по Орехово-Зуевскому одномандатному избирательному округу N 112 были допущены нарушения порядка голосования и подсчета голосов избирателей, которые не позволяют выявить действительную волю избирателей и нарушают право заявителя на участие в выборах в условиях соблюдения закона при их проведении, точного учета поданных голосов избирателей, выявления их действительной воли, правильного установления итогов голосования.

В обоснование заявленных требований заявитель пояснил, что на участке N 1971 два избирателя проголосовали досрочно. При этом ни кандидаты, ни их доверенные лица, ни наблюдатели о проведении досрочного голосования уведомлены не были. Разрешение ОИК на проведение досрочного голосования получено не было.

Кроме того, из протокола N 1 следует, что число бюллетеней, выданных для голосования вне помещения для голосования и содержащихся в переносных ящиках для голосования, составило 73. При этом согласно списку избирателей данного участка число избирателей, проголосовавших вне помещения для голосования, составило 63. Заявления избирателей о возможности проголосовать вне помещения для голосования в соответствующем реестре комиссией не зарегистрированы, и данный реестр отсутствует, как и сами заявления. Поскольку число бюллетеней, обнаруженных в переносных ящиках, превышает число избирателей, голосовавших вне помещения, заявитель считает, что в соответствии с п. 12 ст. 81 ФЗ "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания РФ" (далее по тексту - ФЗ N 175-ФЗ) все бюллетени из переносного ящика должны быть признаны недействительными.

На избирательном участке N 2016, по мнению представителя заявителя, допущены нарушения п. п. 2, 3 ст. 79 ФЗ N 175-ФЗ, поскольку заявления 147 избирателей, голосовавших вне помещения для голосования, в реестр не вносились. В реестре зарегистрировано лишь 11 обращений лиц, содействовавших в передаче обращений граждан, однако необходимые законом сведения об этих лицах, перечисленные в п. 3 ст. 79 ФЗ N 175-ФЗ, в реестре не указаны. В связи с этим заявитель полагает, что нарушены положения п. 10 ст. 79 ФЗ N 175-ФЗ, носящие необратимый характер.

На избирательном участке N 2024, по мнению заявителя, допущены нарушения требований избирательного законодательства о голосовании вне помещения для голосования, поскольку из протокола и списка избирателей следует, что число избирателей, которым УИК предоставлена возможность проголосовать вне помещения для голосования, составляет 108. Однако из реестра регистрации заявлений (обращений) следует, что число избирателей, не имеющих возможности прибыть на участок, но выразивших желание принять участие в выборах, составляет 178.

На основании изложенного заявитель просил признать недействительными итоги голосования на перечисленных участках и отменить решение ОИК об итогах голосования по округу на указанных избирательных участках.

В судебном заседании представитель заявителя требования поддержал.

Представитель С. - О.А. Гонтарь против удовлетворения требования возражал, считая, что оснований для удовлетворения требований не имеется.

Представитель ТИК Ахматов требований не признал, пояснив, что при проведении голосования жалоб избирателей и наблюдателей не поступало.

Представитель ОИК А.С. Макаров требования не признал, ссылаясь на отсутствие законных оснований для удовлетворения заявленных требований.

Представители участковых комиссий N 1971, 2016, 2024 требования не признали.

Решением суда в удовлетворении требований заявителя отказано.

В кассационной жалобе Б. просит решение суда отменить как не основанное на законе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене как принятое с нарушением норм процессуального и материального права (п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ).

Отказывая в удовлетворении требований заявителя о признании недействительными итогов голосования на избирательном участке N 1971, суд исходил из того, что согласно протоколу N 1 УИК N 1971 число бюллетеней, выданных при голосовании вне помещения для голосования, составило 73.

Судом установлено, что согласно списку избирателей число избирателей, проголосовавших вне помещения для голосования, составило 66. В связи с чем суд пришел к выводу о том, что фактических заявлений от граждан было меньше, чем указано в протоколе N 1 УИК N 1971, однако сами по себе указанные обстоятельства не свидетельствуют о фальсификации итогов голосования либо об ином нарушении действительной воли избирателей.

Вместе с тем данный вывод суда сделан без учета положений п. 12 ст. 81 ФЗ N 175-ФЗ.

Как следует из протокола УИК N 1, число избирательных бюллетеней, выданных избирателям, проголосовавшим вне помещения для голосования в день голосования, составляет 73.

Число бюллетеней, содержащихся в переносных ящиках для голосования, также составляет 73 (л.д. 160).

Количество избирателей, проголосовавших вне помещения по спискам избирателей, составляет 66 человек.

Ни реестр заявлений (обращений), ни заявления граждан, выразивших намерение проголосовать вне помещения для голосования, в материалах дела не представлены.

Согласно п. 12 ст. 81 ФЗ N 175-ФЗ в первую очередь производится подсчет избирательных бюллетеней, находившихся в переносных ящиках для голосования: сначала - с избирательными бюллетенями, оставленными досрочно проголосовавшими избирателями, затем - с избирательными бюллетенями, оставленными избирателями, проголосовавшими вне помещения для голосования в день голосования. Вскрытию каждого переносного ящика для голосования предшествуют объявление числа избирателей, проголосовавших с использованием данного переносного ящика для голосования, проверка неповрежденности печатей (пломб) на нем, в чем председатель участковой избирательной комиссии предлагает удостовериться членам комиссии и иным присутствующим при подсчете голосов лицам. Подсчет ведется таким образом, чтобы не нарушалась тайна голосования, при этом отделяются избирательные бюллетени неустановленной формы. Число извлеченных бюллетеней установленной формы оглашается и вносится в строки 7 протоколов об итогах голосования и их увеличенных форм. Если число обнаруженных в соответствующем переносном ящике для голосования избирательных бюллетеней установленной формы по федеральному избирательному округу или по одномандатному избирательному округу превышает число отметок в списке избирателей о том, что избиратель проголосовал досрочно, либо число заявлений избирателей, содержащих отметку о получении бюллетеня по соответствующему избирательному округу, все бюллетени по соответствующему избирательному округу, находившиеся в данном переносном ящике для голосования, решением участковой избирательной комиссии признаются недействительными, о чем составляется отдельный акт, который прилагается к соответствующему протоколу об итогах голосования и в котором указываются фамилии и инициалы членов участковой избирательной комиссии, проводивших досрочное голосование либо голосование вне помещения для голосования с использованием данного переносного ящика для голосования. Число признанных в этом случае недействительными бюллетеней оглашается, вносится в указанный акт и впоследствии суммируется с числом недействительных бюллетеней, выявленных при сортировке бюллетеней. На лицевой стороне каждого из этих бюллетеней, на квадратах, расположенных справа от данных зарегистрированных кандидатов, наименований политических партий, избирательных блоков, вносится запись о причине признания бюллетеня недействительным, которая подтверждается подписями двух членов участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса и заверяется печатью участковой избирательной комиссии, а сами бюллетени при непосредственном подсчете голосов упаковываются отдельно, опечатываются и при дальнейшем подсчете голосов не учитываются.

В связи с тем что число обнаруженных в переносном ящике для голосования бюллетеней (73) превышает число избирателей, проголосовавших вне помещения (66), а из протокола УИК N 1971 следует, что число голосов избирателей, поданных за С., составляет 224, за Б. - 162 (л.д. 161), суду следовало учесть вышеприведенную норму закона и исследовать вопрос о том, соблюдены ли УИК N 1971 требования положений п. 12 ст. 81 ФЗ N 175-ФЗ.

При таких обстоятельствах решение суда в части отказа в удовлетворении требований заявителя о признании недействительными итогов голосования по избирательному участку N 1971 нельзя признать законным и обоснованным, и оно подлежит отмене.

Кроме того, согласно ст. 192 ГПК РФ после судебных прений суд удаляется в совещательную комнату для принятия решения, о чем председательствующий объявляет присутствующим в зале судебного заседания. Согласно ч. 2 ст. 194 ГПК РФ решение суда принимается в совещательной комнате, где могут находиться только судья, рассматривающий дело, или судьи, входящие в состав суда по делу. Присутствие иных лиц в совещательной комнате не допускается.

Как следует из протокола судебного заседания от 17 февраля 2005 г. (л.д. 172, обратная сторона), суд удалялся в совещательную комнату только для вынесения определения. Сведений о том, что суд принимал в совещательной комнате и решение, а также объявлял его в заседании 17 февраля 2005 г., как этого требуют положения ст. 193 ГПК РФ, в протоколе не имеется.

Согласно п. 8 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ решение суда первой инстанции подлежит отмене независимо от доводов кассационной жалобы, представления, в случае если при принятии решения суда были нарушены правила о тайне совещания судей.

Поскольку протокол судебного заседания не содержит сведений об удалении суда в совещательную комнату для принятия решения, а также сведений об объявлении решения суда по возвращении суда из совещательной комнаты, оспариваемое судебное решение нельзя признать актом правосудия, так как основания для вывода о том, что решение суда принято в условиях, обеспечивающих соблюдение принципов правосудия, в том числе с соблюдением тайны совещательной комнаты, у судебной коллегии отсутствуют. При таких обстоятельствах решение суда нельзя признать законным и обоснованным в полном объеме, и оно подлежит отмене, поскольку судебная коллегия не имеет возможности исправить допущенные судом первой инстанции нарушения (Определение Московского областного суда от 14 мая 2005 г. по делу N 33-3085).

Статья 193. Объявление решения суда