В первом комментарии к части второй ГК, подготовленном ее разработчиками, Е.А. Суханов отмечал следующую особенность правового регулирования договора банковского вклада: "Отношения по договору банковского вклада впервые в нашем правопорядке стали предметом столь тщательной регламентации на уровне закона. Ранее законодатель обычно ограничивался лишь упоминанием об этом договоре, отсылая затем к различным подзаконным ведомственным актам... Это давало возможность регулировать данные отношения с учетом интересов прежде всего кредитных учреждений-услугодателей, а в содержании регулирования явно преобладали ведомственные правила, не всегда доступные клиентуре для ознакомления. Новый ГК исходит из того, что данные отношения как разновидность гражданско-правовых договорных обязательств в своей основе должны регулироваться федеральным законом, а не ведомственными правилами и обычаями банковской практики" <*>.

--------------------------------

<*> Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая: Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель / Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова. М., 1996. С. 451 (автор комментария - Е.А. Суханов).

Действительно, нормы, содержащиеся в гл. 44 ГК "Банковский вклад", отличаются тем, что практически не содержат отсылок к банковским правилам и применяемым в банковской практике обычаям делового оборота. Такая возможность предусмотрена лишь в отношении регулирования формы документов (наряду с предусмотренными ГК сберегательной книжкой, сберегательным или депозитным сертификатом), удостоверяющих внесение вкладчиком денежной суммы в качестве банковского вклада.

Более того, правила о договоре банковского счета, предназначенные для регулирования отношений с участием граждан (в качестве вкладчиков), также по преимуществу носят императивный характер. Если и предусматривается возможность иного регулирования по сравнению с нормами, содержащимися в ГК, то источником такого регулирования может служить лишь иной федеральный закон, а не условия конкретного договора банковского вклада.

Наряду с "повышенным содержанием" императивной составляющей в гражданско-правовом регулировании отношений по договору банковского вклада важная роль в регулировании соответствующих правоотношений отводится публичному праву. В некоторых случаях сам ГК предусматривает необходимость именно публично-правового регулирования отношений, связанных с договором банковского вклада, например когда обусловливает право на привлечение денежных средств во вклады наличием у банка лицензии на осуществление банковской деятельности (п. 1 ст. 835) или когда устанавливает обязанность банков обеспечивать возврат вкладов граждан путем обязательного страхования (п. 1 ст. 840).

Кроме того, с точки зрения публичного права сделки по привлечению вкладов граждан и юридических лиц входят в число основных банковских операций и банковских сделок, подпадающих под действие специального законодательства о банковском регулировании и банковском надзоре. В соответствии с Федеральным законом от 2 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности" <*> (далее - Закон о банках и банковской деятельности) обязанность всех банков заключается в том, что всякий банк, претендующий на осуществление деятельности по привлечению денежных средств во вклады и по ведению счетов физических лиц, должен быть участником системы страхования вкладов. Статус участника системы страхования вкладов налагает на банк дополнительные обязанности, в частности уплачивать страховые взносы в фонд обязательного страхования вкладов; предоставлять вкладчикам информацию о своем участии в системе страхования вкладов, о порядке и размерах получения возмещения по вкладам; размещать информацию о системе страхования вкладов в доступных для вкладчиков помещениях банка; вести учет обязательств банка перед вкладчиками, позволяющий банку сформировать на любой день реестр обязательств банка перед вкладчиками по форме, которая устанавливается Банком России <**>.

--------------------------------

<*> Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1990. N 27. Ст. 357; СЗ РФ. 1996. N 6. Ст. 492; 2003. N 27. Ст. 2700; N 50. Ст. 4855; N 52. Ст. 5033.

<**> См. ст. 6 Федерального закона от 23 декабря 2003 г. N 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации" (СЗ РФ. 2003. N 52. Ст. 5029) (далее - Закон о страховании вкладов).

В области публичного права (законодательства о банковском регулировании и надзоре) не ставится и не может ставиться задача урегулирования частноправовых отношений, складывающихся между банками и их клиентами, в том числе вытекающих из договора банковского вклада. Здесь решаются другие проблемы, а именно: обеспечение стабильности банковской системы, защита прав и законных интересов вкладчиков и иных кредиторов кредитных организаций.

В этих целях всякая кредитная организация обязана осуществлять классификацию своих активов, выделяя сомнительные и безнадежные долги, и создавать резервы (фонды) на покрытие возможных убытков в порядке, устанавливаемом Банком России. Кредитная организация в своей деятельности должна также соблюдать устанавливаемые Банком России обязательные нормативы, в частности: минимальный размер уставного капитала вновь создаваемых кредитных организаций; минимальный размер собственных средств (капитала) для действующих кредитных организаций; максимальный размер крупных кредитных рисков; максимальный размер риска на одного кредитора (вкладчика); максимальный размер привлеченных денежных вкладов (депозитов) населения; нормативы достаточности капитала; нормативы ликвидности кредитной организации; минимальный размер резервов кредитной организации <*>.

--------------------------------

<*> См. ст. 62 Федерального закона "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" // СЗ РФ. 2002. N 28. Ст. 2790; 2003. N 2. Ст. 157; N 52. Ст. 5032.

В случае нарушения кредитной организацией требований законодательства, нормативных актов и предписаний Банка России, непредоставления или предоставления неполной или недостоверной информации Банк России в порядке осуществления банковского надзора вправе требовать от кредитной организации устранения выявленных нарушений либо ограничивать проведение отдельных операций на срок до шести месяцев. При невыполнении в установленный Банком России срок предписания об устранении нарушений, а также если эти нарушения или совершаемые кредитной организацией операции создали реальную угрозу интересам кредиторов (вкладчиков), Банк России имеет право потребовать от кредитной организации осуществления мероприятий по ее финансовому оздоровлению, в том числе изменения структуры активов; замены руководителей кредитной организации; реорганизации кредитной организации. В указанных случаях Банк России также наделен правом изменить для соответствующей кредитной организации обязательные нормативы на срок до шести месяцев; ввести запрет на осуществление отдельных банковских операций, предусмотренных выданной лицензией, на срок до одного года, а также на открытие филиалов кредитной организации на срок до одного года; назначить временную администрацию по управлению кредитной организацией; наконец, отозвать лицензию на осуществление банковских операций (ст. 75 Федерального закона от 10 июля 2002 г. N 85-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)").

При определении соотношения публично-правового и частноправового регулирования отношений в сфере банковских сделок чрезвычайно важно понимать, что отдельные нормы, содержащиеся в законодательстве о банковском регулировании и надзоре, которые в той или иной степени затрагивают условия соответствующих сделок, представляют собой требования, предъявляемые к деятельности кредитных организаций, и характеризуются направленностью на обеспечение защиты прав и законных интересов вкладчиков и иных кредиторов кредитных организаций. Однако указанные нормы банковского законодательства, являясь публично-правовыми требованиями к кредитным организациям, никак не могут конкурировать с гражданско-правовым регулированием соответствующих договорных обязательств, тем более что указанные нормы банковского законодательства формулируют некие единые общие требования к кредитным организациям применительно к целому ряду банковских сделок, в которых они участвуют.

Например, в соответствии со ст. 29 Закона о банках и банковской деятельности процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам) и комиссионное вознаграждение по операциям устанавливаются кредитной организацией по соглашению с клиентами, если иное не предусмотрено федеральным законом; кредитная организация не имеет права в одностороннем порядке изменять процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам), комиссионное вознаграждение и сроки действия этих договоров с клиентами, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом или договором с клиентом.

Как мы видим, в данной статье сформулированы в общей форме единые требования к кредитной организации, вступающей в самые разнообразные договорные отношения со своими клиентами: кредитный договор; договор банковского вклада (депозита); иные договоры, содержащие условия о вознаграждении кредитной организации за оказанные банковские услуги и о сроке действия соответствующих договоров (например, договор об услугах по конвертации рублей в иностранную валюту, договор доверительного управления денежными средствами, договор комиссии, иные представительские сделки и т.п.). Суть этих требований состоит в том, что по общему правилу условие о размере процентных ставок (по кредитным договорам, договорам банковского вклада) и комиссионного вознаграждения (по иным договорам) должно определяться кредитной организацией по соглашению с клиентом (иное может быть установлено федеральным законом), и в том, что названное условие, а также условие о сроке действия указанных договоров не могут изменяться кредитной организацией в одностороннем порядке (иное может быть установлено федеральным законом или договором). Никакого иного правового смысла изложенные правила не содержат.

Совершенно очевидно, что названные общие требования, предъявляемые банковским законодательством к кредитным организациям, должны применяться в рамках гражданско-правового регулирования договоров, в которых участвуют кредитные организации, и в зависимости от того, как соответствующие условия конкретных видов договоров урегулированы в гражданском законодательстве.

К примеру, договор банковского вклада, заключенный на условиях выдачи вклада по первому требованию вкладчика (вклад до востребования), вообще не содержит условия о сроке его действия. Поэтому здесь требование банковского законодательства о недопустимости одностороннего изменения кредитной организацией условия о сроке действия данного договора (за исключением случаев, когда это предусмотрено законом или договором) оказывается бессмысленным.

Не менее бессмысленным и абсурдным представляется толкование правила о том, что кредитная организация не имеет права в одностороннем порядке изменять процентные ставки по кредитам, вкладам (депозитам), а также комиссионное вознаграждение, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом или договором с клиентом, как нормы, допускающей, вопреки положению, содержащемуся в п. 3 ст. 838 ГК, одностороннее уменьшение банком размера процентов на вклад, внесенный гражданином на условиях его выдачи по истечении определенного срока либо по наступлении определенных обстоятельств, если право банка на такие действия предусмотрено не только законом (как это определено в п. 3 ст. 838 ГК), но и договором. А ведь до недавнего времени именно такой подход преобладал в банковской практике!

Другой пример. В ст. 30 Закона о банках и банковской деятельности имеется норма, согласно которой в договорах, заключаемых между кредитными организациями и их клиентами (всех без исключения?!), должны быть указаны процентные ставки по кредитам и вкладам (депозитам), стоимость банковских услуг и сроки их выполнения, в том числе сроки обработки платежных документов, имущественная ответственность сторон за нарушения договора, включая ответственность за нарушение обязательств по срокам осуществления платежей, а также порядок его расторжения и другие существенные условия договора.

Следуя той же логике, попробуем ответить на вопрос: можно ли приведенную норму рассматривать в качестве правила, определяющего круг существенных условий всякого договора, заключаемого банком с его клиентом? Ответ представляется совершенно очевидным: конечно нет!

Тот же договор банковского вклада (депозита), как он урегулирован гражданским законодательством, вообще не должен включать в свое содержание условия о стоимости банковских услуг и сроках их выполнения, в том числе о сроках обработки платежных документов (по той причине, что такие услуги в рамках договора банковского вклада банком не оказываются). Что же касается условий об имущественной ответственности сторон за нарушение договора, а также о порядке его расторжения, то они по общему правилу не относятся к существенным условиям договора (всякого, а не только договора банковского вклада), поскольку соответствующие вопросы регулируются нормами законодательства.

Приведенная норма банковского законодательства представляется вдвойне бессмысленной, поскольку она оставляет перечень существенных условий договоров, заключаемых кредитными организациями с их клиентами, открытым.

Очевидно, что круг существенных условий гражданско-правовых договоров, в том числе договоров, заключаемых между кредитными организациями и их клиентами, должен определяться гражданским законодательством, а никак не банковским законодательством, призванным обеспечить публично-правовое регулирование соответствующих отношений.