Ответственность за невыполнение плана перевозок

Все транспортные уставы и кодексы, действовавшие в советское время, предусматривали ответственность транспортных организаций и грузоотправителей за невыполнение плана перевозок, хотя фактически, как отмечалось, речь шла о невыполнении согласованных сторонами объемов перевозок грузов. Более того, выполнение плана перевозок представляло собой публично-правовую обязанность как транспортных организаций, так и грузоотправителей, однако в случае ее нарушения санкции взыскивались не в доход государства, а в пользу контрагента по обязательству.

В юридической литературе того времени можно встретить предложения об изменениях законодательства, направленных на то, чтобы штраф за невыполнение плана перевозок взыскивался в доход государства. Обычно такие предложения аргументировались тем, что в ситуации, когда обе стороны - и грузоотправитель, и перевозчик не выполняют встречным образом плановые задания по предъявлению грузов и подаче транспортных средств, они не предъявляют санкции за нарушение плана перевозок и тем самым амнистируют друг друга. Во избежание такого положения предлагалось взыскивать с каждой из сторон штраф не в пользу друг друга, а в доход государства <*>.

--------------------------------

<*> См., напр.: Николаева М.Н. Ответственность органов транспорта за невыполнение государственного плана перевозки грузов по внутренним водным путям // Ученые записки ВИЮН. Вып. 7. М., 1958. С. 180 - 182; Романович А.Н. Имущественная ответственность за невыполнение государственного плана перевозки грузов по железным дорогам. Минск, 1971. С. 35 - 37.

Одно время и Госарбитраж СССР рассматривал взыскание штрафа за обоюдное невыполнение перевозчиком и грузоотправителем плана перевозок путем определения сальдо в пользу той или иной стороны в качестве амнистирования за допущенные нарушения плана. В связи с этим в первой редакции инструктивного письма от 29 марта 1968 г. N И-1-9 имелось разъяснение, согласно которому органы арбитража должны были "требовать от истца составления расчета на взыскание штрафа, исходя из размера фактического нарушения ответчиком своих обязательств по выполнению плана перевозок" (п. 26) <*>. Правда, спустя некоторое время данное разъяснение было признано утратившим силу <**>.

--------------------------------

<*> Сборник инструктивных указаний Госарбитража при Совете Министров СССР. Вып. 27. М., 1968. С. 85.

<**> См.: инструктивное письмо Госарбитража СССР от 12 мая 1971 г. N И-1-14 (Сборник инструктивных указаний Госарбитража при Совете Министров СССР. Вып. 31. М., 1972. С. 128).

Любопытно отметить, что правоведы, не соглашавшиеся с возможностью установления порядка, в соответствии с которым штраф за невыполнение плана перевозок взыскивался бы в доход государства, приводили аргументы, которые были свойственны скорее гражданско-правовой, нежели административной ответственности. Например, Б.Л. Хаскельберг указывает: "Характерным признаком гражданской ответственности по взаимным обязательствам является ее двусторонний характер, обеспечивающий взаимный контроль за надлежащим исполнением сторонами их обязанностей. Принятие изложенного предложения не может привести к желаемой цели - усилению заботливости сторон о выполнении плана перевозок. Отсутствие материальной заинтересованности во взыскании санкций (при обращении штрафа в доход государства) за нарушение обязательства отрицательно скажется на отношении обязанного лица к надлежащему его исполнению. Сознание, что контрагент не заинтересован в предъявлении требования о взыскании штрафа, что нарушение может остаться безнаказанным, не способствует изысканию всех возможных мер для выполнения обязательства. Представляется, что если даже возложить обязанность предъявления требований о взыскании штрафа в доход государства на финансовые органы, то едва ли удалось бы достигнуть цели" <*>.

--------------------------------

<*> Хаскельберг Б.Л. Ответственность за нарушения плана и договора железнодорожной перевозки грузов. Томск, 1981. С. 91.

И все же формулирование в законе данной ответственности как штрафа за невыполнение плана перевозок (а не согласованных сторонами объемов предъявления груза и подачи перевозочных средств) позволяло транспортным организациям, которые сами несли ответственность практически только за неподачу транспортных средств под погрузку, расширять сферу ответственности грузоотправителей далеко за пределы согласованного сторонами обязательства по предъявлению грузов.

Так, на железнодорожном транспорте под невыполнением плана перевозок, за которое предусматривалась ответственность, понимались: со стороны железной дороги - неподача вагонов и контейнеров для выполнения плана перевозок; со стороны грузоотправителя - неиспользование поданных вагонов и контейнеров или отказ от предусмотренных планом вагонов и контейнеров. На грузоотправителя возлагалась также ответственность за невыполнение плана перевозок по дорогам назначения. При перевозке груза маршрутами за необеспечение погрузки маршрута с виновной стороны взыскивался штраф независимо от уплаты штрафа за невыполнение плана перевозок. Такая же ответственность применялась за невыполнение обязательств по сверхплановой и внеплановой перевозке грузов по заявкам грузоотправителя, принятым железной дорогой (ст. 144 УЖД).

Такое нарушение грузоотправителем плана перевозок, как отказ от предусмотренных планом вагонов и контейнеров, трактовалось в реальной деятельности железных дорог и практике государственных арбитражей предельно широко. Имелись в виду не только ситуации, когда грузоотправитель заявлял отказ от фактически поданных железной дорогой перевозочных средств, но и многие другие действия (бездействие) грузоотправителя, которые квалифицировались как срыв плана перевозок. В частности, в качестве одного из видов нарушения плана перевозок рассматривался так называемый предварительный отказ от предусмотренных планом вагонов и контейнеров, когда грузоотправитель уже после представления железной дороге декадной заявки направлял ей свое заявление, содержащее требование не подавать вагонов или контейнеров в какой-то отдельный день декады или иное определенное в заявлении время. К отказу от предусмотренных планом перевозочных средств приравнивалось также несвоевременное представление грузоотправителем железной дороге развернутого месячного плана перевозок. Аналогичное значение (невыполнение плана перевозок в результате отказа от перевозочных средств) придавалось также несвоевременному представлению грузоотправителем декадной заявки.

Во всех подобных случаях обращает на себя внимание то, что железная дорога, в пользу которой взыскивался штраф с грузоотправителя за невыполнение плана перевозок грузов, не подавала перевозочных средств под погрузку и вообще не предпринимала никаких действий, направленных на выполнение плана перевозок. Более того, непредставление или несвоевременное представление грузоотправителем развернутого месячного плана перевозок или декадной заявки, а также его предварительный отказ от выделенных по плану вагонов и контейнеров освобождали железную дорогу от обязанности подавать отправителю перевозочные средства, следовательно, указанные средства использовались железной дорогой для обслуживания иных организаций (конечно, не безвозмездно). Тем не менее железная дорога получала возможность взыскать штраф с грузоотправителя.

Характерно, что нарушение самой железной дорогой плана перевозок (неподача предусмотренных планом вагонов и контейнеров) толковалось прямо противоположным образом - в сторону предельного сужения сферы ответственности железной дороги. В частности, не признавалась нарушением дорогой плана перевозок неподача под погрузку перевозочных средств в связи с отсутствием у отправителя груза, готового к перевозке, или вследствие слабых темпов погрузки, не обеспечивающих освоение подаваемых вагонов. Данный вывод вытекал из Правил перевозок грузов (§ 8 разд. 2), согласно которым количество вагонов (контейнеров), не погруженных по вине железной дороги, определялось в учетной карточке путем вычитания из числа вагонов, запланированных на декаду, количества фактически поданных железной дорогой вагонов, а из полученной разницы вычиталось число вагонов, не поданных железной дорогой по вине отправителя (отказ от погрузки, неподача вагонов из-за отсутствия заявки, занятости фронта погрузки вагонами, простаивающими сверх норм, отсутствия груза и др.). Более того, в подобных ситуациях железная дорога, не подававшая вагоны, получала право на взыскание с грузоотправителя штрафа за невыполнение плана перевозок.

Практика государственных арбитражей, рассматривавших споры, связанные с взысканием штрафа за невыполнение плана железнодорожных перевозок, в подобных случаях также была на стороне железных дорог. Например, инструктивное письмо Госарбитража СССР от 29 марта 1968 г. N И-1-9 (п. 18) содержало разъяснение, согласно которому непредставление декадной заявки, вследствие чего железная дорога не подавала предназначенные по плану вагоны и контейнеры, должно рассматриваться государственными арбитражами как отказ грузоотправителя от предусмотренных планом вагонов и контейнеров, что влекло для последнего предусмотренную ст. 144 УЖД обязанность уплатить железной дороге штраф за невыполнение плана перевозок. И только в случае приема железной дорогой к исполнению заявки, поданной грузоотправителем с опозданием, т.е. при учете этой заявки в декадном задании начальника отделения железной дороги, ответственность, как железной дороги, так и грузоотправителя, за невыполнение плана перевозок строилась на общих основаниях <*>.

--------------------------------

<*> Систематизированный сборник инструктивных указаний Государственного арбитража при Совете Министров СССР. С. 234 - 235.

Несмотря на явное неравенство грузоотправителя и железной дороги в отношениях, связанных с применением ответственности за невыполнение плана перевозок, данное обстоятельство не вызывало возражений со стороны правоведов, занимавшихся проблемами ответственности по договору перевозки. Так, Б.Л. Хаскельберг указывает: "Иногда предприятия, возражая против исков о взыскании штрафа за невыполнение плана, ссылаются на то, что дорога не подавала вагонов, вследствие чего лишена права требовать его уплаты. Такие возражения не всегда обоснованны. Если неподача вагонов вызвана причинами, относящимися к сфере деятельности отправителя, в том числе непредставлением заявок, ответственность за срыв плана должен нести грузоотправитель. Несвоевременное представление заявок практически лишает дорогу возможности использовать их для оперативного планирования работы станций... Однако было бы неверно считать данное правило безусловным и распространять его действие на все случаи просрочки. Если представленная с нарушением срока декадная заявка была принята и в соответствии с нею объявлено задание станциям, просрочка отправителя утрачивает юридическое значение, обязанность дороги предоставлять вагоны в соответствии с объявленным заданием существует. Она не вправе ссылаться, в случае неподачи подвижного состава, на несвоевременное представление заявок" <*>.

--------------------------------

<*> Хаскельберг Б.Л. Ответственность за нарушения плана и договора железнодорожной перевозки грузов. С. 82 - 83.

В юридической литературе того времени можно было встретить и более жесткие (по отношению к грузоотправителю) позиции. Так, М.С. Орданский исходил из принципиальной недопустимости принятия железной дорогой просроченной декадной заявки грузоотправителя по соглашению сторон, что влекло для последнего применение ответственности во всех случаях, без каких-либо исключений, поскольку "данные правоотношения возникают из плана перевозок" <*>.

--------------------------------

<*> Орданский М.С. Основания гражданско-правовой ответственности за невыполнение обязательств, вытекающих из государственного плана железнодорожных перевозок грузов // Правоведение. 1962. N 2. С. 140.