Страховой случай

Определение страхового случая приведено в п. 2 ст. 9 Закона об организации страхового дела. Страховым случаем признается совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого связывается возникновение у страховщика обязанности произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Выплата страховщиком предусмотренных договором сумм входит в содержание договора, а потому должна рассматриваться исключительно как выполнение соответствующей стороной своей договорной обязанности. В этом смысле возмещение страховщиком в связи с наступлением страхового случая причиненных страхователю убытков при страховании имущества, как и выплата страховой суммы страхователю при личном страховании, оказывается лишь внешне схожими с ответственностью. Имеется в виду, что по своей природе ответственность является вторичной по отношению к исполнению (неисполнению) обязательства (т.е. к долгу).

Хотя применительно к страхованию законодатель использует категорию вины, ее значение выражается в том, что с виной связаны именно пределы соответствующей обязанности страховщика перед страхователем (выгодоприобретателем) <*>. Действующее законодательство содержит общие нормы, которые предусматривают последствия виновных действий страхователя, выгодоприобретателя (при личном страховании - застрахованного лица), а также некоторое число норм специальных, адресованных исключительно застрахованному лицу (последствиям его вины).

--------------------------------

<*> Об эволюции, которую претерпело страховое законодательство разных стран применительно к категории "вина", см.: Серебровский В.И. Избранные труды по наследственному и страховому праву. С. 314.

Одна из таких норм относится к случаям возникновения убытков по той причине, что страхователь умышленно не принял разумных и доступных ему мер для возможного их уменьшения (п. 3 ст. 962 ГК). Пример подобной ситуации приведен в книге В.Д. Ларичева <*>. С целью поправить финансовое положение коммерческого агентства его директор застраховал на значительную сумму полученные им во временное пользование для своего торгового павильона разные товары, а затем поджег павильон, предварительно возвратив товары тем, у кого он их получил. В этой же книге приведены, со ссылкой на зарубежные источники, данные о том, что 15% причиненного ущерба в результате пожаров составляют умышленные поджоги с той же целью - получить страховое возмещение <**>.

--------------------------------

<*> См.: Ларичев В.Д. Мошенничество в сфере страхования: Предупреждение, выявление, расследование. М., 1998. С. 80.

<**> См.: Там же.

ГК 1922 г. предусматривал необходимость освобождения страховщика от выплаты страховой суммы при наступлении страхового случая вследствие умысла или грубой небрежности страхователя или выгодоприобретателя. ГК РСФСР 1964 г. никаких норм на этот счет не содержал. Действующий ГК (ст. 963) не признает страховым случаем обстоятельства, происшедшие вследствие умышленных действий одного из трех - страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица. Что же касается последствий грубой небрежности страхователя или выгодоприобретателя, то освобождение по этой причине страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования может иметь место только тогда, когда это было прямо предусмотрено законом (п. 1 ст. 963 ГК). Примером может служить ст. 265 КТМ, в силу которой страховщик не несет ответственности за убытки, причиненные как умышленно, так и по грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя либо его представителя. Существуют созданные на этот счет и иные, действующие только в отношении двух видов договоров страхования правила. Так, в соответствии с п. 2 ст. 963 ГК в договоре страхования гражданской ответственности за причинение вреда жизни или здоровью соответствующая обязанность у страховщика не возникает, если причинение вреда наступило по вине того, на ком лежала ответственность. При личном страховании, на что уже обращалось внимание, страховая выплата, причитавшаяся по договору страхования жизни, не должна производиться, если смерть наступила вследствие самоубийства застрахованного лица, которое последовало в пределах двух лет с момента заключения договора (п. 3 ст. 963 ГК).

Обстоятельство считается страховым случаем, если оно полностью отвечает указанным в договоре признакам. Примером может служить дело, возникшее в связи с требованием истца, адресованным контрагенту - страховой компании, выплатить страховое возмещение на основании договора страхования риска непогашения суммы, внесенной торговой фирмой в виде платы за приобретенную автомашину. Основанием для иска послужило то, что фирма, чьи действия были застрахованы, не предоставила оплаченную автомашину. Отменяя решение нижестоящего суда, удовлетворившего требования истца, Верховный Суд РФ указал на то, что в данной ситуации, как предусматривал договор, страховой случай наступает при непредоставлении фирмой автомобиля и одновременном ее отказе возвратить средства, внесенные страхователем. Поскольку второе условие, необходимое для наступления страхового случая (имелся в виду отказ возвратить выплаченную сумму), отсутствовало, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала необходимым отказать в иске <*>.

--------------------------------

<*> Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1997. N 12. С. 1 - 2. И еще одно, аналогичное дело было рассмотрено той же Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ. Речь шла о том, что М. заключила договор страхования риска непогашения суммы, внесенной ею фирме для покупки на льготных условиях через определенный период времени автомобиля "Таврия". В связи с тем что он не был ей в действительности передан, М. заявила соответствующее требование к страховой компании. Рассмотрев дело по протесту прокурора, Коллегия обратила внимание на условие договора, в соответствии с которым "страховой случай наступает при непредоставлении фирмой автомобиля и отказе возвратить средства, внесенные страхователем. Такое условие, как реальное намерение исполнить фирмой... обязательство по договору купли-продажи автомашины, договор страхования не содержит, в связи с чем довод протеста прокурора о наступлении страхового случая, дающего истице право на получение страхового возмещения, нельзя признать правильным". Это послужило одним из оснований отклонения протеста и оставления в силе решения нижестоящего суда об отказе в иске (см.: Страховое дело. 1998. Март. С. 53 - 54).

Страховой интерес

Вступая в любой свободно заключаемый договор, стороны реализуют свой к нему интерес. С указанной точки зрения интересом к заключению договора страхования должны обладать обе стороны. При этом интерес страховщика, выражающийся в получении страховой премии, ничем не отличается от обычного для предпринимателя интереса - к получению прибыли от оказываемой им в виде страхования услуги.

Специфический смысл и значение приобретает интерес к заключаемому договору страхования только страхователя. Он и носит название страхового интереса.

Существуют определенные различия в решении соответствующего вопроса применительно к договорам имущественного страхования, с одной стороны, и личного - с другой.

Интерес страхователя в договоре имущественного страхования выражается в том, что при наступлении страхового случая он сможет потребовать от страховщика возмещения возникших в результате соответствующего события (страхового случая) убытков <*>. Однако специфика страхового отношения как такового состоит в том, что помимо указанного позитивного интереса должен быть у страхователя и другой, негативный, интерес - к тому, чтобы страховой случай все же не наступил. Этот негативный интерес, составляя существенный элемент страхования, призван служить определенной гарантией для страховщика. Помимо прочего, отсутствие негативного интереса способно оказать прямое влияние на саму вероятность наступления страхового случая.

--------------------------------

<*> Это в свое время дало основание И.И. Степанову сделать вывод, что "значение слова "страхование" таково, что обнимает собой только отклонение страха. Страх же или риск не есть боязнь наступления несчастья, а его последствий. Поэтому и понятие страхования должно быть ограничено только деятельностью, направленной к отклонению последствий несчастья" (Степанов И.И. Опыт теории страхового договора. С. 11).

С учетом отмеченных обстоятельств п. 1 ст. 930 ГК, посвященный страхованию имущества, признает возможным заключение договора только в пользу такого лица (страхователя или выгодоприобретателя), которое обладает основанным на законе, ином правовом акте или договоре интересом к сохранению соответствующего имущества. При этом характер интереса может быть различным <*>. Придавая приведенному требованию особое значение, п. 2 той же статьи считает недействительным, к тому же ничтожным, договор страхования имущества, который был заключен при отсутствии у страхователя либо соответственно выгодоприобретателя интереса, о котором идет речь. И не имеет значения, основан ли этот интерес на обладании вещным или обязательственным правом. В подтверждение можно привести одно из арбитражных дел. Оно возникло в связи с тем, что страховщик отказался возместить страхователю - обществу с ограниченной ответственностью стоимость погибших при пожаре основных средств, сославшись на то, что договор страхования является недействительным в связи с отсутствием интереса у страхователя в сохранении имущества, поскольку общество не является его собственником. Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ, однако, признал такую позицию нижестоящего суда необоснованной. При этом было отмечено, что общество "арендует имущество на основе договора аренды, который действует в течение 15 месяцев и содержит обязанность арендатора по страхованию" <**>. И этого было достаточно для признания наличия у ответчика страхового интереса.

--------------------------------

<*> Пожалуй, справедливым можно признать решение соответствующего вопроса в проекте Гражданского уложения. Предусмотрев, что страхование имущества возможно не только собственником, а равно иным лицом, имеющим интерес в сохранении имущества (владельцем, залогодержателем, нанимателем, комиссионером и др.), и соответственно указав на недействительность нарушающих это требование сделок, авторы проекта сочли необходимым особо указать в нем на то, что "если страхователь при заключении договора находился в извинительном заблуждении, то он имеет право требовать обратно половину уплаченной суммы или отказаться от уплаты половины суммы" (ст. 1026 в последней по времени редакции проекта).

<**> Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1997. N 7. С. 37 - 38.

Аналогичными соображениями явно руководствовался и законодатель, допустив возможность возложения договором обязанности страхования заложенного имущества, в зависимости от того, у кого оно находится, на залогодателя или залогодержателя (ст. 343 ГК) либо таким же образом обязанности страховать строящийся объект - на заказчика или на подрядчика (ст. 742 ГК).

Е.А. Суханов счел необходимым подчеркнуть, что в любых видах страхования запрещено страхование противоправных интересов. В этой связи автор обратил внимание, в частности, на то, что "правило о ничтожности условий договора о страховании противоправных интересов исключает возможность весьма своеобразных сделок "страхования риска невозврата кредита", получивших определенное распространение в современной предпринимательской практике. Речь идет о ситуации, в которой заемщик - страхователь, заранее не собираясь возвращать полученный кредит (а именно предполагая заведомое, причем собственное нарушение условий кредитного договора), "страхует" этот "риск" у страхователя в пользу банка - займодавца (а после получения кредита и уплаты нескольких страховых взносов прекращает договор страхования по соглашению со страхователем)" <*>.

--------------------------------

<*> Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1996. С. 209.

В литературе в течение долгого времени продолжался спор о том, что составляет предмет отношений по страхованию - "интерес к имуществу" или "имущество". Так, мнению В.И. Серебровского, полагавшему, что "предметом страхования является интерес, связанный с имуществом" <*>, противостояли взгляды К.А. Граве и Л.А. Лунца. Ссылаясь в этом вопросе на В.К. Райхера <**>, они приходили к выводу, что "имущественное страхование есть одно из мероприятий, направленных на охрану целости и сохранности именно имущества, составляющего социалистическую или иную собственность. Возмещение убытков методом страхования является одним из средств охраны целости этого имущества, восстановления разрушенных или поврежденных имущественных ценностей путем предоставления страхователю (выгодоприобретателю) для этой цели денежных средств. Обязанность предоставления этих денежных средств (уплата страхового возмещения) составляет предмет (содержание) страхового правоотношения в части, касающейся обязательств страховщика. Страховой же интерес "не есть ни предмет страховой охраны, ни предмет страхового правоотношения, а одна из необходимых предпосылок возникновения и существования этого правоотношения, то есть юридический факт, от наличия которого зависят возникновение и дальнейшее существование уже возникшего страхового правоотношения" <***>.

--------------------------------

<*> См.: Серебровский В.И. Избранные труды по наследственному и страховому праву. С. 399.

<**> Имеется в виду утверждение В.К. Райхера о том, что предметом страхования является "объект, с которым может произойти предусмотренное страхованием событие" (Райхер В.К. Общественно-исторические типы страхования. С. 208).

<***> Граве К.А., Лунц Л.А. Страхование. С. 42.

Нам представляется более обоснованной точка зрения В.И. Серебровского. Прежде всего заслуживают внимания приведенные им самим соображения. Имеются в виду ссылки на то, что "когда страховщик заключает страхование, то он не принимает на себя обязательство восстанавливать ту или иную вещь, пострадавшую от наступления страхового случая, а отказывается только возместить тот ущерб, который понес страхователь. Нет препятствий к тому, чтобы страховщик принял на себя обязательство возместить и косвенный ущерб. Наконец, вполне возможно одновременное страхование рядом лиц, находящихся в различных юридических отношениях по отношению к одной и той же вещи (собственник, залогодержатель, перевозчик и т.д.)" <*>. Ко всему этому можно добавить и то, что с позиции обоснованно оспариваемой им точки зрения за пределами договора имущественного страхования неизбежно окажутся многие виды, не связанные со страхованием имущества. В частности, имеется в виду страхование ответственности, при котором предметом служит несомненно именно имущественный интерес к тому, чтобы не платить соответствующую сумму потерпевшему.

--------------------------------

<*> Серебровский В.И. Избранные труды по наследственному и страховому праву. С. 399.

Думается, что именно взгляды В.И. Серебровского нашли теперь прямое выражение в ГК. Так, в частности, в самом определении договора имущественного страхования разграничены "убытки в застрахованном имуществе" и "убытки в связи с иными имущественными интересами" (ст. 929 ГК). К этому можно добавить, что в составе выделяемых в ГК четырех разновидностей договора имущественного страхования (см. соответственно ст. 930, 931, 932, 933) только одна прямо названа "договором страхования имущества" (ст. 930). Наконец, особо следует указать на ст. 942 ГК. Перечисляя условия договора имущественного страхования, по которым должно быть достигнуто соглашение (существенные условия), эта статья называет, в частности, определенное имущество либо иной имущественный интерес, являющийся объектом страхования.

Норм, аналогичных тем, которые признают наличие интереса непременным условием договора имущественного страхования (имеются в виду упомянутые выше п. 1 и 2 ст. 930 ГК), применительно к договору личного страхования ГК не содержит. Это послужило, очевидно, поводом к тому, чтобы в одном из комментариев к Кодексу признается: "Страховой интерес приобретает юридическое значение только при имущественном страховании" <*>. В этой связи целесообразно вернуться к дискуссии, которая велась в продолжение достаточно длительного времени. В самом общем виде она свелась к вопросу: что же представляет собой страховой интерес и можно ли исходя из этого признать его имеющим значение для любых договоров страхования, в том числе и личного страхования?

--------------------------------

<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. С. 510.

Прежде всего следует указать на то, что сходную с высказанной в Комментарии к ГК точку зрения отстаивали К.А. Граве и Л.А. Лунц. Усматривая смысл интереса страхователя в возмещении ему убытков, они полагали, что "категория страхового интереса может иметь применение лишь в области имущественного, но не личного страхования. Это вытекает из того, что по нашему праву при личном страховании страховая сумма подлежит выплате безотносительно к тому, связано ли наступление страхового случая с какими-либо убытками для страхователя или выгодоприобретателя или нет" <*>. В качестве оппонента был ими избран на этот раз В.К. Райхер, а объектом для критики послужило следующее его положение: "Страховой интерес... есть универсальная категория советского страхования: он не ограничен сферой имущественного страхования, но действует также и в личном. Однако действие его в этих обоих случаях существенно различно, как и действие соотносительной с ним категории: имущественной потребности".

--------------------------------

<*> Граве К.А., Лунц А.А. Страхование. С. 44.

В имущественном страховании страховой интерес определяется в своем наличии и размере in concreto и входит в самое содержание страхового обязательства как его непременная "каузальная основа".

В личном страховании страховой интерес сохраняет свое значение как подлинное основание страховой сделки и страхового обязательства. Иначе, если бы этого не было, договор личного страхования утратил бы реальное жизненное содержание, превратился бы в страховую игру. Но здесь, в отличие от имущественного страхования, это основание страховой сделки остается, как правило, вне ее юридического содержания, не входит в ее состав <*>.

--------------------------------

<*> Райхер В.К. Общественно-исторические типы страхования. С. 217.

Нетрудно заметить, что в приведенном споре о наличии интереса в обоих видах страхования или только при имущественном страховании в "интерес" вкладывается разный смысл. Если считать, что им служат "убытки", их возмещение, то, естественно, при таком заранее заданном ограничении можно заведомо прийти к выводу об отсутствии "интереса" при личном страховании. Иное исключено уже потому, что "возмещение убытков" как раз и является индивидуализирующим признаком именно имущественного страхования. При этом известно, что любой признак является видовым, поскольку он, с одной стороны, присущ данному виду, а с другой - отсутствует у всех других видов. По указанной причине, оценивая взгляды сторонников той и другой точки зрения, О.С. Иоффе усматривал единство страхования в том, что "все его виды служат единой цели - возмещению внезапно возникающих имущественных потерь путем их разложения. Тот же факт, что имущественные потери не имеют при личном страховании юридического значения, сам по себе надежности этого критерия не опорочивает" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 731. Эта же мысль была еще ранее высказана автором в другой его работе: Иоффе О.С. Советское гражданское право. Отдельные виды обязательств: Курс лекций. Т. 2. Л.: ЛГУ, 1961. С. 422 - 423.

Поскольку выдвигаемый таким образом критерий носит имущественный характер, есть все основания согласиться с О.С. Иоффе и В.К. Райхером в том, что имущественный интерес присущ также и личному страхованию. Право действительно не связывает с указанным выводом необходимости использовать этот критерий для разграничения подлежащих и не подлежащих защите прав страхователя подобно тому, как происходит в договоре имущественного страхования. Однако следует признать, что это и невозможно сделать, поскольку в договоре имущественного страхования имущественный интерес может быть подвергнут количественной оценке и в таком смысле является объективным, в то время как при страховании личном свой интерес определяет сам страхователь, исходя из собственных расчетов, которые имеют значение только для этой стороны.

Хотелось бы обратить внимание и еще на одно обстоятельство. Смысл личного страхования состоит в получении, как и в имущественном страховании, соответствующей суммы. Никакого иного положительного интереса у сторон не может быть. И если отказываться считать этот интерес имущественным, придется признать его неимущественным. А это не укладывается в исходное представление не только о страховании, но и об имуществе как таковом.

В результате оказывается, что спор может возникнуть только по вопросу о негативном интересе: интересе страхователя к тому, чтобы страховой случай не наступил.

Именно этот вопрос всплыл в ходе дискуссии по сходному вопросу, которая велась в дореволюционной литературе. Так, Г.Ф. Шершеневич был сторонником того, что "страховой интерес чужд личному страхованию, поскольку последнее не обосновывается возмещением убытков" <*>. Он объяснял это тем, что "требование какой-либо связи между интересами лица, которое приобретает право на полученные суммы, и жизнью лица, которое обусловливает обязанность страховщика, должно быть отброшено" <**>.

--------------------------------

<*> Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. II. С. 441.

<**> Там же.

Таким образом, оказывалось, что если в имущественном страховании у страхователя должен существовать интерес к сохранению имущества, то при личном страховании нельзя предполагать необходимым, чтобы заинтересованным лицом был именно тот, в жизни и здоровье которого страхователь имел интерес, включая и имущественный.

Противоположную позицию занимал П.П. Цитович. Он исходил из того, что "договор страхования вырос бы в необузданное пари о жизни и смерти всех и каждого и в постоянное искушение для бенефициаров покончить с жизнью того, кто взял головою страхование (под этим последним термином подразумевалось "застрахованное лицо". - М.Б.), если не ввести для действительности договора два предложения. Во-первых, у страхователя с бенефициантом должна быть одна из тех связей, которые для закона объясняют и оправдывают участие страхователя в судьбе бенефицианта. Во-вторых, между бенефициантом и головой страхования должна быть одна из тех связей, которые делают невероятным покушение для бенефицианта из-под руки (неуловимо для уголовного закона) посягнуть на жизнь головы страхования. Такими связями считается связь брачная, связь родственная в известных пределах родства, в которых если не по закону, то по господствующему праву обязательным считается материальная помощь" <*>.

--------------------------------

<*> Цитович П.П. Обязательства по русскому гражданскому праву. С. 85.

Начало такого рода актам положил пресловутый Gambling Act 1774 г., выдвигавший в качестве условия для личного страхования наличие у страхователя интереса к жизни застрахованного лица (к жизням застрахованных лиц). Тем самым должен был быть положен конец практике, при которой подписывались договоры страхования с указанием в качестве застрахованного лица самых знаменитых деятелей вплоть до вызвавших большой резонанс "страховых пари" - договоров страхования, в которых застрахованным лицом значилась принцесса Уэльская.

Наиболее полно указанной цели - обеспечить в личном страховании страховой интерес в указанном выше смысле - соответствовали нормы, появившиеся в законодательстве ряда стран. Примером может служить ГК Квебека, предусматривающий, что договор индивидуального страхования является недействительным, когда в момент его заключения страхователь не имеет страхового интереса к жизни или здоровью застрахованного лица, если только застрахованное лицо не дает на это согласия в письменной форме. С учетом приведенного правила уступка такого договора признается недействительной, если цессионарий не имеет требуемого интереса на момент уступки. А в следующей норме того же Кодекса содержится указание на то, что лицо имеет страховой интерес к собственным жизни и здоровью, а также к жизни и здоровью супруга, своих наследников по нисходящей линии и наследников по нисходящей линии своего супруга или лиц, которые принимают участие в его содержании или образовании. Лицо также имеет интерес в жизни и здоровье своих работников и персонала или лиц, жизнь и здоровье которых представляют для него имущественный или моральный интерес.

Аналогичные положения, соответствующие приведенным взглядам П.П. Цитовича, нашли свое закрепление и в проекте книги пятой Гражданского уложения России. Речь идет об одной из статей проекта, в которой предусматривалось: договор, заключенный на случай смерти или неспособности к труду не самого страхователя, а другого лица, действителен, если только страхователь имущественно заинтересован в продолжении жизни или способности к труду застрахованного лица либо если последнее изъявило согласие на заключение договора. Супруги и родственники по восходящей и нисходящей линиям должны были иметь возможность взаимно страховать свою жизнь и при отсутствии условий, указанных в приведенной статье проекта.

В действующем ГК такого рода нормы отсутствуют. Однако все же одобрительное отношение Кодекса к необходимости наличия интереса у страхователя не только при имущественном, но и при личном страховании оказалось весьма определенным.

Прежде всего речь идет о том, что ГК содержит специальную статью (928), которая определяет "интересы, страхование которых не допускается". Эта статья находится в той части гл. 48, которая предшествует статьям, посвященным как имущественному, так и личному страхованию. Уже по этой причине есть основания полагать, что речь идет об общей норме, которая распространяется на любые договоры страхования. Тем более что специальное правовое регулирование вопросов, связанных со страхованием по договору имущественного страхования, выделено особо нормами, которые входят в состав п. 2 ст. 929 ГК ("Договор имущественного страхования").

Статья 928 ГК предусматривает три основания признания договора страхования ничтожным по причинам, связанным с определенными интересами сторон. Два из этих оснований - нарушение запрета страхования убытков от участия в играх, лотереях и пари, а также страхования расходов, к которым лицо может быть принуждено в целях освобождения заложников <*>, - несомненно, относятся только к договорам имущественного страхования. Однако третье основание является общим для всех видов договоров страхования. Речь идет о запрете противоправных интересов. Имеется в виду, что в равной мере должны быть признаны ничтожными по основаниям, указанным в п. 1 ст. 928 ГК и тем самым ст. 168 ГК, как договор страхования предпринимательского риска применительно к деятельности, запрещенной законом, так и договор личного страхования, в котором заинтересованным лицом является будущая жертва страхователя <**>.

--------------------------------

<*> А.А. Иванов - и есть основания с ним согласиться - объяснял мотивы законодателя следующим образом: в первом случае это связано с тем, что "разрешение такого страхования противоречило бы ст. 1062 ГК, которая лишает судебной защиты требования, вытекающие из игр или пари, кроме случаев, предусмотренных в законе", а во втором - "страхование подобных расходов могло бы спровоцировать захват заложников, поскольку увеличило бы надежды преступников на получение выкупа от страховщика" (Гражданское право: Учебник. Ч. 2 / Под ред. А.П. Сергеева и Ю.К. Толстого. М., 1997. С. 498.

<**> В книге В.Д. Ларичева ("Мошенничество в сфере страхования, предупреждение, выявление, расследование". С. 83 - 85) приводится случай, когда по преступному сговору группы лиц ими была застрахована в 20 страховых компаниях жизнь одного из членов этой группы, из-за чего были получены фиктивные документы о смерти этого застрахованного лица, на основании которых те, кто был назван в договорах выгодоприобретателями, получили от всех страхователей соответствующую страховую сумму.

Существует в гл. 48 и еще одна действующая применительно ко всем видам страхования норма, которая дает основание признать необходимость наличия страхового интереса не только при имущественном, но и при личном страховании. Имеется в виду п. 1 ст. 958 ГК, устанавливающий общее правило, в силу которого договор страхования прекращается до наступления срока, на который он был заключен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам, иным, чем страховой случай. Приведенное указание имеет в виду прекращение договора вследствие утраты страхового интереса после заключения договора. Вряд ли можно оспаривать то, что обстоятельства, выделенные в этой статье, в равной мере служат необходимым и достаточным основанием для прекращения договора имущественного страхования (застрахованный от огня дом провалился вследствие действия подпочвенных вод) и договора личного страхования (лицо, чья жизнь была застрахована, умерло вследствие обстоятельств, не охваченных указанными в договоре страховыми случаями).

Наличие приведенных и ряда других содержащихся в ГК норм, очевидно, послужило основанием к тому, чтобы господствующая в настоящее время в литературе точка зрения основывалась все же на признании страхового интереса, присущего любому виду страхования <*>. Такая позиция может иметь практическое значение, в частности, в связи с тем, что даже при отсутствии норм, запрещающих страхование жизни лиц, не находящихся со страхователем в родственных связях или не связанных с ним иным образом, следует признать возможным отказать в получении страховой суммы страхователю, если будет обнаружено, что стимулом к заключению договора страхования жизни застрахованного лица для него служил исключительно интерес к получению страховой суммы. Правовым основанием для такого отказа может служить ст. 10 ГК. Речь идет о таких действиях страхователя, которые могут квалифицироваться как злоупотребление правом.

--------------------------------

<*> Так, Е.А. Суханов, признавая наличие страхового интереса в личном страховании, обратил внимание на такую, несомненно присущую этим договорам, особенность, как "отсутствие в них максимального размера стартовой суммы... поскольку определить точный размер страхового интереса, как в имущественном страховании, здесь не представляется возможным" (Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М., 1996. С. 215). А.А. Иванов считает, что "страховой интерес и это объективное основание договора страхования - та социально-правовая позиция страхователя, которая объединяет его субъективное желание заключить договор" (Гражданское право: Учебник. Ч. 2 / Под ред. А.П. Сергеева и Ю.К. Толстого. С. 498). Соответственно и С. Михайлов отмечал: "В связи с тем, что в Кодексе проведено четкое разграничение имущественного и личного страхования, объект личного страхования в ГК не назван, но это обстоятельство само по себе не является отрицанием наличия и роли страхового интереса и в личном страховании" (Страховое право. 1999. N 3. С. 21).

Наконец, следует иметь в виду и еще одно обстоятельство, на которое много лет назад обратил внимание К.Д. Кавелин и о котором уже шла речь выше: "В том случае, когда сам же страхователь - бенефициант, а застрахованный - лицо постороннее, договор страхования выродился бы в пари, если жизнь застрахованного для страхователя не представляет никакого интереса" <*>. И если это положение распространить на современное законодательство, то применительно к договору, именуемому сторонами страховым, придется в соответствии со ст. 1062 ГК признать: соответствующие требования страхователя (выгодоприобретателя) не подлежат в виде общего правила судебной защите. Тем самым в указанных случаях обязательство страховщика превратилось бы в натуральное.

--------------------------------

<*> Кавелин К.Д. Права и обязанности по имуществам и обязательствам в применении к русскому законодательству. С. 245.