Глава 1. Право на жилище и жилищное право
Рейтинг пользователей: / 2
ХудшийЛучший 
Жилищное право - П.В. Крашенников Жилищное право


§ 1. Право граждан на жилище

Конституция Российской Федерации (ст. 40) провозглашает пра­во каждого гражданина России на жилище. Основные же принципы и механизмы реализации данного конституционного права российских граждан, как и важнейшая часть правового регулирования жилищных отношений, определена в ЖК РФ1.

В ч. 2 и 3 ст. 1 ЖК РФ указывается на то, что граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жи­лищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством основа­ний. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, сво­боды и законные интересы других граждан. При этом жилищные права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституци­онного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Анализ конституционных норм, а также положений, предусмот­ренных федеральным законодательством, показывает, что в настоя­щее время право на жилище может быть реализовано различными способами, а именно:

— путем предоставления жилых помещений по договору социаль­ного найма в домах государственного и муниципального жилищных фондов2. Конституция РФ предусматривает ограниченный круг гра­ждан, имеющих такое право. К ним относятся малоимущие и иные указанные в законе граждане, нуждающиеся в жилище;

—путем передачи жилых помещений в соответствии с договором коммерческого найма1. По данному договору в коммерческий наем
может передаваться жилье из государственных, муниципальных и ча­стных жилищных фондов на условиях, существенно отличающихся
от договора социального найма. Круг граждан, имеющих право на за­ключение данного договора, неограничен;

—путем приобретения либо строительства жилых помещений в до­мах различных жилищных фондов за собственные средства без ог­раничения площади, в том числе и за доступную плату (ч. 3 ст. 40 Конституции РФ). В первом случае граждане решают свои жилищные
проблемы посредством гражданско-правовых сделок: купли-продажи, мены, дарения, наследования, а также строительства и других дейст­вий, не противоречащих законодательству. Во втором случае государ­ственные и муниципальные органы обеспечивают приобретение граж­данами жилых помещений из государственных либо муниципальных жилищных фондов за доступную плату (например, при освобождении
комнаты в коммунальной квартире) или предоставляют нуждающимся в улучшении жилищных условий безвозмездные субсидии на покупку
либо на строительство жилых помещений.

На основании ст. 2 ЖК РФ органы государственной власти и органы местного самоуправления в пределах своей компетенции обеспечивают создание условий для осуществления гражданами права на жилище, в том числе:

—содействуют развитию рынка недвижимости в жилищной сфере в целях создания необходимых условий для удовлетворения потреб­ностей граждан в жилище;

—используют бюджетные и иные денежные средства для улучше­ния жилищных условий граждан, в том числе путем предоставления
в установленном порядке субсидий для приобретения (строительства) жилых помещений;

—в установленном порядке предоставляют гражданам жилые по­мещения по договорам социального найма и найма жилых помещений
в государственном и муниципальном жилищных фондах;

—стимулируют жилищное строительство в соответствии со спросом;

—обеспечивают защиту прав и законных интересов граждан, приоб­ретающих жилые помещения и пользующихся ими на законных осно­ваниях, а также потребителей коммунальных услуг и услуг, касающихся обслуживания жилищного фонда;

—обеспечивают государственный контроль за исполнением жилищ­ного законодательства, использованием и сохранностью жилищного
фонда, соответствием жилых помещений установленным санитарным и техническим правилам и нормам;

—обеспечивают государственный контроль за соблюдением требо­ваний градостроительного законодательства, государственных норм
и стандартов при жилищном строительстве.

Нельзя не согласиться с мнением Б.М. Гонгало о том, что, несмотря на «разнокалиберность» полномочий, они имеют цель обозначить со­вокупность различного рода действий всех органов власти и местного самоуправления, обеспечивающих условия для осуществления права на жилище1.

Конституция РФ (ч. 2 ст. 40) предписывает органам государственной власти и местного самоуправления поощрять жилищное строительство и создавать иные условия для осуществления права граждан на жилище.

Конституционное право на жилище непосредственно связано с дру­гим конституционным правом, закрепленным в ст. 27 Основного За­кона. Согласно ч. 1 ст. 27 Конституции РФ каждый, кто на законных основаниях находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и житель­ства2. При этом данное право, как и иные конституционные права и свободы человека и гражданина, в соответствии с ч. 3 ст. 55 Консти­туции РФ может быть ограничено федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях:

—защиты основ конституционного строя;

—защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц;

—обеспечения обороны и безопасности государства.

В ГК РФ месту жительства гражданина посвящена ст. 20, в соответ­ствии с которой «местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает», а «местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей — родителей, усыновителей или опекунов».

Из вышеизложенного следует, что многочисленные подзаконные акты, регулирующие пресловутую прописку, не имеют законных ос­нований. Закон РФ от 25 июня 1993 г. № 5242-I «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пре­бывания и жительства в пределах Российской Федерации»1 (далее — Закон о праве граждан на свободу передвижения) вместо прописки вводит регистрационный учет граждан России. Одновременно данный Закон указывает на то, что регистрация или отсутствие таковой не мо­жет служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан.

Вплоть до недавнего времени законодательство и соответственно судебная практика почти всегда связывали право граждан на прожива­ние в жилом помещении с пропиской. По данному вопросу было дано соответствующее разъяснение в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. № 2 (п. 7) «О практике применения судами жилищного законодательства»2. Однако с принятием Закона о праве граждан на свободу передвижения и Конституции РФ 1993 г. норма, содержащаяся в ч. 1 ст. 54 ЖК РСФСР, вступила в противоречие с указанными актами и как следствие признана Конституционным Су­дом РФ неконституционной. В постановлении Конституционного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. «По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 54 Жилищного кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданки Л.Н. Ситаловой»3 указано, в частности, что пово­дом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданки Л.Н. Ситаловой на нарушение ее конституционного права на жилище примененными судом в ее деле нормами ЖК РСФСР.

По делу было установлено, что гражданка Л.Н. Ситалова в тече­ние пяти лет находилась в фактических брачных отношениях с гра­жданином В.Н. Кадеркиным и проживала в его квартире, оставаясь прописанной в другом жилом помещении. После смерти родителей В.Н. Кадеркина она поставила вопрос о прописке в его квартире, на что согласия не получила.

В жалобе был поставлен вопрос о нарушении ч. 1 ст. 40 Конститу­ции РФ, согласно которой каждый гражданин имеет право на жилище и никто не может быть произвольно лишен жилища. Законодатель, осуществляя регулирование этого конституционного права, обязан был следовать требованию ч. 2 ст. 55 Конституции РФ о недопустимости ущемления законами прав и свобод человека и гражданина. Это имело непосредственное отношение к установленному в ЖК РСФСР порядку вселения в жилое помещение.

Положение ч. 1 ст. 54 ЖК РСФСР о праве нанимателя на вселение других граждан в занимаемое им жилое помещение «в установленном порядке» носило бланкетный характер. Неопределенность юридиче­ского содержания данного положения не позволяла ответить на вопрос, какой орган и каким актом должен устанавливать этот порядок, и по­рождала произвольное понимание того, что оно означало по своему существу.

Отсутствие указания на вид нормативного акта, который должен «устанавливать порядок» вселения в жилое помещение, позволяет законодательным и исполнительным органам государственной власти различных субъектов Российской Федерации устанавливать такой порядок по собственному усмотрению, что может привести к наруше­нию конституционного права граждан на жилище и произвольному лишению их жилья.

Противоречива была также и судебная практика применения ч. 1 ст. 54 Жилищного кодекса РСФСР. При юридически сходных обстоя­тельствах дела указанной категории разрешались судами по-разному, что влекло неодинаковые правовые последствия для граждан.

Судебное толкование Жилищного кодекса РСФСР сложилось как признание того, что осуществление жилищных прав напрямую связано с пропиской, наличию или отсутствию которой придавалось правоус­танавливающее значение.

Несмотря на то что постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 22 апреля 1992 г. № 8 «О применении судами Российской Федерации постановлений Пленума Верховного Суда Союза ССР» (в редак­ции Постановления от 21 декабря 1993 г. № 111) было установлено, что до принятия соответствующих законодательных актов Российской Федерации нормы бывшего СССР и разъяснения по их применению, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Союза ССР, могут применяться судами в части, не противоречащей Конституции РФ и Соглашению о создании Содружества Независимых Государств, пра­воприменительные органы при решении вопроса о вселении в жилое помещение нередко руководствовались отмененными нормативными актами, нарушая требования ст. 18 Конституции РФ, согласно которой «права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими», «определяют смысл, содержание и применение за­конов» и ч. 1 ст. 27 Конституции РФ, закрепляющей право свободно выбирать место пребывания и жительства, поскольку его реализация ставится в зависимость от получения разрешения на прописку.

Из Конституции РФ и Закона о праве граждан на свободу передви­жения следует, что регистрация, заменившая институт прописки, или отсутствие таковой не может служить основанием ограничения или усло­вием реализации прав и свобод граждан (ст. 3 Закона), в том числе права на жилище. Однако до настоящего времени «установленный порядок», определяющий процедуру вселения в жилое помещение, понимался в правоприменительной практике исключительно как соблюдение по­ложений о прописке, что имело место и при разрешении дела гражданки Л.Н. Ситаловой (со ссылкой на ч. 1 и 2 ст. 54 ЖК РСФСР).

Таким образом, положение ч. 1 ст. 54 ЖК РСФСР, как в его бук­вальном истолковании, так и в том смысле, который ему придавался сложившейся правоприменительной практикой, приводило к наруше­нию ст. 18, 19 (ч. 1) Конституции РФ, а также основных прав и свобод граждан, предусмотренных ст. 27 (ч. 1), 40 (ч. 1) Конституции РФ, и не согласовывалось с основаниями и условиями их ограничения, закрепленными в ст. 55 (ч. 2 и 3) Конституции РФ. Вместе с тем ч. 2 ст. 54 ЖК РСФСР, определяя условия приобретения равных прав на пользование жилым помещением, не противоречила указанным конституционным нормам2.

Уже после вынесения Конституционным Судом РФ названного выше решения Правительство РФ приняло постановление от 17 июля 1995 г. № 713 «Об утверждении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию»1, а Министерство внутренних дел утвердило соответствующую Инструкцию2, в которых конкретизируются нормы Закона о праве граждан на свободу передви­жения. Однако с сожалением приходится отметить, что еще преждевре­менно говорить об окончательном «уходе» прописки из нашей жизни. Еще действуют региональные документы, которыми местные власти пытаются регулировать прописку вопреки Конституции РФ и другим указанным выше актам.

Рассматривая конституционные права человека и гражданина, связанные с жилищем, нельзя не обратить внимание и на ст. 23 и 25 Основного Закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет пра­во на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тай­ну, защиту своей чести и доброго имени. Статья 25 указывает на то, что «жилище неприкосновенно» и что «никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения»3. Развивая данное положение, ст. 3 ЖК РФ устанавливает, что проникновение в жилище без согласия проживающих в нем на за­конных основаниях лиц допускается в случаях и в порядке, предусмот­ренных федеральным законом, только в целях спасения жизни граждан и их имущества, обеспечения их личной безопасности или общественной безопасности при аварийных ситуациях, стихийных бедствиях, катаст­рофах, массовых беспорядках или иных обстоятельствах чрезвычайного характера, а также в целях задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, пресечения совершаемого преступления или установления обстоятельств совершенного преступления либо произошедшего несчаст­ного случая. Как верно отмечает Л.О. Красавчикова, «неприкосновенность жилища — это неприкосновенность не объекта... это неприкосновенность одного из элементов личной жизни граждан»1.

Кроме того, ч. 4 ст. 3 ЖК РФ определяет, что никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральными законами.