|
Глава 7. ГЕОПОЛИТИКА РАЗВИВАЮЩИХСЯ СТРАН АЗИИ, АФРИКИ И ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ
7.1. Проблемы геополитической ситуации в Азии
7.2. Традиции и геополитика Африки
7.3. Геополитика и страны Латинской Америки
Контрольные вопросы
7.1. Проблемы геополитической ситуации в Азии
Центральная Азия — один из ключевых регионов в обеспечении глобальной безопасности. В настоящее время региональные процессы здесь характеризуются столкновением различных политических, экономических, культурно-цивилизационных интересов разных государств. Если во время первой «большой игры» борьба за Центрально-Азиатский регион (ЦАР) велась между Британской и Российской империями, то сегодня здесь действуют такие важные региональные «игроки», как Турция, Иран, Пакистан, Индия. Новая геополитическая «игра» разворачивается вокруг доступа к энергетическим ресурсам и контроля над транспортными коммуникациями. И на главную роль в ней претендуют США, пытающиеся перетасовать политическую колоду и изменить существующий в регионе расклад сил. Связано это, скорее всего, с тем, что в Вашингтоне вспомнили известное выражение Уинстона Черчилля, произнесенное им еще в 1919 г.: «Центральная Азия — это та дойная корова, которая еще дожидается своего крокодила», и решили «прибрать» регион к своим рукам.
О подлинных устремлениях и целях Белого дома в Центральной Азии, вероятно, можно судить по статье руководителя Вашингтонского института Центральной Азии и Кавказа при высшей школе международных исследований им. Пола Нитце в университете Джона Хопкинса Фредерика Старра «Партнерство для Центральной Азии», опубликованной в главном политическом рупоре США — журнале Foreign Affaizs еще в 2005 г. По мнению ряда политологов, Старр озвучил инициативу американской администрации по созданию новой региональной организации. Суть ее сводится к «созданию форума “Партнерство по сотрудничеству и развитию Большой Центральной Азии (ПБЦА)”», объединяющего под управлением США центральноазиатские государства и Афганистан без участия России, Китая, Ирана и Пакистана. Как считают аналитики, согласно этому замыслу США должны содействовать превращению Афганистана и региона в целом в «безопасную зону суверенных государств» с рыночной экономикой, «светскими и открытыми системами государственного управления» и, самое главное, «поддерживающих позитивные отношения с Вашингтоном». Это позволит Соединенным Штатам не только вырвать центральноазиатские государства из «объятий России и Китая» и окончательно закрепиться в Центральной Азии, но и превратить регион в свой протекторат. Еще в 2002 г. администрация Буша приняла два документа, которые определяли стратегию США в отношении этого региона: «Акт в поддержку свободы в Афганистане», в котором подчеркивается намерение США способствовать становлению демократии и гражданского общества не только в Афганистане, но и во всей Центральной Азии, и «Стратегия национальной безопасности», подтверждающая геополитические интересы США в Каспийском и Центрально-Азиатском регионах. По мнению политолога Елены Вязгиной, после 11 сентября 2001 г. внешнеполитическая линия Соединенных Штатов Америки в Центрально-Азиатском регионе была нацелена на решение следующих задач:
• использование военно-политической конъюнктуры, сложившейся в ходе антитеррористической операции в Афганистане;
• всестороннее укрепление отношений со странами ЦентральноАзиатского региона;
• создание условий, при которых другие внешние силы, прежде всего Россия, не смогли бы контролировать и направлять развитие процессов в Центральной Азии в ущерб американским интересам;
• расширение и модернизация предоставленных вооруженным силам США военных баз и получение дополнительных военных объектов в регионе;
• обеспечение американскому бизнесу доступа к топливно-энергетическим и иным ресурсам Центральной Азии: открытие рынка Центрально-Азиатского региона для американских инвестиций, товаров и услуг; стимулирование структурных экономических реформ.
Внешнеполитическая стратегия достижения этих поставленных целей заключалась в том, чтобы сделать такое предложение странам ЦАР, которое трудно отвергнуть. Посулить нечто, позволявшее потенциальному партнеру решить очень больную проблему, например терроризма, внешних долгов, присвоения статуса страны с рыночной экономикой, заключения очень серьезных программ технологического сотрудничества. Все это — в обмен на некое содействие в строительстве модели мира, устраивающей Америку. А для более полной уверенности в успехе предприятия по закреплению в Центральной Азии США потребовалось непосредственное военное присутствие, обеспечивающее, так сказать, всепогодный контроль.
7.1.1. Россия и Иран: активизация сотрудничества
В 1990-х гг. Иран постепенно укреплял свои геополитические позиции на Ближнем и Среднем Востоке, в Средней Азии, России, начинал налаживать контакты с Западом. В декабре 1997 г. в Тегеране прошло Восьмое совещание в верхах государств — членов Исламской конференции, нормализовавшее отношения Ирана с арабскими странами, которые со времени свержения проамериканского режима шахиншаха Мохаммеда Реза Пехлеви в ходе революции 1979 г. видели в персидском соседе источник экспорта радикального ислама пуританского толка.
Улучшение отношений Ирана с ближайшими и дальними странами говорит об отказе от идеологизации внешней политики. Какие векторы ее развития предпочтет наш южный сосед? Это далеко не праздный вопрос. Объективно геополитическое положение наших двух стран толкает их навстречу друг другу. Но комбинаций построения геополитических сил в важнейшем геостратегическом регионе планеты может быть очень много. Это понимают как страны региона, так и Запад. Со стороны США делаются постоянные попытки перехватить инициативу. Американцы реально мыслят и понимают, что в XXI в. Иран будет лидером в Северо-Западной Азии, включающей Ближний и Средний Восток, Афганистан и Пакистан, Центральную Азию. Другие политики видят Иран новым полюсом силы, протянувшимся на огромной территории: от бывшей советской Центральной Азии (Таджикистан, Узбекистан) до Северного Афганистана, т.е. от Тебриза на западе и до Карачи на востоке. К концу XX в. международная ситуация сложилась таким образом, что все главные геополитические поля на Ближнем и Среднем Востоке: Иран, Пакистан, Афганистан, Израиль и Турция — находятся на перепутье — ни мира, ни войны. В результате сложного действия различных сил отношения Ирана с Турцией и США к концу XX в. несколько улучшились, а с Израилем — ухудшились.
Однако в первом десятилетии ХХ! в. Тегеран и Вашингтон вновь вступили в полосу конфронтаций: главная причина — атомная программа Тегерана. Иран объективно притягивает интересы России и США. Но у России в этой сложной игре есть явные преимущества: она не строит свою политику, исходя из идеологических соображений, не ставит ее в зависимость от тонкостей внутриполитической борьбы в Тегеране.
Как показала жизнь, геополитическая риторика и деятельность президента США Дж. Буша-младшего по отношению ко многим странам Ближнего и Среднего Востока вообще, а к Ирану в частности стала более агрессивной, чем при прежней администрации. Иран стал у Буша «осью зла».
Вашингтон после разрушения СССР объявил Каспий зоной своих стратегических интересов. Безусловно, политика США на Каспии будет направлена прежде всего против России и Ирана. Иран — единственное из пяти прикаспийских государств, кто имеет прямой выход к Индийскому океану, что дает ему преимущества при транспортировке энергоресурсов из Каспия. Подходы Ирана к проблеме Каспийского моря определяются целями его долгосрочной стратегии в регионе — поисками новых рынков сбыта своих товаров, а также приложения капиталов в обход проводимой США политики международной изоляции Ирана, использованием своего выгодного географического положения для того, чтобы коммуникации, нефтегазовые и транспортные потоки проходили через его территорию.
В своей политике в отношении государств региона Иран учитывает степень их участия в недружественных ему блоках, партнерских отношениях и союзах. Иран заинтересован в создании противовеса Турции, претендующей на увеличение своей роли в постсоветском Закавказье. Тегеран обеспокоен также нарушением политического баланса в Каспийском регионе, и особенно попытками США утвердиться на Каспии в качестве единственной сверхдержавы. Его, как и Россию, тревожит угроза проникновения НАТО в регион.
Тегеран настаивает на разделе моря по принципу равных долей (20% каждому). При таком раскладе национальный сектор Ирана становился бы больше, нежели граница, которая пройдет в случае раздела по срединной линии. Это, безусловно, породило бы новые проблемы, например ограничение свободы судоходства. По мнению иранских официальных лиц, российско-казахстанско-азербайджанские договоренности относительно раздела Каспия противоречат существующим юридическим документам, регламентирующим статус этого моря. Иран выступает за прокладку нескольких экспортных трубопроводов, по которым потечет ранняя и большая нефть. Помимо отложенного «иранского маршрута» прокачки нефти Иран лоббирует и ряд других проектов, в частности газопровод из Ирана в Армению.
Очевидно, что цель Ирана — обеспечить долю в каспийских нефтяных и газовых ресурсах, стать главной транзитной страной. Для ее достижения Иран демонстрирует высокий уровень прагматизма. Именно поэтому Иран, как и Россия, заинтересован в экономической и политической стабильности в этом регионе.
В начале 2001 г. Россия предприняла ряд энергичных шагов для сближения с Азербайджаном, чтобы «отбить» его у США и Турции. Если тенденция сближения сохранится, то это позволит Москве укрепить свои позиции на Каспии и в Закавказье, а в дальнейшем ей будет легче найти общий язык с Ираном. Свои разногласия с Тегераном по Каспию Москва с лихвой может компенсировать тесным военным сотрудничеством, что служит интересам обоих государств.
Иран располагает крупнейшими военно-морскими силами в Персидском заливе. Каспий Тегеран рассматривал в качестве второстепенного в военно-морском отношении театра. Это было предопределено статусом моря, советско-иранскими соглашениями. Но разрушение СССР коренным образом изменило ситуацию, и Иран взял курс на резкое увеличение своего военного присутствия на Каспии, где представлены 4-й военно-морской район, военноморская база в Энзели и командование ВМС Корпуса стражей исламской революции в зоне Каспийского моря (батальон охраны побережья в порту Ноушехр). В портах Ноушехр и Энзели, а также в Реште (недалеко от побережья) действуют учебные центры ВМС армии. На Каспии же расположена школа иранских боевых пловцов.
Всего ВМС Ирана имеют на Каспии около 90 боевых и вспомогательных единиц корабельного состава, преимущественно мелких. Иран способен в короткое время в 1,5 раза увеличить группировку своих кораблей на Каспии путем переброски катеров из Персидского залива (включая четыре катера на воздушной подушке).
При всех разногласиях между Россией и Ираном (особенно по статусу Каспийского моря) логично предположить, что именно
Иран и Россия могут сплотить, скоординировать военно-политические усилия против попыток «третьей силы» закрепиться на Каспии. А она сюда уже практически вышла — об этом свидетельствует участие американских и британских компаний в разработке сухопутных и морских месторождений нефти и газа в азербайджанском и казахстанском секторах.
Еще одна причина нелюбви Вашингтона к Тегерану. Иран активно поддерживает позицию России по вопросу сохранения Договора по противоракетной обороне 1972 г., Соглашения о сокращении стратегических наступательных вооружений, а также против продвижения НАТО на Восток, особенно в Грузию, Казахстан, страны Центральной Азии. Если Москве удастся переориентировать Баку на Россию, то в ближайшем будущем может быть создана ось Москва — Баку — Тегеран. Пока же, как это ни парадоксально, активными помощниками США выступают российские нефтяные компании, которые без одобрения официальной Москвы стали участвовать в прозападных нефтяных проектах Баку.
В отношениях между Москвой и Тегераном главными остаются проблемы укрепления региональной безопасности и двустороннего сотрудничества: об этом говорилось в Договоре об основах взаимоотношений между Россией и Ираном и в совместных заявлениях по вопросам терроризма, стратегической стабильности, урегулирования обстановки в Афганистане, укрепления безопасности в Центральной Азии, на Кавказе и в Каспийском регионе. А сейчас добавилась иранская ядерная программа.
Россия возобновила военно-техническое сотрудничество с Ираном, которое с 1995 г. было заморожено. По оценкам российских экспертов, Москва от военно-технического сотрудничества с Ираном будет получать как минимум 300 млн долл. в год. Программа перевооружения иранской армии оценивается ими в 25 млрд долл. В ней предусмотрено приобретение российских самолетов, бронетехники, новейших средств связи, военно-транспортных и ударных вертолетов, тактических ракетных систем, дизельных подводных лодок и другого вооружения. Кроме того, во время визита президента Ирана речь шла о подготовке военных специалистов для этой страны в вузах России. Реализация новых военных контрактов между Москвой и Тегераном началась летом 2001 г.
А укреплять геополитическую дружбу с Ираном нам надо в силу объективных причин. Американцы свели к минимуму выходы России к Черному и Балтийскому морям, далеко отбросили от Индийского океана, загнали в глубь континента. Ослабли связи России с Центральной Азией и Закавказьем. Современное геополитическое положение государств Центральной Азии и Закавказья очень нестабильно, направленность их внешней политики во многом неясна. Объясняется это в немалой степени этническим разнообразием устремлений туркменов, азербайджанцев, каракалпаков, киргизов, хотя на их образ жизни и мыслей оказало большое влияние пребывание в составе Российской империи и в Советском Союзе. В экономическом и финансовом отношении они также в основном зависели от России и Советского Союза. Это был исключительный случай в мире, когда метрополия кормила, поила, учила народы своих окраин.
Кроме того, велика взаимозависимость стран региона. Например, Казахстан связан с Россией десятками, если не сотнями жизненных артерий. Но с Турцией и другими тюркоязычными странами он связан этнически и культурно. Его важным партнером в Каспийском бассейне (нефть, газ) стал Азербайджан. Выход на ближневосточные рынки Казахстан получает через стыковку железных дорог с Туркменией. С Узбекистаном и Киргизией у него имеется единая энергетическая сеть, с Китаем — огромный участок стратегически важной границы.
Китай и Иран, как и Россия, объективно заинтересованы в ограничении влияния атлантизма в государствах Центральной Азии: кладовой природных ресурсов и рынке сбыта. Кроме того, Иран — это еще выход для России к теплым морям через так называемые страны-проливы. Занимая стратегическое положение по отношении к Пакистану — важному звену в «кольце анаконды» и к оккупации США Афганистана, Иран сможет помочь России прорвать удушающие объятья западной «змеи». Он может также противодействовать тем странам на Ближнем Востоке, которые находятся под контролем НАТО. Иначе подключение тюркоязычных народов на территории бывшего СССР к геополитическим усилиям Турции привело бы их к использованию в качестве «санитарного кордона» против Ирана и России. Мировая практика знала такие примеры.
Другой объективный фактор, сближающий интересы наших двух государств: Иран — одна из самых полиэтнических стран мира, и этническая напряженность не обошла его стороной. На его северных рубежах (а у России — на южных) существуют два конфликтных очага: афгано-таджикский и кавказский. Россия и Иран заинтересованы в их умиротворении. В геополитическом плане в развитии этих конфликтов заинтересованы прежде всего США и Европа.
Иран, как и Россия, делает упор на посреднические функции: именно так и поступает он в армяно-азербайджанском конфликте и в конфликте в Таджикистане. В обоих случаях он добивался баланса сил противоборствующих сторон. Конечно, исламский Азербайджан ближе Тегерану, чем Армения. Иран и Турция «борются» за Баку, заинтересованы в его закреплении в сфере своего влияния. Турция смогла добиться того, что в Азербайджане кириллица была заменена латиницей, а не арабской вязью (шрифтом). Но исторически (в ретроспективе и перспективе) у Ирана больше оснований для усиления своего влияния в Азербайджане. До присоединения к Российской империи современный Азербайджан находился в составе Персии. И сейчас в Иране проживает более 15 млн азербайджанцев, тогда как население самого Азербайджана составляет 6 млн человек. В обеих странах исповедуют ислам шиитского толка. Но Иран не предъявляет каких-либо претензий на территориальную целостность Азербайджана.
Долгосрочные геополитические интересы Ирана и России во многом совпадают в армянском субрегионе, который мы рассматриваем шире, чем территория нынешней независимой Армении. Для России она является традиционным православным союзником, поскольку еще в 301 г. объявила христианство государственной религией и учредила первую автокефальную Церковь. С Ираном армян связывают многие исторические интересы: суть их лежит в основном в долговременном соперничестве Ирана и Турции. Последняя, нанеся огромную рану армянам в 1915 г., когда в считанные дни было вырезано, убито около 1,5 млн представителей православных, остается для армян самым неприязненным субъектом внешних отношений. И конечно, взаимная неприязнь к туркам делает Иран и Армению геополитическими союзниками. Вот почему Тегеран активно поддерживает интересы Армении и особый статус Нагорного Карабаха.
Не менее важно и то, что Армения, находясь в зоне российского влияния, может контролировать и активно воздействовать на реализацию проекта начала ХХІ в. — строительство нефтепровода Азербайджан — Грузия — Турция. Сейчас армянские вооруженные силы, находящиеся почти на 40% территории Азербайджана,— важный рычаг воздействия на внешнюю политику Баку. Москва объективно заинтересована в жесткой увязке карабахского вопроса и нефтяного проекта, поддерживая Армению, которая в начале XXI в. еще не признана Турцией как независимое государство (у них нет дипломатических отношений). Кроме того, Турция неоднократно проводила у армянских границ военные учения, призывает ввести на территорию Грузии, Нагорного Карабаха, Чечни, Дагестана, Ингушетии, а в перспективе и всего Северного Кавказа войска НАТО, что, естественно, совершенно неприемлемо для России. Баку подвергается мощнейшему давлению США, поэтому его решения чаще всего идут во вред собственным геополитическим интересам и склоняются в пользу Турции. Например, Иран так и не был допущен к азербайджанскому каспийскому проекту. Под давлением США Азербайджан и Грузия подписали соглашение в военной сфере как между собой, так и с Турцией. Наметились контуры военно-политического союза между Азербайджаном, Израилем и Турцией. Другими словами, идет сложная геостратегическая игра, где Россия может чувствовать себя уверенно только в Армении, так как в соответствии с договоренностями военные базы и российские пограничные войска из Грузии уже выведены раньше намеченного срока. Националистическое правительство в Тбилиси содержится на деньги Вашингтона. Американцы обучают грузинскую армию, вооружают по стандартам НАТО.
Схожи российско-иранские геополитические интересы в Таджикистане, который является единственной республикой Центральной Азии, где говорят на фарси (как и в Иране). В Душанбе действует фонд имама Xомейни, оказывающий значительную гуманитарную помощь Таджикистану. Помогает Таджикистану и Россия. Соединяют усилия двух стран-соседей в этой геостратегической точке еще и экономические интересы. Если сформулировать проблему экономических интересов России и Ирана относительно геополитически важных для них «стран-проливов», то она может прозвучать так: России важно не допустить влияния атлан- тизма на Иран и направить сырьевые потоки из государств Центральной Азии через иранскую территорию.
Геополитические отношения стран складываются из многих компонентов, среди которых немалую роль играет экономический. Иран — наш исторический сосед, страна с уникальным исламским государственным строем, где проживает более 69 млн человек, а валовой продукт составляет 100—200 млрд долл. Как никакая другая страна на Ближнем и Среднем Востоке, Иран располагает богатейшими природными ресурсами: одними из крупнейших месторождений в мире нефти и газа; большими залежами металлических руд (железа, меди, цинка, свинца, хромитов, марганца); огромными запасами строительного камня, гидроресурсов. Среднегодовой темп прироста ВВП превышает 5—7%. В основе его увеличения лежит рост производительных отраслей, прежде всего обрабатывающей промышленности, металлургии, энергетики, транспорта. Экономика страны планируется, особенно инвестиции. Почти У4 ВВП реинвестируется в экономику, что говорит об инвестиционной привлекательности страны. Большая часть валютных поступлений Ирана — доходы от продажи сырой нефти: в среднем 14—15 млрд долл. в год. Размер ВВП на душу населения составляет более 2331 тыс. долл. в год. Рост ВВП был замедлен в 1980-х гг. из-за высокого прироста населения страны — до 3,1% (один из самых высоких в мире), но в 1990-х гг. прирост населения значительно снизился и к концу ХХ в. составил 2% в год. Резко снижена детская смертность, а это один из показателей социального состояния общества. Врачебная помощь населению в основном бесплатная, уровень грамотности достигает 90%, т.е. он один из самых высоких не только в третьем мире, но и на планете.
Следовательно, любому непредвзято мыслящему политику видно, что политическая и социальная ситуация в стране стабильная и имеет мощный потенциал, подкрепленный динамичной демографической структурой: половина всех иранцев моложе 15 лет и в ближайшие десятилетия население страны будет быстро увеличиваться. При условии прекращения международной изоляции, активизации внутреннего потенциала прогнозируются темпы прироста ВВП до 8—10% или даже выше. Этому, безусловно, способствуют принимаемые на 5 лет планы экономического развития. Особенно большое внимание уделяется в них нефтегазовым отраслям. Определенные трудности для инвесторов представляет принятый в США закон Амато. По этому закону даже неамериканские компании могут быть подвергнуты санкциям, если их инвестиции в нефтегазовые отрасли Ирана составят более 40 млн долл.
В стране существует развитая нефтяная промышленность, создана разветвленная сеть нефтепроводов и терминалов в Персидском заливе. С геополитической и геостратегической точек зрения это имеет большое значение для России. Нефтяной промышленностью командует государство, представленное иранской нефтяной национальной компанией. В связи с освоением Каспийского и других месторождений нефти и газа Иран заинтересован не только в инвестициях, но и в технологиях и оборудовании, связанных с морским бурением.
Наш южный сосед занимает третье место в мире по запасам газа и полон желания сделать эту отрасль экспортной. Из ближайших геополитических соседей только Россия по объективным причинам, а к ним можно причислить прежде всего геостратегические и технологические возможности, способна и заинтересована в оказании помощи Ирану, особенно в освоении месторождения Южный Парс. Кроме того, РФ — реальный претендент на строительство и обслуживание коммунальных газовых сетей, газохранилищ, на реализацию программы газового конденсата, сжиженного газа. Другие соседи Ирана не располагают соответствующей технологической, научной базой и производственными мощностями. Например, Турция при своей проатлантической политике вряд ли пойдет на сотрудничество с персами, боясь сурового окрика из-за океана, а Туркмения и Азербайджан тоже пока больше ориентируются на Турцию и Запад.
Стратегическая цель России по отношению к Ирану — сочетание торгового партнерства с инвестиционным. Такое партнерство может быть реализовано в строительстве, разработке технических проектов, в горнодобывающей, легкой, пищевой промышленности, транспорте. Особенно заманчиво выглядело бы сотрудничество в области транспорта. От развертывания транспортных магистралей выиграют и Россия, и Иран. Последний может служить мостом между Западом и Востоком, Севером и Югом.
Во всяком случае, отражением объективной потребности в сотрудничестве стало подписание в 1997 г. министерствами транспорта России и Ирана документов по перспективной программе обустройства маршрута Север — Юг (Хельсинки —Москва — Волгоград — Астрахань — Энзели — Ноушехр — Бендер-Аббас). Кроме того, принято решение о строительстве обводной дороги (автомагистрали) вокруг Каспия, о совместном судоходстве на Каспии с обустройством портов в Астрахани, Ноушехре и Энзели. Для строительства порта в Оля на Каспии создана совместная российско-иранская компания. Перспективным может оказаться участие РФ в энергетических программах соседа. Из 50 тыс. деревень электрифицировано немногим более 30 тыс. Правительство Ирана активно поддерживает государственные компании, участвующие в названных проектах и имеющие громадные финансовые средства. Учитывая совокупность этих факторов, Россия стала помогать Тегерану строить АЭС в Бушере. Такое тесное сотрудничество России и Ирана особенно не нравится Вашингтону.
Перед началом поездки в Малайзию и Таиланд на встречу лидеров 21 страны Азиатско-Тихоокеанского экономического союза тогдашний Президент РФ В. Путин дал интервью телекомпании «Стар-ТВ», в котором, в частности, отметил, что в оценке деятельности российских и американских компаний, работающих в Иране, Вашингтон применяет двойные стандарты. «Мы знаем, — заявил он, — о применении санкций в отношении российских компаний, но ни разу ничего не слышали по поводу каких-то санкций в отношении европейских либо американских фирм, которые работают с Ираном».
Правительство России, ее фирмы, сотрудничающие с Ираном в сфере атомной энергетики, испытывают огромное давление и дискриминацию со стороны Вашингтона. Общественное мнение американцев раскачивалось и подогревалось средствами массовой информации. Газета «Лос-Анджелес Таймс» утверждала, что Тегеран очень скоро обзаведется ядерным оружием. «Мы уверены, что Иран разрабатывает ядерное оружие под прикрытием развития национальной энергетики», — заявлял пресс-секретарь Госдепартамента Ф. Рикер. Это может произойти года через два—три. В этой связи США готовы были нанести «точечные» удары по ядерным объектам этой страны.
По данным ЦРУ, Тегеран наладил контакты с Пакистанскими ядерщиками, а в 1991 г. Китай поставил Ирану 1,8 т ядерных материалов. Активную помощь иранцам «оказывали и оказывают» Россия и Северная Корея. Итак, строительство Россией легководного реактора в Бушере (очень выгодного для Москвы контракта), по мнению американцев, — факт предосудительный. Однако в конце 2007 г. был опубликован доклад национальной разведки США, свидетельствующий, что Иран еще в 2003 г. прекратил работы над разработкой ядерного оружия. Москва и Тегеран подписали договор, по которому ядерные отходы с Бушера должны возвращаться в Россию.
Осуждая страны, стремящиеся создать ядерную бомбу, американцы вновь применяют двойные стандарты, готовясь применить санкции против Ирана или КНДР. Но они, как правило, словно набирают в рот воды, если речь идет об Израиле, который уже давно построил такую бомбу, да и не одну. «Израиль находится в окружении враждебных государств», — таков главный аргумент тех, кто призывает оставить еврейское государство в покое. Вашингтон как будто забывает, что после двух войн, развязанных им под надуманными предлогами в соседних с Ираном странах Афганистане и Ираке, Тегеран также оказался во враждебном кольце.
7.1.2. Стратегический союзник России в оккупации
Традиционно Ирак был стратегическим союзником СССР, а потом и России. Ирак имеет интересную и любопытную историю: по библейским преданиям, в междуречье Тигра и Евфрата был Эдем — рай, где Бог поселил первоначально Адама и Еву. Кроме того, Ирак — это родина самых древних цивилизаций на планете, наследник великолепной арабской культуры. Багдад арабского халифата был центром мудрости, медицины, математики. Арабы говорили, что чернила ученого так же драгоценны, как кровь святого. Благодаря арабам человечество может постигать мысли греческих и римских философов.
В течение длительного периода между Советским Союзом и Ираком существовали самые тесные и дружеские отношения. Эта страна была нашим главным партнером на Ближнем Востоке. Руками советских специалистов в ней создано 70% всех промышленных объектов, построены электростанции, гидростанции, железные дороги и многое другое. Однако, после того как СССР в ходе войны 1991 г. под кодовым наименованием «Буря в пустыне» фактически встал на сторону США и их союзников, произошло охлаждение в советско-иракских отношениях.
До 1990 г. ежегодный объем торговли СССР с Ираком достигал 8 млрд долл. Экономические связи с ним и сейчас имели бы большое значение: сотрудничество по добыче нефти и газа, в энергетике, возможность покупать специфическую продукцию сельского хозяйства и т.д. Ирак был способен добывать и продавать в сутки нефти на 50—70 млн долл. В свое время он заключил контракт с десятью российскими нефтяными компаниями на нефтеразведку и добычу. Но развернуть работу, а следовательно, получать твердую валюту помешали США.Ирак располагает большими запасами реально конвертируемого «черного золота». Кроме того, его географическое положение позволяло видеть в нем перспективного геостратегического партнера, находящегося в подбрюшье Турции — исторического соперника России, делающего многое, чтобы ослабить позиции нашей страны в геополитическом и геостратегическом раскладе сил. В современной системе координат Ирак, как и весь Ближний Восток, занимает чрезвычайно важное геополитическое положение, которое наряду с запасами нефти предопределяет его большую значимость как для России, так и для стран Западной Европы, США и Японии. Еще 10—12 лет назад СССР имел значительные возможности для весомого присутствия в этом регионе земного шара. Советский Союз безвозмездно и на льготных условиях (за счет кредитов и займов, в том числе для приобретения советского оружия) помогал становлению экономического и военного потенциала Ирака, Сирии, Ливии, Алжира и некоторых других стран. Это позволяло СССР реально присутствовать в регионе, воздействовать на события, обеспечивать в немалой степени защиту своих национальных интересов. Кроме того, наши поставки машин, оборудования, оружия чаще всего оплачивались твердой валютой. И главное — военно-политическое присутствие СССР гарантировало странам Ближнего Востока и Ираку уверенность в завтрашнем дне, твердое геополитическое положение.
Тактика Запада в последние десятилетия ХХ в. заключалась в поддержании атмосферы всемерного обострения противоречий между странами Ближнего и Среднего Востока. Узлы противоречий строились на основе трех полюсов политического противостояния:
1) Демократическая республика Афганистан;
2) Исламская республика Иран;
3) восточно-аравийские государства, а также сотрудничавшая с ними в силу сложившейся у нее специфической внешнеполитической ситуации Республика Ирак. Политика, проводимая Вашингтоном на Ближнем и Среднем Востоке, была направлена главным образом против стран — производителей нефти, против ОПЕК, контролирующей цены на важнейший энергоноситель на мировом рынке в Персидском заливе.
Все это не устраивало правительство США, которое вопреки мнению мирового сообщества, но поддерживаемое правительствами некоторых европейских стран начало агрессивные действия против Ирака. Напомним некоторые факты. Пережив «Бурю в пустыне» в 1991 г., а также ежегодные авиационные и ракетные удары (начиная с 1993 г.), поддержанные, в частности, правительством Саудовской Аравии, Ирак и после этого неоднократно подвергался шантажу со стороны США и Израиля. За годы, прошедшие с введения санкций, от голода и нехватки медикаментов в стране умерло более 1 млн человек. США навязали Совету Безопасности ООН резолюцию, которая держала Ирак в экономической блокаде с 1992 г. Кроме экономической против Ирака проводилась планомерная информационная война.
Позиция Ирака находила понимание у России, Китая, Франции. Они справедливо отмечали, что применение санкций, интервенция против Ирака носили откровенно антигуманный характер.
Нагнетание обстановки вокруг Ирака американскими СМИ по поводу наличия в стране ядерного или бактериологического оружия привело к вооруженному вторжению войск США и их союзников на территорию Ирака в 2003 г. Разумеется, никакого ядерного и бактериологического оружия не нашли, но последствия вторжения ужасны: много жертв среди мирного населения, разрушенные дома, разграбленные музеи, экономическая и политическая катастрофа в управлении страной. Но никакого «порядка», никаких «демократических преобразований» не наблюдается — в стране не утихает борьба против войск США и их союзников.
Сейчас США и некоторые страны Европы, участвуя в оккупации Ирака, делают все возможное, чтобы роль России на Ближнем Востоке, например в Ираке и Сирии, в решении региональных геополитических проблем свелась к минимуму. Наши экономические связи со странами Ближнего Востока минимальны (по сравнению с 1980 г.).
Пока же Россия несет убытки от произвола американцев в Персидском заливе. 15 лет назад, когда военные корабли под флагом СССР бороздили воды Средиземного моря и Персидского залива, американцы и подумать боялись развязать агрессию против Ирака: советским противокорабельным ракетам «Москит» нет до сих пор равных на американском флоте.
Размышляя о современном положении российско-иракских отношений, необходимо отметить то, насколько важно было вовремя протянуть дружескую руку помощи страдающему народу Ирака и тем самым облегчить хотя бы немного его жизнь. За время действия санкций Совета Безопасности ООН, т.е. с 1995 г. и до вооруженного вторжения в Ирак, нефтяной экспорт страны ежегодно оценивался в 30 млрд долл., из них 10 млрд было изъято в Комитет по компенсациям. Свыше 8 млрд долл. поступило на так называемый закрытый счет, который контролируется ООН и которым нельзя пользоваться без ее разрешения. Кроме того, США «заморозили» 2 млрд долл., на которые Ирак заключил контракт на поставку в страну товаров, оборудования, продовольствия и медикаментов. В итоге дефицит в импорте продовольствия и медикаментов привел к увеличению смертности населения в 4 раза, в том числе детской — в 8 раз. Огромные потери от блокады понес не только Багдад. Россия, Китай, Франция, Италия, Германия и многие другие государства из-за прекращения торговли с Ираком за 1991—2002 гг. потеряли «упущенную выгоду» более чем на 220 млрд долл. Но, как говорится, «свято место пусто не бывает». Явочным порядком, оглядываясь, но не очень слушая Вашингтон, Рим, который всегда отстаивал свое право на самостоятельную политику в Ближневосточном регионе, потихоньку внедрялся на Ближний и Средний Восток. То же делали бизнесмены Франции и Германии. Поэтому Париж и Берлин предприняли активные демарши против имперских амбиций Вашингтона.
Американская агрессия против Ирака весной 2003 г. была прямым нарушением основополагающих принципов ООН: военные действия одной страны или группы стран против другой или других должны были получить разрешение Совета Безопасности ООН. Но Вашингтон и постоянно подыгрывающий ему Лондон, вопреки воле подавляющего большинства стран ООН, решили развязать войну против Ирака, полагая, что она будет легким блицкригом. Но времена меняются, и 2003 г. не стал похожим на 1991-й. Арабские страны, прежде всего Саудовская Аравия, Иордания, Сирия, не приняли участие в интервенции. Даже Турция, верный дотоле союзник США, отказалась пропустить американские войска через свою территорию.
Президент Исламской республики Иран М. Ахмадинеджад, несмотря на то что народный гнев и боль в Иране еще не улеглись после иракско-иранской войны, в письме к президенту США Бушу особо отмечает, что Вашингтон под предлогом возможного наличия оружия массового поражения в Ираке подверг его оккупации. И таким образом, в этой стране было убито до 150 тыс. ее граждан, были разрушены источники воды, сельское хозяйство и промышленность, в ней было размещено 180 тыс. иностранных военнослужащих.
При помощи новейшего вооружения (управляемых сверхмощных бомб, кассетных бомб, крылатых ракет и т. д.) войскам двух держав удалось разгромить иракскую армию (с помощью «пятой колонны» в Багдаде), свергнуть режим С. Хусейна. Война якобы закончилась в мае — так заявил Буш-младший. Но в ноябре 2003 г. он же «порадовал» американцев, что «война в Ираке по-прежнему продолжается». И вот прошло уже четыре года, а по-прежнему идут по-настоящему военные действия. Похоже, что США надеялись на активную помощь мусульман-шиитов, и особенно курдов, но угодили в капкан.
Кстати, когда в 2003 г. американские войска победно вошли в Багдад, администрация Буша заявляла, что наконец иракцы заживут в условиях полной демократии. Но по прошествии четырех лет в США вынуждены признать, что не справляются с «демократией в Ираке». Такое признание содержится в очередном отчете о ситуации в Ираке, который ежеквартально готовится Пентагоном и передается в конгресс США. В нем отмечается, что в стране растет число жертв среди мирного населения, вылазок, совершаемых террористами-смертниками, и нападений на силы коалиции с применением самодельных взрывных устройств. Ежедневно гибнут в среднем 100 мирных граждан — наибольшие потери за период с 2004 г. В прошлом году этот показатель составлял менее 60 человек. В январе 2007 г. было совершено 26 акций с использованием смертников. В марте и апреле эта цифра увеличилась до 58.
Свыше 4 млн мирных жителей были вынуждены покинуть свои дома из-за нестабильного положения в Ираке. Об этом говорится уже в другом докладе — Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ). «Ситуация в Ираке продолжает ухудшаться, в результате этого уже около 2,2 млн человек были вынуждены искать спасения за пределами страны на территории соседних государств, а более 2 млн жителей стали внутренне перемещенными лицами», — подчеркивается в нем. Сотрудники УВКБ делают все возможное для того, чтобы помочь беженцам, но не могут из-за ухудшения обстановки в Ираке и регионе полностью справиться с этой задачей. Действия США в Ираке «все больше воспринимаются в мусульманском мире как крестовый поход против ислама и вызывают возрастающее стремление мусульман защитить свою религию как символ самобытности» — так пишет В. Наумкин — профессор Калифорнийского университета в Беркли.
Если потери коалиции, по официальным данным (явно заниженным), во время военных действий составили около 150 человек, то к середине 2006 г. число только погибших американцев превысило 3 тыс. человек. Значительные потери понесли англичане, итальянцы, поляки. Иракские партизаны сбивают американские вертолеты, самолеты, подбивают танки. Большие потери личного состава привели к тому, что Буш стал терять авторитет у соотечественников. Тогда Вашингтон предпринял несколько тактических ходов: была создана временная иракская администрация, затем в Ирак стали приглашать войска стран Восточной Европы и бывшего СССР. На это приглашение сразу же откликнулась Варшава, и польские войска получили зону самостоятельных действий. В состав польского контингента потом вошли войска Украины, Грузии, Албании, Xорватии. Особое рвение вслед за поляками проявила Украина, отправив в Ирак целую бригаду — более 1500 солдат и офицеров, которые тоже понесли относительно большие потери, хотя в украинцев партизаны почти не стреляют (по старой доброй памяти о СССР). Американские спецслужбы фиксировали высокую степень враждебности иракцев к американскому присутствию. Такую враждебность демонстрировали не только сунниты, но и шииты, которых в стране около 60%. Это был явный просчет администрации Буша. Кроме того, возникла другая сложность. Для восстановления страны необходимо 100 млрд долл. Таких денег у Белого дома и конгресса нет. Доход от экспорта иракской нефти, по оценкам экспертов, достигнет 12 млрд долл. в год, но при условии, что ее добыча и транспортировка будут осуществляться бесперебойно. Но это маловероятно, так как на севере Ирака нефтепровод, ведущий к турецкому Средиземноморскому побережью, постоянно взрывают партизаны. И если в 2006—2010 гг. нефть будет приносить до 19 млрд долл., то в лучшем случае эта сумма покроет только текущие расходы иракских властей. Вашингтону из-за рекордного дефицита американского бюджета остается уповать на Евросоюз, Японию и нефтедобывающие арабские государства Персидского залива. Но те в отсутствие стабильности и безопасности, а главное — законной международно признанной власти в Ираке отнюдь не спешат тряхнуть мошной.
Попытка США возложить бремя оккупации Ирака, финансовое и людское, на как можно большее число государств путем проталкивания новой резолюции в Совете Безопасности ООН также успеха не имела. Причина — разногласия с постоянными членами СБ Францией, Россией и Китаем относительно той роли, которую должны играть там ООН и международные силы. Плюс внешние долги Ирака, которые оценивают от 70 до 120 млрд долл. (из них 8 млрд долл. — России, которая их уже простила). Агрессия США нанесла серьезный урон генофонду Ирака. Война унесла жизнь 10 тыс. женщин и детей. Из 1,5 млн кассетных бомб, сброшенных на страну, не разорвалось около 250 тыс. На них в послевоенное время подрываются в основном дети.
Война в Ираке выявила серьезные недостатки в базировании американских войск в Германии и Италии. США приступили к передислокации своих войск по всему миру, но больше войск они собираются сосредоточить на Ближнем и Среднем Востоке.
Концентрацию войск на Ближнем и Среднем Востоке Вашингтон начал более 30 лет назад. Усиление тенденции жестких форм вмешательства в региональной политике США произошло в середине 1980-х гг. Так, «здесь расширился контингент военных специалистов и военной техники, включая аппаратуру разведывательного назначения... в воды Индийского океана вблизи выхода из залива вошли на патрулирование дополнительные военные суда США и Великобритании; представители секретных служб и дипломаты стали проводить активную работу по настрою правящих кругов и общественности аравийских стран против Ирана и Афганистана».
Приблизительно в равном геополитическом положении находится ряд других мусульманских стран Ближнего Востока и Северной Африки: Сирия, Иордания, Ливия. Блокада одних идет явно, грубо, на других оказывается косвенное и прямое давление. Но у арабских стран есть мощное оружие — нефть! Это кровь экономики любой страны. В координации нефтяной политики (а она должна быть дифференцирована) необходимо не только руководствоваться государственными, национальными интересами, но и опираться на культурно-конфессиональный фактор. В использовании этого важнейшего механизма огромную помощь может оказать Россия, если она будет преследовать свои национально-государственные интересы. Вместе с китайскими и французскими дипломатами Москва добивается (хотя и не всегда настойчиво) передачи взаимодействия с временной администрацией Ирака под контроль ООН.
7.1.3. Россия и Турция — многостороннее партнерство
История отношений России и Османской империи — это в большей части история продолжительных войн и перемирий. Отсчет надо вести с того момента, когда погибла Византия, а ее герб во время княжения Ивана III был передан Москве. С тех пор две страны-соседки и стали «злейшими друзьями». Этому способствовали победы первого генералиссимуса России воеводы А.С. Шеи- на. Вершиной его полководческого успеха стало взятие Азова в 1696 г. Победа не только открывала России выход в Черное море, но и стала первым крупным успехом в ряду других. Только в ХУШ в. между Россией и Турцией было пять войн. Были походы Петра I, Суворова, Потемкина, осада Севастополя войсками Турции, Англии и Франции. Но наступило время, когда талантливый русский генерал Скобелев довел своих гвардейцев-гренадеров до ворот «Царьграда» — Константинополя, освободил братушек-сла- вян. Поэтому прозападная ориентация Турции вполне понятна, но идеологически эта ориентация стала оформляться к концу ХК в. Здесь речь идет о пантюркизме — своего рода политическом исламе. Его основы были заложены теоретиками турецкого национализма, в первую очередь Исмаилом Гаспирали и Юсуфом Акчура. Но особенно широкое развитие идеи пантюркизма получили с приходом к власти в 1908 г. младотурок. Первоначально эти взгляды использовались как орудие против колониальных захватчиков — стран Европы — для очищения турецкого языка от арабского и персидского влияния. Но в 1920-х гг. Антанта, без России, «заставила подписать османского султана Мудросское перемирие, которое разделило Османскую империю между союзниками». Нашелся лидер, не согласный с этим разделом: это Кемаль-паша. В районе Анкары (до 1922 г. — Ангора) он объявил о начале борьбы турецких националистов против Антанты и войск султана. Все вооружение закавказского фронта было передано Кемаль-паше. От русских, по признанию турецкого историка Джавдета Керима, было получено огромное количество орудий, ружей и снарядов.
В Турции в те годы столкнулись геополитические интересы России и США. Американский генерал Харбод, изучавший Турцию, в 1919 г. впервые высказал мысль о подчинении ее диктату США. Американцы сразу же «прибрали к рукам» турецкие нефтяной, табачный и автомобильный рынки.
В январе 1924 г. войска Кемаль-паши вошли в Константинополь, и после взятия города Кемаль сразу же порывает с Советской Россией, но не с американцами. Основным тезисом пантюркизма становится: «Социализм — да, русские — нет!» Американцы удержались в Турции, так как к 1924 г. овладели ее сырьем и рынком сбыта, навязали ей свою политическую линию. В 1990-х гг. пантюркизм приобрел более радикальный характер. В частности, на свет появился проект создания государства «Великий Туран», включающего в себя население всех тюркоязычных стран. Великий Туран должен объединить балкарцев, карачаевцев, кумыков, ногайцев, чеченцев, ингушей, аварцев, лезгин, т.е. весь Северный Кавказ плюс население государств Центральной Азии (туркмены, узбеки, казахи, киргизы, уйгуры и др.), а также Татарию, Башкирию и Якутию.
Нельзя недооценивать опасность таких идей: в Российской Федерации проживает более 20 млн мусульман. Эти идеи усиленно обсуждались в 1992—1994 гг. лидерами государств Центральной Азии. Например, в 1995 г. в Бишкеке состоялось празднование тысячелетия киргизского эпоса «Манас», где идеи «Турана» подавались для обсуждения, но не нашли должной поддержки и понимания. Причин тому несколько.
Во-первых, во внутренней политике Турция переживает время неопределенности, которое вызвано запрещением под давлением военных популярной Исламской партии благоденствия.
Во-вторых, не спадает напряженность в ее отношениях с Грецией из-за Кипра (обе страны — члены НАТО). Это напряжение усилилось после продажи Россией Никосии партии самых современных комплексов ракет-перехватчиков, способных поражать даже низколетящие цели.
В-третьих, в силу ряда причин Турцию не считают полноправным членом Европы. Об этом говорит то, что на очередной встрече в верхах и в 2001 г., и в 2006 г. она была «поставлена в угол», т.е. отодвинута в конец длинной очереди претендентов для вступления в ЕС.
Кроме того, из-за активного участия в играх атлантистов против Ирана и Ирака, а также вследствие постоянного вмешательства в дела Азербайджана, Армении, Северного Кавказа, а особенно из-за активной поддержки чеченских сепаратистов, у Анкары ухудшились отношения с Москвой. Турция предложила сценарий создания «санитарного кордона» вокруг России из тюркоязычных народов. Но представители тюркоязычных элит почувствовали вкус власти и делиться ею, когда она упала из рук «старшего северного брата» в их руки, ни с кем не хотят, т.е. не желают стать марионеткой в турецких руках. Самое главное, что кроме культурных и дипломатических шагов Турция не может сделать более ничего реального. Она не располагает достаточно мощными экономическими, финансовыми, техническими и другими рычагами для проникновения (глубокого и постоянного) на пространства Центральной Азии.
Этнический сепаратизм государств Средней Азии в реальной жизни не совмещается ни с пантюркизмом, ни в целом с панисламизмом. Как все фундаментальные идеологические системы, они требуют для своего распространения высокого организационного и теоретического уровня, т.е. системы пропаганды и агитации. Кроме того, любая идеология, идея должны нести элемент новизны, привлекательности, быть дискуссионными, затрагивать интересы национального и межнационального сознания. Идея пантюркизма требует национального и межнационального единства и массовой поддержки, а в реальной жизни ее нет. Этническая же картина государств Центральной Азии, как и Северного Кавказа, чрезвычайно пестра. На практике этнический сепаратизм этих регионов и субрегионов ставит серьезные препятствия на пути развития радикального ислама и пантюркизма.
Широкому распространению пантюркизма и ислама в Средней Азии и на Северном Кавказе препятствует также социально-экономический фактор: здесь самый высокий уровень безработицы, социально-политической напряженности. Например, страны Средней Азии входят в число 25 «внутриконтинентальных» государств — самых слаборазвитых в мире. Никакая экономика Турции или Ирана просто не в состоянии вытянуть их из нищеты.
Кроме того, Анкара вынуждена бросать большие силы (военные, финансовые и др.) на решение внутренних проблем, включая гражданскую войну с курдами, и на противодействие исламскому фундаментализму в самой Турции.
После моральной и небольшой, кратковременной военной поддержки США и Великобритании в их войне против Ирака двойной удар Стамбулу был нанесен террористами-смертниками. Хотя абсолютное большинство погибших и раненых были гражданами Турции, теракты были направлены против дипломатов Великобритании.
В конце ХХ в. перед дипломатами и лидерами России встала проблема: какую занять позицию в борьбе турок с курдами? Есть разные подходы к ее решению. Представляет интерес подход, предложенный А.В. Митрофановым: «Перед Россией... стоит задача поддержки справедливой борьбы курдского народа за свои национальные права, которая должна иметь целью создание независимого курдского государства с населением 40 млн человек. Если потребуется, народу Курдистана следует оказать как минимум такую же помощь, какую оказывает Турция сепаратистским движениям в России, т.е. оружием, военно-технической подготовкой борцов сопротивления, финансовыми средствами». Автор без всяких сомнений считает, что «Турция — враг России», и полагает, что «борющиеся курды — это сильнейший козырь России в расчетах и прикидках с НАТО и Турцией... Анкара должна быть серьезно озабочена: курды смогут взорвать Турцию изнутри». Он видит курдскую проблему в более глобальном геополитическом ракурсе: «Силовое создание курдского государства, которое присоединится к оси Берлин — Москва — Токио, резко усилит роль России на Среднем Востоке». Другие специалисты по Среднему Востоку полагают, что турецко-курдские отношения — внутреннее дело Турции и неразумно нынешней России вмешиваться в сложные политиковоенные игры. Ранее было отмечено, что Тегеран, как и Москва, заинтересован в создании на Кавказе транспортного коридора с севера на юг, связанного с Туркменией. Анкара при поддержке США стремится направить основные торговые, нефтяные, газовые и другие потоки с востока на запад. Для России очень важно иметь несколько конкурирующих проектов транспортировки нефти и газа. Самое главное, чтобы нефть из Черного моря направлялась не через черноморские проливы, контролируемые Турцией. Прокладка нефтепровода в турецкий порт Джейхан, а не по маршруту Баку — Новороссийск подорвала влияние России в Закавказье и позволила Турции реализовать многие геополитические и геостратегические интересы, связанные во многом с контролем проливов из Черного моря в Средиземное. Черное море, по меткому определению адмирала Ушакова, остается «бутылкой, горлышко которой заткнуто турецкой пробкой».
Однако отношения между Россией и Турцией в целом можно охарактеризовать, по выражению Владимира Путина, как продвинутое многостороннее партнерство. Наши страны активно развивают в последнее время политический диалог на высшем уровне, выступают за формирование благоприятных условий для дальнейшего расширения взаимодействия в черноморском регионе, и прежде всего в рамках Организации Черноморского экономического сотрудничества. Россия присоединилась к операции ВМС
Турции «Черноморская гармония», российские и турецкие военные корабли принимают активное участие в деятельности оперативной военно-морской группировки «БЛЭКСИФОР». Качественные сдвиги происходят в области гуманитарного и культурного сотрудничества.
7.1.4. Особая роль Саудовской Аравии в регионе
Саудовская Аравия — это край «черного золота», родина ислама, страна Мекки и Медины — наиболее священных мест для миллионов мусульман. Саудовская Аравия занимает особое положение не только на арабской, исламской, но и на всей международной арене. Ее по праву считают большим домом для арабов, где решаются сложные межарабские проблемы, сглаживаются противоречия, слабым оказывается помощь. Это государство, пожалуй, можно назвать и большим домом для всех мусульман, так как оно играет важную роль в укреплении исламской солидарности, распространении исламской мысли, поддержке исламских народов и защите их интересов, в оказании помощи исламским организациям во всем мире. Королевство занимает первое место среди стран, предоставляющих помощь государствам третьего мира. Вообще по финансовой помощи другим странам Саудовская Аравия занимает второе место после США, отсюда и то огромное влияние, которое она оказывает на региональную и мировую геополитику.
Активную политическую роль Саудовская Аравия играет с 1930-х гг. Она была инициатором созыва в 1932 г. первого в исламской истории Совещания в верхах глав мусульманских государств, в ходе которого король Абдул-Азиз Аль Сауд выступил с первой геополитической инициативой. Тогда же он призвал руководителей исламских государств и их народы строго придерживаться канонов Священной Книги — Корана.
За последние 40—45 лет Саудовская Аравия не только победила бедность, невежество, болезни, но и достигла огромных успехов в системе социальной защиты населения, образования, здравоохранения, спорта и т.д. Успехи в этих и других сферах общественной жизни заложили прочную основу дальнейшего развития, создав простому жителю королевства все условия для улучшения жизни и открыв возможности пользоваться плодами прогресса.
Успехи внутреннего строительства в Саудовской Аравии, безусловно, связаны с огромными запасами нефти и торговлей ею: 22% разведанных мировых запасов нефти принадлежат этой стране. По данным израильских источников, «черное золото» приносит саудовской казне более 100 млрд долл. ежегодно. Это на 21 млн человек населения страны. Но такие успехи были бы невозможны, если бы государство не поставило добычу и продажу энергоносителей на службу своему народу. Так, была принята и успешно реализована система пятилетних планов, позволившая добиться ощутимых результатов во всех сферах общественной жизни. Страна несколько десятилетий исповедует один важный принцип: саудовец — двигатель развития, саудовец — конечная цель развития. Учеба, образование традиционно занимают одно из главных мест в политике правительства. В стране практически ликвидирована безграмотность, создана сеть специального среднего и высшего бесплатного образования (техникумы и университеты). А для желающих учиться за границей есть специальные государственные и частные фонды.
Велики успехи в области здравоохранения: детская смертность здесь одна из самых низких в мире. В 1970-х гг. один врач обслуживал 6000 пациентов, а в 1990-х — 1500.
Самым крупным достижением саудовцев считаются успехи и в развитии сельского хозяйства. Королевство из импортера сельскохозяйственной продукции превратилось в экспортера. Сельскохозяйственный сектор в экономике — второй по значению после нефти. Производство пшеницы, которая занимает 95% производства злаковых культур в стране, за последние 20 лет выросло в 1000 раз. Более 40 млн га земель отдано крестьянам безвозмездно. Сельскохозяйственный банк предоставляет им беспроцентные кредиты. Половину стоимости удобрений, приобретаемых фермерами, оплачивает государство. На тех же условиях строятся склады-холодильники для хранения сельскохозяйственной продукции. Государство покупает урожай по выгодным для крестьян ценам. Излишки продовольствия играют немаловажную роль в реализации региональной и глобальной геополитики Саудовской Аравии в странах Азии и Африки.
Забота о неимущих, обделенных — постоянная политическая линия этого исламского государства, родины пророка Мохаммеда. Пророк говорил, что общество правоверных напоминает живой организм: если болеет одна его часть, то боль отдается во всех частях тела, вызывая бессонницу и лихорадку. Следуя заветам Мохаммеда, который раздавал десятую часть военной добычи или своих личных денег неимущим, саудовское государство строго следит за тем, чтобы давались пенсии сиротам, женщинам, оставшимся без кормильца, инвалидам, выделяет дотации на основные продукты питания, следит, чтобы цены на продукты были ниже тех, по которым они продаются на мировых рынках. Система организации и защиты труда в Саудовской Аравии считается одной из наиболее совершенных в мире.
Королевство играет важную роль не только в исламских странах, но и в мире. Отношения со всеми немусульманскими странами строятся с учетом обоюдных интересов. Королевство ведет взвешенную реалистическую политику по всем вопросам, связанным с решением кризисных ситуаций. Саудовская Аравия оказывает поддержку совместным арабским усилиям, направленным на защиту Палестины. В то же время в целом внешняя политика саудов- цев идет в фарватере США. Отсюда и вмешательства в 1980-90-х гг. во внутренние дела Ирака, Ирана, Афганистана, России. Поэтому сложные, а порой и напряженные отношения сложились между Саудовской Аравией и некоторыми другими исламскими государствами, в частности Ираном и Ираком.
Причин тому несколько: и ориентация ваххабитского королевства на США (отсюда противоположный подход к присутствию западных вооруженных сил в Персидском заливе), и конкуренция на мировом рынке нефти, и попытки забрать квоту Ирака, и идеологические противоречия. Еще одним фактором напряженности является ежегодное паломничество в Мекку, во время которого, по мнению саудовцев, верующие других стран, особенно иранцы, пытаются вмешиваться в их внутренние дела.
Но есть немало факторов, которые в начале XXI в. потребовали от исламских государств определенной координации своих геополитических усилий. Наиболее важные из них — противостояние агрессивным устремлениям Израиля, совместная политика со странами — экспортерами нефти в борьбе против снижения цен на энергоносители и др. В декабре 1997 г. в Тегеране прошла встреча в верхах Организации исламской конференции, где было отмечено, в частности, что улучшение саудовско-иранских отношений будет содействовать «срыву заговора врагов и способствовать миру и стабильности в регионе Персидского залива». Координация совместных действий исламских государств, их сотрудничество, как отмечалось на конференции в Тегеране, «представляется жизненно необходимым для безопасности и спокойствия всего региона». В 2003 г. королевство отказалось послать свои войска в Ирак. Но, вмешиваясь во внутренние дела других стран, особенно Ирака и Афганистана в 1980-90-х гг., оказывая финансовую и военную поддержку «Талибану», ваххабитам в Чечне и Дагестане, Саудовская Аравия, как и Пакистан, за которым тоже стоят США, способствовала росту напряженности и нестабильности на границах с Таджикистаном и Россией. Под видом помощи братьям по вере в бывших среднеазиатских республиках СССР королевство косвенно вмешивалось в их внутренние дела и осуществляло политическое давление (под предлогом финансовой, гуманитарной и другой помощи) на местные элиты.
Представляет интерес история отношений наших стран. В 1932 г. Советский Союз первым в мире официально признал молодое саудовское государство. 1980—90-е гг. характеризовались охлаждением отношений наших стран. Причина — войны в Афганистане и Чечне, о чем говорилось ранее. Последние годы началось потепление отношений между Москвой и Эр-Риядом. В сентябре 2003 г. в Россию нанес визит король Абдалла. В числе прочих на самом высоком уровне обсуждались вопросы сотрудничества в газодобыче. «Газовая инициатива» Абдаллы содержит предложения по совместной разработке газовых месторождений, геологической разведке, использованию газа для опреснения воды, строительству газопроводов, работающих на газе электростанций, а также объектов нефтехимической промышленности. Стоимость совместных проектов, по оценкам специалистов, составляет 25 млрд долл.
Саудовская Аравия намерена наладить производство российских гражданских вертолетов фирмы «Камов» — одних из лучших в мире. Король также вел переговоры о сотрудничестве в военной области. Саудовский рынок — один из крупнейших в регионе. Пока же Москва занимает в нем мизерную долю — всего 0,2% товарооборота Саудовской Аравии. Поставляем мы бумагу, металл, древесину. Между странами достигнуто соглашение о создании совместной рабочей группы по борьбе с международным терроризмом, включая и Чечню.
Эти факты говорят о многом: о неприятии современной политики США, о том, что власти королевства, сделавшие в свое время ставку на Америку, вынуждены балансировать между внутренними угрозами, которые могут возникнуть в случае сохранения проамериканского курса, и вероятными внешними. Например, в американской печати были публикации о замене династии саудов на династию хашемитов — прямых наследников пророка Мохаммеда.
Россия сегодня целеустремленно возвращается на Арабский Восток и поэтому уделяет повышенное внимание развитию связей с Саудовской Аравией — одним из наиболее влиятельных арабских государств. Москва не поддерживала с ним дипломатических отношений с 1938-го по 1991 г. В 2007 г. глава Российского государства встречался в Кремле с генеральным секретарем Совета национальной безопасности королевства принцем Бандаром ибн Султаном.
У заинтересованности Москвы в Саудовской Аравии есть несколько причин. Прежде всего она обусловлена тем, что Эр-Рияд — один из основных игроков на энергетическом рынке и ключевой участник Организации стран — экспортеров нефти, посредством которой происходит регулировка мировых цен на «черное золото».
Учитывая огромную финансовую роль и важное геополитическое положение Саудовской Аравии, российская дипломатия прилагает большие усилия для налаживания прочных экономических связей и военно-технического сотрудничества, так как родина пророка Мохаммеда с каждым годом играет все более заметную роль на геополитическом пространстве не только Ближнего и Среднего Востока, но и всего мира.
7.1.5. Афганистан — Пакистан: ударная армия ислама или гнездо терроризма?
В 1978 г. был убит глава Афганистана Мухаммад Дауд (из десяти правителей этой страны в ХХ в. семерых лишили жизни, трое умерли своей смертью, вовремя уехав из страны). С тех пор в стране практически не прекращается гражданская война. В конце 1980-х гг. в гражданскую войну вступил и Пакистан. Желая укрепить свое лидерство в Центральной и Южной Азии, военно-политическое руководство Исламской Республики Пакистан при помощи Управления межведомственной разведки и религиозных организаций, имеющих большое влияние на пуштунскую общину в Пакистане и Афганистане, отобрало в лагерях афганских беженцев людей, способных усвоить военную науку и желающих воевать под знаменем аллаха за освобождение Афганистана.
Советских войск уже не было в этой стране, поэтому целью ваххабитов (сторонников чистого ислама) на первых порах было изгнание из руководства Афганистана этнических таджиков, узбеков и хазарейцев. Идея объединения афганских пуштунов и прекращения гражданской войны с использованием послушников медресе (студентов, или талибов) принадлежит ЦРУ. Финансировали эту операцию шейхи Арабских Эмиратов, Саудовская Аравия, а оружие поставляли Пакистан и Соединенные Штаты Америки.
После освобождения Афганистана от этнических таджиков, узбеков и хазарейцев встала другая задача — главная: обеспечение западным компаниям условий для прокладки газо- и нефтепроводов из Туркмении в Пакистан. К осени 1996 г. талибы в основном выполнили первую задачу. Они контролировали почти 80% территории страны. Но север, граничащий с Таджикистаном и Туркменией, находился по-прежнему в руках узбекской и таджикской группировок. Туркмения выступала в качестве посредника на переговорах противостоящих сторон. На Пакистан и талибов оказывали давление США, чтобы те пошли на компромисс с национальными меньшинствами страны, обещая обеим сторонам 10% стоимости транспортируемых через Афганистан энергоносителей. Но все оказалось значительно сложнее: «тигра оседлали и поскакали на нем», а вот как соскочить с него и остаться целым — не знает никто.
Руководители талибов почувствовали вкус власти. В освобожденных районах они установили истинно ваххабитские исламские порядки: запретили учиться девочкам и работать женщинам, что поставило вдов на грань голодной смерти; заставили население совершать пятикратный намаз, мужчин — отращивать бороду, женщин — соблюдать правила ношения одежды по законам шариата.
Вандализм талибов, в частности варварское разрушение представляющих огромную историческую, научную ценность 35- и 50-метровых скульптур Будды, возник не на пустом месте. Это следствие сложного переплетения внутренних и внешних факторов. Более чем 20-летняя непрекращающаяся война взрастила поколение людей, которое умеет только убивать, взрывать, разрушать, но не созидать. Это поколение фанатично верит в могучую, чудодейственную силу «очищенного» ислама — ваххабизма от всех форм прогресса.
Борьба за чистоту образа жизни истинного мусульманина началась с запретов фотографии, радиовещания и телевидения. Осуждение, изоляция Афганистана в мире росли. Даже те, кто породил движение, вскармливал его, в частности американцы, после уничтожения уникальных памятников культуры осудили действия талибов. Такую позицию заняли даже Пакистан и Саудовская Аравия. Круша уникальные памятники, Талибан демонстрировал якобы свою полную независимость не только от немусульманского, но и мусульманского мира, отступившего от подлинного ислама.
Ну а где же брали талибы средства к продолжению войны, которую они пытались перенести на территорию бывших советских государств Центральной Азии? На Всероссийской научно-практической конференции, прошедшей 18—20 апреля 2001 г. в Москве, подготовленной Московским институтом МВД России, Советом по внешней и оборонной политике, Современным гуманитарным институтом, были озвучены такие цифры: 80% героина, производимого на планете, изготавливается в Афганистане, и его запасов по нынешним меркам потребления хватит более чем на 10 лет; около 50% афганского героина идет транзитом в США, где живут наиболее богатые покупатели, почти 25% находит потребителя в Европе и около 10—12% — в России. Наркобизнес, оплачиваемый спецслужбами, и терроризм во многом предопределили тот шаг, что «Шанхайская пятерка» превратилась в «шестерку» (туда вступил еще и Узбекистан). Шанхайская организация стала на пути наркобизнеса и террора. Многие из перечисленных дел, совершенных талибами, вызвали рост анти- талибовских настроений как за рубежом, так и внутри страны.
После террористических акций, проведенных в США 11 сентября 2001 г., якобы подготовленных Бен Ладеном (кстати, прошедшим выучку в ЦРУ), Вашингтон осерчал на вскормленное им «дитя», которое пряталось в Афганистане. Страна подверглась варварским бомбардировкам. От них по большей части гибло мирное население. Талибы, выпестованные США, Пакистаном и саудов- цами, были разгромлены. Россия присоединилась к борьбе с терроризмом и способствовала внедрению американцев в Среднюю Азию. Но террористические акты в Киргизии, Таджикистане не прекратились, а поток наркотиков в Россию стал еще полноводнее. Усаму Бен Ладена не поймали в Афганистане, «Аль-Каида» действует, проводит теракты в Турции, Саудовской Аравии, Испании. Но главной целью терактов «Аль-Каиды» являются объекты США и Великобритании.
При решении геополитических проблем по оси Россия — Афганистан — Пакистан нельзя забывать, что пуштуны являются наиболее многочисленными из всех этнических групп Афганистана. Исторически они сыграли наиболее важную роль в образовании государства, борьбе с английскими колонизаторами, играют эту роль и сейчас.
В Афганистане всегда болезненно относились к режимам, навязанным извне, каким сейчас является правительство, контролирующее Кабул и еще два-три города страны. Подтверждение тому — бурные столкновения между американскими войсками, полицией и жителями Кабула, штурмовавшими президентский дворец в конце мая 2006 г.
Правительство Пакистана накануне ввода советских войск в Афганистан стояло перед угрозой экономического и политического банкротства. Получив статус «прифронтового государства», Пакистан стал получать крупномасштабную военно-экономическую помощь от США и Саудовской Аравии. Американский президент пошел на беспрецедентный шаг — оказание помощи Пакистану в обход конгресса, законодательства, запрещающего поддержание стран, ведущих разработку ядерного оружия. Таким образом, недалеко от границ СССР, а сейчас России было создано сильное в военно-политическом плане государство, оснащенное современным вооружением, что привело к существенному изменению соотношения сил в регионе, где Пакистан, по сути, защищает интересы американцев. Трудно сказать, какими будут последствия дальнейшего развития конфликта, но кое-что ясно и сейчас. «Похоже, что одним Афганистаном дело не ограничится. Могут быть нанесены удары по базам террористов в Индонезии и Малайзии. Разумеется, будет укрепляться контроль США в нефтеносных регионах. Такой контроль установлен уже сейчас в зоне Персидского залива... похожая ситуация может складываться и в Прикаспии. Этот регион уже объявлен зоной жизненных интересов США».
Россия в такой ситуации должна удержаться от того, чтобы быть втянутой в прямые военные действия и в Афганистане, и в любой другой точке земного шара, тем более что чеченский конфликт еще далеко не закончен. А кроме того, нельзя допускать противопоставления ислама и людей, его исповедующих, остальной части общества. Немалая часть жителей Российской Федерации — мусульмане. Наши южные соседи — мусульмане. Априорно зачислять их в число наших врагов недопустимо.
В Афганистане, вероятнее всего, в начале ХХІ в. может образоваться мозаичный конгломерат отдельных автономий или государств, так как нынешняя центральная власть довольно слаба. Основанием для такого утверждения является пестрый этнический состав страны, традиционная вражда этнических группировок, желание этнических полевых командиров, заменивших вождей племен, сохранить властные привилегии. Не исключено, что на территории нынешнего Афганистана и частично Пакистана и Ирана могут быть образованы новые государства по этническому признаку: Пуштунистан, Хазараджат, объединенный Таджикистан, объединенный Узбекистан, объединенный Туркменистан и Белуджистан. Полевые командиры Талибана требуют себе земли и воли. Часть этой земли они видят в Афганистане, часть — в Пакистане. Создание микрогосударств — путь очень длительный, и многое зависит от того, какие интересы будут преследовать влиятельные внешние силы, в первую очередь США, Западная Европа и исламские государства.
7.2. Традиции и геополитика Африки
Африканский континент принято считать «забытой Богом» частью света, где под палящими лучами солнца население изнемогает не только от жары, но и от беспросветной нужды. Но это только одна сторона жизни многих африканцев, национальные элиты которых начинают избавляться от комплекса неполноценности, сформированного веками колониальной зависимости.
7.2.1. Африка как два субконтинента
Африка с большой натяжкой может быть названа единым геополитическим континентом. Африканскую цивилизацию даже С. Хантингтон называет как возможную.
Север и Восток Африки, как и Юг Европы (в частности, Испания, Португалия, юг Франции) в VIII—ХIV вв. входили в мощный арабский халифат, который по своим размерам превосходил Римскую империю. Поэтому огромная территория африканского континента относится к исламскому миру. В годы расцвета СССР Египет, Алжир, Ливия практически находились в зоне его геополитического влияния. В войнах с Англией, Францией, Израилем правительства этих стран получали всестороннюю помощь и поддержку Москвы. Особенно это касалось вооружений и военной техники. Войны Египта с Англией и США за Суэцкий канал (после его национализации), война с Израилем в 1967 г., безусловно, были бы проиграны Египтом, если бы у его берегов, а также у берегов Израиля не курсировал мощный средиземноморский флот СССР, а в Ливии и Египте не функционировали советские военно-воздушные базы, где совершали посадки стратегические бомбардировщики, каждый с тремя водородными бомбами на борту. Безусловно, эти африканские страны представляли большой интерес (в геостратегическом плане) для США и НАТО. И в этом регионе в 1970-х гг. началась сложная дипломатическая игра, которой советское руководство не придало большого значения, а в годы «перестройки», «реформ», ельцинской политики «без галстуков», по сути, сдали американцам безо всяких условий огромный регион, богатый природными ресурсами, вывели из мест базирования, а затем разрушили средиземноморский флот. Западные страны во главе с США быстро прибрали к рукам североафриканские страны, и сейчас Ливия, Алжир и Египет, по сути, находятся под большим влиянием США. Налаживание отношений с ними на прагматической основе, что сделал В.В. Путин весной 2006 г. в Алжире, является первой попыткой возвращения России в регион.
Москва, как и 40 лет назад, начала наводить экономические мосты со странами Северной Африки. В частности, нефтяная компания «Русснефть» предложила вложить свои средства (первоначально 1 млрд долл.), опыт работы и мастерство своих специалистов в добычу нефти в Алжире. Власти этой страны открыли для иностранного капитала нефтедобывающую отрасль. Планируется также вложение инвестиций в экономику Мавритании. Российские фирмы укрепляют торговые связи с алжирскими фирмами. Для российских компаний кроме нефте- и газодобычи перспективны такие отрасли, как жилищное строительство и туризм.
Следует отметить, что подспудно в мусульманских странах Севера Африки идут процессы формирования течения, имеющего антиамериканский и антиглобалистский характер. На конференции представителей 46 мусульманских государств, прошедшей в мае 2006 г. в египетском городе Шарм-эль-Шейх, в адрес президента США Буша прозвучала жесткая критика даже со стороны президента Египта Х. Мубарака. В понимании основных принципов демократии правительства мусульманских стран решительно разошлись с Вашингтоном.
Американские политики оказывают всестороннее давление на страны Северо-Восточной Африки: финансовое, экономическое, информационно-технологическое. Вашингтон занимается обучением исламских группировок фундаменталистского толка. Эти группировки, прошедшие террористические курсы в США, встали на путь откровенного экстремизма, объявив «священную войну» против светских государств — Египта, Алжира, Судана. Вот почему часто гремят взрывы в курортных городах Египта, в Алжире и Судане.
7.2.2. Африка — «кипящий континент»
Говоря об Африке в этом плане, мы имеем в виду прежде всего ее центральную часть, так как Север Африки имеет отличающуюся культуру, исторический вектор развития, а также политическую и экономическую системы. Хотя ставить между ними «китайскую стену» не надо. Африка является важной составной частью мирового сообщества. Перед этим «просыпающимся континентом» стоит гамма сложных геополитических проблем, одни из которых имеют давнюю, многовековую историю, например колониализм, работорговля и т.д., другие зародились или обострились недавно, охватывают сравнительно небольшой период, поскольку с разрушением СССР изменился баланс мировых геополитических сил, что, безусловно, сказалось на социально-экономических, политических, духовных сферах жизни этого континента. Народы Африки сравнительно недавно получили политическую независимость, но в экономическом и социальном плане многие из них по-прежнему не испытали на себе реальных позитивных перемен.
После освобождения африканских стран от колониального ига в большинстве из них не нашла поддержки концепция вестернизации, т.е. ориентации их на социальные институты, эталоны права Запада, в частности США. Но в то же время не получила широкого развития и идея геополитического тяготения Африки («острова») к Евразии, в частности к Советскому Союзу.
За Африкой достаточно прочно утвердилась репутация наиболее конфликтной геополитической сферы планеты, особенно в последнюю четверть ХХ в. На континенте за минувшие 10 лет зафиксировано 35 крупных вооруженных конфликтов, в которых погибло более 10 млн человек, 90% из них — гражданское население. На континенте насчитывается почти половина общемирового количества беженцев (по разным оценкам — от 7 до 10 млн человек) и 60% перемещенных лиц (почти 20 млн человек). На континенте самая высокая детская смертность в мире — около 8 млн человек в год.
Это обусловлено сложным переплетением различных конфликтогенных факторов: этническим и клановым противостоянием, конфессиональной рознью, противоречиями социально-экономического и политического характера и т.д. Есть немало работ, особенно на Западе, которые значительно упрощают эту проблему, порой сводя конвульсивное развитие Африки к банальной схеме. Так, одним из первых трудов, положивших начало теории развития, стала книга С. Хантингтона «О новом политическом порядке в трансформирующихся обществах», где он, в частности, говорит: «Вторжение масс в политику порождает напряженность, что может создать угрозу для политической стабильности и, как следствие, для самого развития».
Каких-либо глубоких работ с анализом геополитического положения Африки в научной литературе СССР, России, западных стран, самой Африки практически нет. Есть попытки осмыслить отдельные направления геополитики и политологии:
• изучение проблем выбора пути социально-политического развития африканских стран в конце ХХ в.;
• роль диктаторских режимов и армии в жизни континента;
• конфликты и их типология;
• роль религиозного фактора в нравственно-политической жизни;
• культура и общество — синтез традиционного и современного;
• перспективы геополитического развития Африки в XXI в.
В начале 1990-х гг. в Намибии прошла конференция «30 лет независимости Африки: итоги и перспективы», где в качестве обобщающего вывода было сказано, что 30 лет независимости не принесли континенту ни демократии, ни процветания, но еще более углубили экономический и политический кризис, т.е. геополитически этот «остров» так и остался прикованным к странам Западной Европы и США. Новая геополитическая ситуация, сложившаяся после ликвидации СССР и стран социалистического лагеря, наложила дополнительный негативный отпечаток на геополитический расклад в мировом балансе сил.
Современные африканские государства имеют различную социально-политическую и социально-экономическую направленность. Вместе с тем вне зависимости от социальной ориентации и степени общественного развития общей характерной чертой африканских стран является борьба за ликвидацию вековой отсталости, упрочение своего социального суверенитета, экономической независимости, социального прогресса, за право распоряжаться богатством своих недр, своими людскими и финансовыми ресурсами.
Африка на продолжении столетий раздирается этническими противоречиями, которые выливаются в гражданские войны и военные конфликты.
Самое кровопролитное из них началось в 1994 г. в Руанде и длилось почти два года. Находившееся у власти правительство из радикально настроенных представителей народности хуту решило навсегда «закрыть» национальный вопрос, организовав массовое уничтожение «враждебной» народности тутси, и вырезали более 1 млн человек. Это можно сравнить только с геноцидом армян в Турции в 1915 г., с действиями расистов времен фашистской Германии или «красных кхмеров» в Камбодже. С середины июля 2003 г. в западноафриканской стране Либерии, богатой алмазами, железной рудой, каучуком, началась гражданская война, ежедневно уносящая жизни сотен человек. Столкновения между повстанцами и президентскими войсками происходят в столице страны — Монровии. Не утихают локальные конфликты в Анголе, Эфиопии, Судане, Конго, Нигерии, Зимбабве, Сомали, Мозамбике, Сьерра-Леоне, Чаде.
Гражданская война в республике Чад тянется с короткими перерывами с 1960-х гг., как и в соседнем Судане. Мятежники свободно перемещаются из одной страны в другую. Многим повстанцам в обеих странах безразлично, в какой стране воевать. Для них это территория родственных племен. Им нужны деньги, вода, пища, пастбища для скота, земля, пригодная для выращивания сельхозкультур. Кроме того, в южных районах Чада и в Судане обнаружена нефть. Этот единственный источник валютных поступлений в страну стал в последнее время дополнительным фактором напряженности.
В Африке основные очаги сепаратизма совпадают с районами, где имеются разведанные запасы нефти. Богатая этим энергоносителем Эритрея откололась от Эфиопии. В устье Нигера местные племена атакуют нефтяные платформы и требуют контроля над доходами от добычи «черного золота».
Перечисленные и другие социальные «болячки» обостряют гонку вооружений, военные конфликты. Например, ежегодная иностранная помощь странам континента составляет 11 млрд долл., а расходы на вооружение и содержание военных превышают 12 млрд. По сути, на грани национальной катастрофы стоят Эфиопия, Ангола, Заир, где практически не затихают военные столкновения и даже войны. Так, противостоят друг другу Эфиопия и Эритрея, в Анголе военная группировка УНИТА контролирует значительную часть территории, включая водное и воздушное пространство. Военные столкновения происходят в Мозамбике, Судане, Сомали и в некоторых других странах. Одной из основных причин столкновений является слабость национальных экономик. Как полагает профессор Жорж Нзонгола Нталажа (Заир), виновниками краха заирской экономики являются США, Франция и Бельгия. По его мнению, эти державы действовали в стране «исключительно в интересах правящей марионеточной клики, которая больше заботилась о личном обогащении, чем об интересах народа». Свой «вклад» в разжигание гражданских войн вносят «миротворческие» силы западных стран. Например, в Чаде находится «около 1,5 тыс. французских солдат, главным образом из иностранного легиона, с боевой техникой, вертолетами, самолетами, которые дают по восставшим предупредительные залпы».
В силу этих и других причин многие африканские лидеры встретили враждебно визит бывшего французского министра внутренних дел Н. Саркози в Сенегал, Мали и другие страны. В Мали депутаты парламента потребовали «аннулировать визит», расценив его как «провокацию чистой воды». Президент Сенегала Абдулай Вад выступил с резкой критикой «африканской политики Франции».
Самая характерная черта развития стран континента — незавершенность формационным процессов в связи с относительно коротким периодом после завоевания ими политической независимости. На континенте сложно, а порой причудливо переплелись различные типы экономических отношений — от общинно-патриархальных до капиталистических и социалистических. Слаба социальноклассовая дифференциация общества, социальная структура включает остатки общинно-племенных и даже родовых отношений. В политической системе господствуют различные виды власти: авторитарно-военно-диктаторские, однопартийные, многопартийные, демократические и монархические, тайные ритуальные, криминальные.
В сфере духовной идеологической жизни характерен широкий спектр различных воззрений: от традиционных африканских культур и верований до мусульманской и христианской религий, буржуазных и социалистических идей. Тайные ритуальные общества поддерживают пожар войны этнических конфликтов в Либерии, Руанде. Они создают ритуальную власть, которая уходит в «темную часть суток и теневую экономику, хотя их психологическое влияние на население все еще остается важным политическим фактором в Африке, не считаться с которыми неразумно».
В Мали «Союз детей леса» представляет собой ассоциацию с единой системой этнических представителей, ритуальных и обрядовых действий, а также эзотерической, недоступной для непосвященных информацией. Это тайное объединение имеет право распоряжаться чужой жизнью, а руководство страны «осуществляло регулярные неофициальные контакты с лидерами союза».
В полумиллионном нигерийском университетском городке Иле-Ифе верхушка тайного общества обладает реальной административной и экономической властью: «Она дирижирует деятельностью мэрии и других городских институтов, поддерживая свое предпринимательство, регулируя мистическими средствами ценообразование, вводя запрет и разрешения на определенные виды хозяйственных работ».
Пожалуй, как никакой другой континент, Африка сохраняет политическую и экономическую зависимость от внешнего мира, особенно от стран Западной Европы и США, транснациональных корпораций, международных финансовых центров. Эта зависимость постоянно стимулируется глобальными социальными проблемами: голодом, нищетой, болезнями, неграмотностью, низкой политической и общей культурой народа, острыми экономическими и политическими кризисами, обострением межэтнических, религиозных противоречий. Используя эти факторы, США стремится еще более «привязать» богатейший в ресурсном отношении континент. Президент США добился от конгресса выделения 15 млрд долл. (для контраста — 300 млн долл. при президенте Клинтоне) на программу борьбы со СПИДом, от которого быстро вымирает Африка.
Страны в современной Африке в политическом плане представляют собой в основном авторитарные режимы (к концу ХХ в. они господствовали в 38 из 45 государств тропической Африки). Тому есть внутренние и внешние причины. К числу первых относятся: экономическая отсталость; слабая социально-классовая дифференциация общества; наследие колониальной системы (диктаторы — вожди племен, народностей — ставленники колониальной администрации); отсутствие элементов гражданского общества и правового государства; низкая политическая культура населения; межэтнические противоречия; архаичная инфраструктура — плохие дороги,связь и др.
Но помимо внутренних причин формированию авторитарных режимов способствовало и противоборство двух мировых систем — капитализма и социализма — в борьбе за сферы влияния на континенте. На протяжении 30 лет Африка была полем различных видов соперничества двух систем. Эти системы удерживали у власти и кормили различных диктаторов, которые проводили их интересы. Народ, как правило, беспрекословно подчинялся диктаторам, каким бы образом они ни приходили к власти. Население, за исключением национальной элиты, было объектом, а не субъектом политики и геополитических отношений. Отсюда и нестабильность во всех сферах жизни Африки: после 1960 г. в независимых государствах континента произошло более 100 военных переворотов. Порой их совершали сержанты и лейтенанты, если им была обеспечена поддержка из-за рубежа.
Специфическим феноменом большинства африканских стран остается особая роль армии и политической оппозиции в виде сепаратистских движений. В глазах народа армия — гарант и символ государственной независимости, организация, способная установить и поддерживать хоть какой-то порядок внутри страны и добиться более или менее равноправных отношений с внешним миром. Армия является опорой и рычагом власти практически во всех странах Африки — в крупных, как Нигерия, Заир, Судан, Эфиопия, Чад, Сомали, и меньших размеров.
В геополитическом, региональном раскладе сил в Африке, естественно, большую роль играют страны, располагающие более мощной (многочисленной, обученной, вооруженной и т.д.) армией и значительным людским потенциалом. В конце ХХ в. на этом континенте под ружьем находилось приблизительно около 2 млн человек. Наиболее крупные армии: Египта — 448 тыс. (при населении более 61 млн человек); Марокко — около 196 тыс. (более 28 млн); Алжира — около 122 тыс. (более 28 млн); Эфиопии — 120 тыс. (50 млн); Анголы — 82 тыс. (более 11 млн); ЮАР — 79 тыс. (40 млн).
В североафриканских странах, исповедующих, как правило, ислам, усиливается течение, стремящееся создать «исламскую государственность». Исламские группировки фундаменталистского толка с начала 1990-х гг. откровенно встали на путь экстремистских действий, «священной войны» не только против светских форм государственности (Алжир, Египет, Судан), но и против других религий и народов.
Следующим специфическим фактором «Черного континента», оказывающим большое влияние на его геополитическое положение, являются межэтнические отношения. Этнический состав Африки — пестрейшая мозаика наций, народностей, племен. На континенте живет примерно 50 наций и народностей, 3 тыс. племен, говорящих на тысяче языков. В результате колониального размежевания территории Африки государственные границы не имеют ничего общего с естественно-географическими и историческими границами проживания населения. 44% границ проведено по меридианам и параллелям, еще 30% — по прямым и дугообразным линиям. Такой дележ территории был миной замедленного действия, основой межэтнических конфликтов и войн, а подогревали их противостояние между Востоком и Западом, проблема выбора пути социального развития, геополитических ориентаций. Все это способствовало возникновению не только локальных межэтнических конфликтов, но и кровопролитных войн, о чем выше уже говорилось.
С начала 1990-х гг. в общественном сознании на континенте стали укореняться идеи межрегионального, межконтинентального сотрудничества. В столице Танзании Дар-эс-Саламе создан Африканский центр по урегулированию конфликтов, чтобы побудить африканцев самостоятельно решать собственные проблемы, вместо того чтобы полагаться на иностранное посредничество, однако избежать этого, к сожалению, до сих пор не удается.
Многие представители мондиализма полагают, что влияние его идей будет настолько велико, что втянет в свою орбиту население африканского континента. Но С. Хантингтон, о работах которого говорилось в предыдущих главах, по этому поводу пишет: «Было бы явной глупостью полагать, что из-за краха советского коммунизма Запад завоевал навечно весь мир». По его мнению, мировую геополитику будет определять конфронтация различных цивилизаций, где решающую роль станут играть западная и незападная цивилизации. К числу последних он относил, как мы знаем, конфуцианскую, славяно-православную, латиноамериканскую и африканскую.
На распределение, взаимодействие силовых полей на субрегиональном, континентальном и межконтинентальном уровнях действуют многие факторы. Но решающее значение, полагает С. Хантингтон, имеет то, что народы разных цивилизаций имеют различные представления о взаимоотношениях между Богом и человеком, индивидом и группой, гражданином и государством, о соотношении прав и обязанностей, свободы и власти, равенства и иерархии. Эти различия порождены многовековой историей. Они более глубоки, чем различия политических идеологий и режимов.
Судьбы Африки исторически давно связаны с судьбами всего мира. Этот континент стал колыбелью человечества, дал мощнейшие цивилизации (Древний Египет, Арабский Халифат и др.), но колониальная эпоха, а главное — работорговля, когда Африка почти три века поставляла рабочую силу в Северную и Латинскую Америку, затормозили развитие его народов, изолировали их от влияния мира, значительно ослабили генофонд народов континента. Колонизаторы (страны Европы) прививали населению новый образ жизни, резко отличающийся от традиционных ценностей. После получения независимости каждая из стран Африки выбирала свой путь развития: капиталистический или социалистический.
Но, как показала жизнь, западная и советская модели развития, не учитывающие реалии жизни континента, привели к еще большему углублению экономического кризиса, социальной и политической нестабильности, региональным и этническим (включая и военные) конфликтам, к усилению голода, нищеты, росту зависимости от стран-союзников. Например, в середине ХХ в. объем производства товаров и услуг стран тропической Африки равнялся объему производства маленькой европейской страны — Бельгии. По данным экономистов Института Африки РАН, уровень производимого ВВП на континенте на душу населения в конце ХХ в. был более чем в 20 раз ниже, чем в развитых капиталистических странах.
В результате взаимодействия перечисленных и других факторов за 1990-е гг. ВВП на душу населения в Африке снизился на 25%, а в странах тропической Африки — на 30%, внутренние капиталовложения уменьшились на 75%, экспорт — на 30%, импорт — на 60%.
Однако страны ООН, которые, преследуя самые гуманные цели, пытаются помочь африканским государствам, а также различные международные гуманитарные организации не в состоянии навести порядок на «кипящем континенте», а в Африке нет сильных государств, обладающих серьезным влиянием, чтобы мирить, оказывать давление на участников конфликтов. Во многих странах континента живут по известному принципу: добиться власти, получить от этого как можно больше, а после нас — хоть потоп.
Поэтому ХХІ в. большинство африканских стран встретили в состоянии системного кризиса, следствием которого являются недоедание и даже голод, опаснейшие болезни, неграмотность, ужасающая детская смертность, эпидемии, уносящие десятки миллионов жизней. Плюс к этому катастрофически ухудшающаяся экология и почти полное отсутствие средств для охраны окружающей среды. Отсюда малая продолжительность жизни — в Замбии, например, она составляет 37 лет.Геополитическое положение Африки, ее позиция в системе международных отношений во многом зависят от коренного изменения международного экономического порядка в пользу формирования лучших (льготных) условий для этого континента. Пока же этот порядок объективно направлен против интересов народов Африки. Противостоять неоколонизации они могут только на базе объединения всех сфер общественной жизни большинства стран континента: экономической, социальной, политической, духовной. Но решить эту задачу в начале ХХІ в. представляется нереальным в силу ряда причин (о большинстве из них сказано). Итак, в геополитическом плане Африка больше тяготеет к Западу, хотя процесс этот сложен, динамичен и противоречив. Тем не менее Россия поддерживает контакты с лидерами многих государств Черного континента. В Анголе, Демократической Республике Конго, в Намибии и других странах работают наши специалисты — нефтяники, летчики, горняки.
Политика России в отношении урегулирования африканских конфликтов пока еще остается пассивной. К России, как правило, не обращаются ни за помощью, ни с просьбами о посредничестве. Причин тому много, а самые главные — ее незначительный экономический и, соответственно, военный потенциал, а также пока еще низкий авторитет в глазах народов мира.
7.2.3. Евросоюз и Африканский Союз — экономическое партнерство?
В последние годы ряд стран континента демонстрируют экономические успехи, а ведущие мировые центры силы вновь обращают взор на этот материк.
Подтверждение тому — недавно состоявшийся в Лиссабоне второй саммит Евросоюз — Африканский Союз (8—9 декабря 2007 г.). На нем присутствовали представители 27 европейских и 53 африканских государств, которые поставили своей целью вывести отношения ЕС и АС на уровень оформления стратегического партнерства. Выбор самого места проведения встречи на высшем уровне не случаен: Португалия была колониальной державой и одной из последних, уже в 1970-е гг., предоставила независимость своим африканским владениям, в том числе Анголе и Мозамбику. Примечательно и другое. Евросоюз развил в последнее время заметную внешнеполитическую активность, стремясь позиционировать себя на мировой арене как самостоятельный центр силы. Ранее подобные встречи были проведены с Бразилией, Индией, Китаем, Россией и даже Украиной (переориентация политики Киева на Запад — одна из стратегических целей Брюсселя).
Интерес Западной Европы к своим бывшим колониям вполне объясним. Европейская экономика нуждается во все больших объемах энергоресурсов, а ими располагают в огромных количествах многие африканские страны. Поэтому европейские организаторы саммита вынуждены были даже проигнорировать позицию одной из ведущих держав Евросоюза — Великобритании, которая возражала против присутствия в Лиссабоне президента Зимбабве Роберта Мугабе. Британцы недовольны национализацией в Зимбабве части земель, принадлежавших потомкам колонизаторов, и упрекают тамошние власти в нарушении прав человека. Глава британского кабинета министров Гордон Браун в саммите участия демонстративно не принял.
Активность на саммите проявила португальская дипломатия: может быть, этому способствовало то, что главой Евросоюза является португалец Жозе Мануэл Баррозу. На саммите он указал на растущее стратегическое значение Африки и важность для ЕС политического взаимодействия с ней. Для такой оценки есть все основания. В последние два года средний рост ВВП стран Африки превысил 5%, и этот рост носит устойчивый характер. «Мы представляем практически половину членов ООН, — сказал Баррозу. — Это может иметь огромное влияние на поиск путей решения глобальных проблем».
Лидеры африканских стран также проявляют готовность к политическому диалогу, тем более что Евросоюз является крупнейшим торговым партнером Африки (товарооборот превышает 300 млрд долл.), но былые обиды на Старый Свет все же остаются. Президент Ганы Джон Куфуор, выполняющий функции председателя Африканского союза, сказал, обращаясь к европейцам, что отношения между Европой и Африкой «не были счастливыми», так как «они начались с золототорговли, перешли в работорговлю, а затем наступило время колониализма и апартеида. Лишь в 1950-е гг. благодаря освободительным движениям они нормализовались». По его словам, «все мы живем в глобальной деревне. Африка нуждается в Европе, а Европа — в Африке». Обстановка на саммите была напряженной. Разногласия возникли, в частности, по вопросу заключения новых соглашений об экономическом партнерстве между африканскими странами и Евросоюзом. Довольно уверенно говорить с Евросоюзом государствам Африки позволяет новая геополитическая ситуация в мире. Помимо США и Евросоюза серьезный вес в мировых делах приобрели Китай и Индия. Поэтому закономерно, что на саммите прозвучали позитивные оценки отношений Африки с Китаем и Индией. «Китайцы работают везде, они не тратят время на речи, — сказал, например, президент Сенегала. — Китай и Индия стали крупными партнерами Африки. Факт состоит в том, что индийские и китайские товары значительно дешевле европейских».
Китай сегодня, действительно, весьма активен на Черном континенте. Поднебесная за пять лет увеличила торговый оборот с Африкой в 5 раз, и сегодня он составляет 50 млрд долл. Китайские компании прежде всего интересуют энергоресурсы. Почти треть нефти, потребляемой китайской экономикой, доставляется танкерами из африканских стран. В ноябре 2006 г. в Пекине прошел уже третий Форум китайско-африканского сотрудничества, на который прибыло большинство африканских лидеров. Для многих из них Китай является ныне идеальной моделью социально-экономического развития.
Как отмечают западные СМИ, «сотни тысяч китайцев легально и нелегально едут в Африку работать в добывающей промышленности, строительстве и сфере производства». Своего рода плацдармом Пекина на Африканском континенте стал Судан, богатый нефтью. Китайские компании обосновались в этой стране в 1997 г., когда администрация США запретила работать там американским нефтяным компаниям. И теперь 5% китайского импорта нефти приходится на суданские месторождения, и за десять лет Китай инвестировал в Судан почти 3 млрд долл. Кроме того, правительству в Хартуме оказывается военно-техническая помощь, крайне необходимая ему для борьбы с повстанцами в западной провинции Дарфур, где с 2003 г. продолжается конфессионально-этнический конфликт. В западных СМИ можно нередко встретить упреки в адрес Пекина, который-де поддерживает суданские центральные власти, применяющие жесткие методы для подавления вооруженного сопротивления в Дарфуре. Появились даже сообщения, что США пригрозили Китаю бойкотировать олимпиаду в Пекине, если правительство КНР не прекратит поставки любых вооружений, боеприпасов и иного военного снаряжения правительству Судана, а также не свернет экономическое сотрудничество с правительством в Хартуме.
В свою очередь, суданские официальные представители указывают на то, что в основе позиции США лежит стремление установить контроль над запасами нефти в этом районе. Такое мнение высказал не так давно посол Судана в России Шол Денг Алак. По его словам, «США пытаются найти если не замену Ближнему Востоку, то какую-то возможность компенсировать те потери, которые они несут в результате нестабильности в Ближневосточном регионе, и обращаются к странам Африки, в частности к Судану». Суданский дипломат согласился с мнением вице-президента Академии геополитических проблем Владимира Анохина, который утверждает, что США «специально раскачивают лодку в Судане для того, чтобы получить контроль над нефтью» (по данным этого эксперта, запасы нефти в Судане сопоставимы с запасами нефти в Саудовской Аравии). НАША СПРАВКА
В августе 2007 г. Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию № 1769 о направлении миротворческих сил в Дарфур. К миссии в Судане привлечены 20 тыс. военнослужащих и 6 тыс. полицейских, которые действуют на основе объединенного мандата ООН и Африканского союза.
Нефтью богат в Африке не только Судан. Крупными месторождениями углеводородного сырья обладают, например, Ангола и Нигерия (соответственно второй и первый экспортеры «черного золота» на континенте). Ангола является одной из наиболее бурно развивающихся стран с точки зрения роста объемов добычи нефти. В 1993 г. она добывала в сутки 500 тыс. баррелей, а в 2006 г. — 1,4 млн, сегодня — 1,8 млн баррелей (около 90 млн т в год). В 2007 г. Луанда планировала выйти на рубеж 2 млн баррелей, но ОПЕК — организация нефтедобывающих стран — установила ей квоту в1, 9 млн баррелей нефти в сутки, хотя в Луанде рассчитывали на предельные квоты в размере 2—2,4 млн баррелей. В Нигерии добыча нефти составляет 2,15 млн баррелей в день, хотя возможно добывать и больше — до 2,6 млн баррелей. Трудности с развитием нефтедобычи существуют прежде всего из-за нестабильной ситуации в дельте Нигера. Так, в середине ноября 2007 г. боевики взорвали в Нигерии нефтепровод англо-голландской компании «Шелл», который соединял нефтяные месторождения с терминалом, откуда нефть закачивается для экспорта в океанские танкеры.
Основные районы нефтедобычи в Нигерии — дельта реки Нигер и прибрежный шельф уже несколько лет являются зоной вооруженного конфликта. Повстанцы «Движения за освобождение дельты реки Нигер» угрожают всем нигерийцам и иностранцам, которые заняты в нефтяной отрасли страны, что будут продолжать убивать их, пока те не прекратят работать на объектах нефтедобычи. По утверждениям мятежников, действующих весьма жестоко (убийства иностранных специалистов, захват заложников), они представляют местный народ иджо, которому будто бы достается слишком малая часть доходов от экспорта «черного золота».
Вооруженные выступления мятежников в нефтедобывающих районах Африки дают повод США обосновывать необходимость военного присутствия западных держав на континенте. Сами африканские страны настороженно относятся к подобным намерениям, понимая, что американцев в первую очередь волнует нефть (поставки из африканских стран составляют около четверти американского импорта). Правительство той же Нигерии неодобрительно относится к планам США создать военную базу в Гвинейском заливе под предлогом защиты региона от пиратов и террористов (богатый углеводородами залив омывает побережье Нигерии, Анголы, Чада, Экваториальной Гвинеи, Габона и маленького островного государства Сан-Томе и Принсипи).
НАША СПРАВКА
В настоящее время главным источником нефтяныхресурсов континента является Западная Африка, а также ряд арабских стран Северной Африки (в первую очередь Алжир и Ливия). Но результаты последних геолого-разведочныхработ позволяют предсказать, что в ближайшем будущем крупными производителями нефти-сырца и природного газа станут страны Восточной Африки (пока в основном нефть добывают в Судане). Геолого-разведочныеработы, проведенные на побережье Индийского океана от сомалийско-кенийской границы до ЮАР, свидетельствуют о возможности экспорта углеводородного сырья по наиболее удобному маршруту — в азиатские государства, в том числе такие страны, как Индия, Китай и Япония. Представители США пытаются рассеять предубеждения: например, в прошлом году адмирал Генри Ульрих заявил на симпозиуме по морским вооружениям в Нигерии: «Мы заботимся о Нигерии и хотим помочь ей защищать регион от морских преступников. Во всех частях мира США и любая другая добропорядочная нация желают обеспечить безопасность на побережье для тех стран, кто поставляет энергию, и именно поэтому мы там часто находимся. Так что Нигерии нечего бояться».
Но американцам так и не удалось подобрать места для штаб- квартиры своего нового африканского командования (АФРИКОМ). Поэтому ее разместили временно на территории Германии — в Штутгарте. Пока только Либерия, традиционно ориентирующаяся на США, готова пустить на свою землю американских военных. Официально продекларированные задачи АФРИКОМа обширны и, можно сказать, благородны: способствовать развитию стабильности и установлению гражданского общества в Африке; предотвращать распространение террористической сети; обучать африканских военнослужащих...
На африканском континенте по мере улучшения экономического положения, прежде всего в странах, обладающих нефтедолларами, растет национальное самосознание, что подтвердила первая в истории конференция на уровне министров стран Африканского союза (АС) и стран, где есть африканская диаспора (прошла в ЮАР в ноябре 2007 г.). Африканская диаспора, кстати, весьма многочисленна и довольно влиятельна на Североамериканском континенте. По имеющимся данным, около 40 млн человек живет в США и Канаде, 112 млн — в Бразилии, Колумбии и Венесуэле, свыше 13 млн — в Карибском бассейне и 3,5 млн — в Великобритании, Франции и Испании. Африканский союз даже объявил африканскую диаспору «шестым регионом континента» после севера, востока, юга, запада и центра Африки.
Интерес заслуживает выступление на форуме председателя комиссии АС Альфа Умара Конаре, который сообщил, что на 2008 г. намечены саммиты АС с Индией, Турцией, Ираном. «На очереди — Россия, — сказал он. — Консультации и переговоры на высшем уровне с таким нашим традиционным другом, как Россия, для нас крайне необходимы. Мы готовы к стратегическому партнерству».
У России, судя по всему, есть неплохие шансы восстановить свои позиции на континенте. Этому, несомненно, способствовал прошлогодний визит Президента РФ Владимира Путина в Африку, а также поездка весной 2007 г. тогдашнего главы Правительства РФ в ЮАР, Анголу и Намибию. В деловом турне его сопровождали представители нескольких крупных российских компаний, включая нефтегазовый гигант «ЛУКОЙЛ».
Известно, что российские нефтяники намерены активизироваться на Африканском континенте. «ЛУКОЙЛ» сообщил тогда о том, что договорился с ангольской государственной нефтегазовой компанией Sonangol о сотрудничестве в области разведки, разработки и добычи углеводородов в Анголе. В сфере интересов «ЛУКОЙЛа», кроме того, три проекта по геологоразведке в Западной Африке — в Гвинейском заливе. С ангольской Sonangol сотрудничает и «Газпром», в планах которого осуществление совместных нефтегазовых проектов, развитие газотранспортных проектов, участие в проектах по сжижению газа в Анголе и поставкам ангольского природного газа на мировой рынок. Но в целом российский бизнес представлен на Черном континенте пока скромно (на долю Африки приходится 1,5% всех российских инвестиций за рубежом). Инвестиции в основном идут в добывающую промышленность в Гвинее, Анголе и ЮАР, хотя возможности для успешного ведения бизнеса большие, принимая во внимание и доброе отношение к России со стороны многих представителей национальной элиты, получивших в свое время высшее образование в СССР.Возвращаясь к ноябрьской встрече в ЮАР, надо также отметить, что в планах африканской диаспоры — принять участие в будущих выборах всеафриканского правительства в рамках стремления к созданию Соединенных Штатов Африки. В Дакаре (Сенегал) планируется открыть штаб-квартиру панафриканского секретариата для управления делами диаспоры. Ряд лидеров африканских стран выступают за процесс постепенной экономической и политической интеграции и предлагают сформировать конфедерацию государств, которая получит название Соединенные Штаты Африки. Этот вопрос обсуждался в августе 2007 г. в столице Замбии Лусаке на заседании совета министров Сообщества развития Юга Африки (САДК). Единое государство так и должно называться — Соединенные Штаты Африки. Но это будет скорее африканский Евросоюз, чем Соединенные Штаты Америки.
НАША СПРАВКА
Население африканского континента к началу 2007г. составило 924млн человек (14,2% общей численности населения планеты). По данным комитета по делам народонаселения Африканского союза, если темпы прироста населения в Африке, в настоящее время достигающие 2,3%, сохранятся, то к 2050 г. на континенте будут жить 2 млрд человек, но при условии, что правительства африканских государств усилят борьбу с детский смертностью и болезнями. Половина жителей Африки — люди моложе 20 лет, что делает континент самым молодым на Земле.
У идей панафриканизма, правда, много и противников. Сформировавшиеся национальные элиты африканских стран опасаются, что конфедерация ущемит суверенитет их государств. Большинство глав государств придерживаются мнения, что пока стоит поддержать экономическую интеграцию африканских государств, а для политического объединения Африка еще не созрела. Но сама тенденция к интеграции, несомненно, заслуживает внимания.
7.3. Геополитика и страны Латинской Америки
История наложила характерный отпечаток на геополитику стран Латинской Америки. Анализируя геополитические процессы, протекающие на этом континенте, важно не упускать из виду время Великих географических открытий, многовековую историю колонизации и ее последствия, в частности искусственно созданные границы после «ухода» колонизаторов, страшную нищету, безграмотность и другие социальные болезни, оставленные цивилизованными поработителями.
Нельзя забывать также, что колонизаторы, уходя, в некотором роде оставались, привязывая к метрополиям население бывших колоний и доминионов не силой оружия, а пуповиной финансового, политического, технологического и информационного закабаления.
7.3.1. Латинская Америка: история и современность
Исторически Латинская Америка по мере укрепления экономической, военной, финансовой мощи и политического веса США попадала под их влияние, постепенно втягивалась в их геополитическое поле. Поэтому и сейчас США занимают в большинстве стран этого континента гегемонистское положение. «Прибирать к рукам» латиноамериканцев США начали еще в первой четверти ХІХ в.В конце 1823 г. президент Соединенных Штатов Дж. Монро обратился к конгрессу со специальным посланием, которое явилось результатом обобщения и развития теории и практики внешней политики США и получило название доктрины Монро. Эта доктрина была разработана на заседаниях американского правительства в связи со слухами об угрозе интервенции со стороны Священного союза (Россия, Австрия, Пруссия) в Латинскую Америку с целью восстановления былого господства Испании в ее американских колониях. Вот такой надуманный предлог был использован США для утверждения своей гегемонии в Южном полушарии. В § 7 доктрины выдвигался и развивался следующий принцип: «Американские континенты ввиду свободного и независимого положения, которого они добились и которое они сохранили, не должны рассматриваться впредь в качестве объекта для будущей колонизации любой европейской державой». А в § 48 и 49 обосновывался принцип разделения мира на европейскую и американскую системы. В доктрине подчеркивалось, что любая попытка со стороны Священного союза «распространить их систему на любую часть нашего полушария является опасной для нашего спокойствия и безопасности».
В данном документе в дипломатически завуалированной форме были заложены интересы плантаторов-рабовладельцев Юга и крупной буржуазии Севера в экспансии, создании благоприятных условий для расширения территории США и выдвижения лозунгов, теоретически оправдывающих «преимущественные права» США на Американском континенте. «Преимущественные права» северного соседа сводились к простой геополитической идее: рост могущества и благосостояния страны связывался с расширением территории американских штатов. В доктрине утверждалось: «Эта экспансия нашего населения и присоединение новых штатов оказали счастливейшее влияние на все высшие интересы Союза. Это в огромной мере увеличило наши ресурсы и прибавило нам силу и достоинство державы, признанной всеми. Совершенно очевидно, что, расширяя базис нашей системы и увеличивая число штатов, сама эта система сильно укреплялась в обеих своих частях».
«Преимущественные права» США, провозглашенные в доктрине Монро, реализовались в 1824—1826 гг. против Кубы и Пуэрто-Рико, когда силами Колумбии и Мексики американцы подчинили себе кубинцев и пуэрториканцев, а в 1840-х гг. у Мексики в знак «признательности» за ее усилия по закабалению Кубы американцы отторгли Техас, Орегон и Калифорнию.
Спустя более чем 150 лет США, действуя точно так же, сперва организуют «независимое государство», будь то в Латинской Америке, Африке, на Балканах, в Восточной Европе или в другой геополитической точке планеты, а затем вводят туда свои «миротворческие» войска, реализуя так называемую гуманитарную интервенцию. О решении осуществлять функции «международной полицейской силы» (сначала применительно к странам Латинской Америки) США объявили еще в 1895 г. (доктрина госсекретаря Р. Олни), подтвердили в 1904 г., когда президент Т. Рузвельт прямо заявил, что в Западном полушарии приверженность Соединенных Штатов доктрине Монро может заставить их в случае внутренних беспорядков и бессилия в латиноамериканских странах осуществлять функции «международной политической силы».
Реализуя эту функцию, США в начале ХХ в. организуют многочисленные интервенции на Кубу, в Мексику, на Гаити, в середине века — в Доминиканскую республику, Никарагуа, в конце — в Гренаду, Панаму и другие страны. Начиная с 1950-х гг. и до конца второго тысячелетия вмешательство США в жизнь упомянутых, а также других стран континента практически не прекращалось: растущее национально-освободительное движение в Латинской Америке в первую очередь было направлено против бесцеремонного северного соседа и его ставленников. «Сомоса — сукин сын, но наш сукин сын», — так сказал однажды президент США Ф.Д. Рузвельт (А. Сомоса — это бывший диктатор Никарагуа; он и его сын фактически правили страной с 1936-го по 1979 г. при поддержке США).
Большинство латиноамериканцев резко отрицательно относятся к доктрине Монро. По словам бывшего президента Гондураса П. Бонилья, даже «упоминание об этой... доктрине... считается в странах Латинской Америки оскорблением их достоинства и их суверенитета и в то же время угрозой их независимости».
Конец ХХ в., конечно, внес изменения в геополитическую систему силовых полей континента. Возникли и активизируются новые процессы в политике, экономике, которые во многом обусловлены ускорением научно-технического прогресса, формированием транснациональных компаний, т.е. глобализацией всех сфер общественной жизни планеты. Важной особенностью этих перемен является то, что в их орбиту втягиваются все страны мира. И Латинская Америка в полной мере испытывает на себе позитивное, а также и негативное воздействие новой обстановки. Страны континента, несмотря на противодействие США, ищут пути интеграции в мировую экономику. Это вызвано:
• внутренними причинами — застой в экономике стран Латинской Америки (он характерен для большинства из них), некон- курентоспособность их продукции на мировом рынке, неустойчивое хозяйственное развитие, рост безработицы, инфляции, социальной напряженности и др.;
• важнейшей внешней причиной, в качестве которой можно назвать глобализацию мировой экономики как одного из ключевых мирохозяйственных процессов современности. По мнению экономистов и политологов, сейчас происходит качественная трансформация мировой экономики. Так, глобализация выступает как одна из движущих сил научно-технического прогресса, обновления производства и ускорения темпов роста производительных сил, усиления взаимодействия всех форм международного экономического обмена (мировой торговли, вывоза капитала, научно-технического сотрудничества и т.д.), что положительно сказывается на экономическом развитии Латинской Америки. Но она же несет резкое обострение конкуренции во всех субрегионах континента, усиление экономической неустойчивости: учащение колебаний хозяйственной конъюнктуры, увеличение безработицы, рост банкротств, снижение оплаты труда рабочих и служащих.
Политика интеграции в мировую экономику принесла народам Латинской Америки и определенные выгоды: позволила снизить инфляцию и возобновить экономический рост, обеспечить сравнительно высокие темпы роста торговли (за 10 лет экспорт вырос примерно в 3 раза, а импорт — в 4 раза); приток иностранного капитала за этот период составил почти 330 млрд долл. Однако за фасадом видимого благополучия скрывалось много негативных явлений и тенденций: импорт по темпам роста опережал экспорт (отсюда пассивных сальдо в торговле больше). Особенно значительным оказался дефицит внешней торговли у Бразилии, Колумбии, Перу, Доминиканской Республики. Развитие экспорта не стало мотором, двигающим внутренний экономический прогресс. Страны региона не смогли занять прочные позиции на мировом рынке. Темпы роста ВВП оказались значительно ниже, чем в 1950-70-х гг., когда экономика регулировалась государством, — тогда рост ВВП составлял 4,8—5,3%, а в 1990-х — 2,7%. Удельный вес стран региона в мировом товарообороте к середине 1990-х гг. снизился против уровня конца 1970-х гг. на 0,5%.
Резкое увеличение импорта осложнило положение национальных производителей, вызвало волну банкротств, рост безработицы и социальных конфликтов. Особенно сильно это ударило по обрабатывающей и легкой промышленности (производство обуви, одежды, мебели, инструментов). Половина предприятий данной сферы обанкротилась. Начался процесс деиндустриализации и структурной перестройки экономики, т.е. продолжение политики превращения стран Латинской Америки в сырьевой придаток США, Канады, Европы.
Под воздействием мирового рынка страны континента, за некоторым исключением, все больше ориентируются на добычу и первичную переработку минерального сырья и сельскохозяйственной продукции. Металлообработка, машиностроение, электротехника и другие сферы передового промышленного производства в большинстве стран переходят от замкнутого производственного цикла к монтажу и сборке продукции из импортных деталей и узлов. В государства Латинской Америки США переводят некоторые свои предприятия не только по экономическим, но и по экологическим причинам: это вредные производства, отходы которых отравляют окружающую среду.
7.3.2. Россия и Латинская Америка: специфика взаимоотношений
К концу ХХ в. Россия усилила внимание к Латинской Америке. Но смотреть на этот континент приходится не как на единый центр силы, а, подобно Африке, как на конгломерат разнородных стран, но с учетом их стремления к интеграции и сложившихся многосторонних организаций. Многосторонние формы взаимодействия должны подкрепляться двусторонними связями. Отношения между Россией и конкретными странами обладают своей спецификой. В основе всех связей, безусловно, должны лежать совпадающие геополитические, геостратегические интересы, включающие в себя всю гамму их составляющих.
Определяющим в их отношениях является тот факт, что Россия и большинство стран Латинской Америки находятся в сходной фазе развития и решают похожие задачи — общественной модернизации, перекройки мирохозяйственных связей. По своему экономическому весу РФ и такие региональные державы, как Бразилия, Аргентина, Мексика, оказались почти в равном положении: их голоса ведущие западные страны слушают, но в расчет почти не принимают.
Причины стагнации всех сфер общественной жизни Латинской Америки можно правильно осмыслить, хотя бы бегло проанализировав развитие Чили, Бразилии, Перу, Аргентины, Венесуэлы, Боливии и других стран за последние 30 лет.
В 1973 г. в Чили пришел к власти диктатор Пиночет. При С. Альенде государство контролировало до 90% экспорта и 2/3 всего импорта. После переворота «военные взяли на себя лишь функцию установления политической стабильности, а в экономике позволили, как и у нас при Ельцине, резвиться... мальчикам из чикагской школы». В Чили по рекомендации Международного валютного фонда начала действовать «шоковая терапия». Главным ее элементом была приватизация. Произошло разорение, сокращение производства и доли в ВВП предприятий обрабатывающей промышленности — ее продукция в 1982 г. составила 74% уровня 1973 г. Издержки такого экономического курса оказались сокрушительными для всех сфер жизни страны. Внешний долг с 3,3 млрд долл. в 1973 г. вырос к середине 1990-х гг. до 21 млрд. Далее — высокая инфляция, подрыв национальной промышленности, падение средней реальной зарплаты ниже уровня 1970 г., маргинализация и обнищание населения. 60,4% всех доходов приходилось на долю 4,2% наиболее обеспеченных слоев. В середине 1990-х гг. государство снова вмешалось в управление банками и поставило под свой контроль 70% капиталов финансовой системы страны, сохраняя главенство в стратегических отраслях и ВПК. После этого чилийская экономика стала выползать из кризиса, а шаги, предпринимаемые в настоящее время правительством Чили, которое возглавляет М. Бачилет — первая женщина-президент, позволят стране нарастить экономическую, финансовую и политическую мощь.
Крупнейшая страна Латинской Америки — Бразилия — имеет огромную территорию и богатые природные ресурсы, а по численности населения она значительно перегнала Россию.
Интересна история налаживания контактов России и Бразилии. Русские открыли для себя Бразилию в 1804 г. в ходе первой российской кругосветной экспедиции. Прибывший с экспедицией натуралист и географ Григорий Иванович Лангсдорф девять лет спустя вернулся туда снова, уже генеральным консулом, и организовал экспедицию внутрь страны, которая увенчалась появлением первого в Европе трактата о географии Бразилии и прибытием в Россию большого количества ящиков с образцами горных пород, флоры и фауны. Первый посол — обрусевший француз Борел — наладил коммерческое сообщение между двумя странами. За два года в российские порты пришло 49 кораблей с сахаром, кофе и редкими породами древесины для отделки дворцов в Петербурге. Россия экспортировала в Бразилию сталь.
Первых российских эмигрантов в католическую Бразилию привела... православная вера. В 1906 г. несколько групп крестьян-ста- роверов решили увезти веру предков от греха подальше и сохранить ее в неприкосновенности среди пальм. Староверы обособили себя от коренного населения. Создали сельскохозяйственные общины, своего рода колхозы, где можно и сейчас услышать русскую речь.
Роль современной Бразилии в мировой экономике и политике практически нулевая. Согласно оценкам специалистов, Бразилия, занимающая по территории почти половину Латинской Америки, могла бы прокормить от 900 млн до 1,2 млрд человек. Но 1 апреля 1964 г. в Бразилии произошел военный переворот, и страна стала сползать в жесточайшую нищету. Социально-экономические процессы, происходящие в этой стране, описаны в прекрасных романах Ж. Амаду «Капитаны песков», «Габриела», «Пот», «Мертвое море» и др. Он, в частности, писал: «У нас в Бразилии огромная масса неграмотных, поставленных за рамки... культуры, не имеющих материальных возможностей учиться...»
Жоржи Амаду, ныне покойный, потрясающе правдиво описывает жуткую нищету нижних ступенек социальной лестницы Бра- зилии конца ХХ в., страны, где совмещены сферы власти, права и экономики. Государству должны подчиняться все — экономика, наука и образование, право, индивидуальные свободы и т.д. Главное — это «стабильность». Но лекарством против нарушителей «стабильности» являются репрессии. Однако такая защита «стабильности» и «супербезопасности» несла в себе «мощный разрушительный заряд, исключающий в принципе любое подлинное развитие, осуществляющееся через противоречия, конфликты и борьбу альтернативных мнений». Итак, в Бразилии к концу ХХ в. сложился симбиоз военно-бюрократической верхушки с крупными предпринимателями, поглощающий бюджетные средства и средства внешнего финансирования на покрытие всевозрастающих непроизводительных расходов.
О том, что у России и Бразилии есть совместные интересы в сфере геоэкономики, финансов, высоких технологий, подтвердил визит премьер-министра РФ М. Фрадкова в апреле 2006 г. Интересы двух стран затрагивают нефтегазовую, космическую сферы, информационные технологии, а также область военно-технического сотрудничества.
В 2005 г. товарооборот России и Бразилии составил 3,5 млрд долл. Для двух стран, людской потенциал которых составляет почти 330 млн человек, — это капля в море. Поэтому М. Фрадков предложил к 2010 г. увеличить его втрое. Он особо подчеркнул, что геоэкономика оказывает большое влияние на геополитику, и если мы не сумеем расширить бизнес-контакты, то упустим политический момент.
Во время поездки в Бразилию речь шла о строительстве транснационального газопровода Аргентина — Бразилия — Венесуэла. Проект оценивается в 17—20 млрд долл. Кроме того, бразильская энергетика требует значительной модернизации и опыт российских специалистов здесь будет востребован, как и инвестиции. Уровень развития энергетики в России и Бразилии позволяет говорить о перспективах реализации совместных проектов в третьих странах. Специалисты обеих стран в состоянии выполнять технологические проекты на уровне, претендующем на мировое лидерство.
Фрадков отметил: «Здесь есть место для поставок турбин и генераторов для будущей ГЭС в Латинской Америке, имеются возможности для совместного строительства угольных электростанций, а также взаимодействия в области добычи угля в России».
Подводя итоги визита в Бразилию, премьер-министр РФ подчеркнул, что между Россией и Бразилией формируется «технологический альянс», спектр тем которого начинается от энергетики, в том числе атомной, и уходит в космос, распространяется на авиастроение и даже на сельское хозяйство. Таким образом, уровень геополитического сотрудничества России со странами Латинской Америки зависит от успехов экономического сотрудничества.
Солидный политический и экономический вес в Латинской Америке имеет Аргентина. В начале апреля 2006 г. туда приезжал Фрадков. Как писали аргентинские газеты, «это первый визит российского премьер-министра в Аргентину за всю историю наших взаимоотношений». Источник отметил, что товарооборот между нашими странами в 2005 г. составил всего 700 млн долл., при этом объем российского экспорта равен 72 млн долл., тогда как объем импорта из Аргентины — 620 млн долл.
В ходе переговоров стороны пришли к выводу, что российские компании могут поставлять в Аргентину энергетическое оборудование для гидро- и теплоэлектростанций, автомобили ГАЗ и КамАЗ. Мы также готовы к кооперации с аргентинскими фирмами с целью создания сборочных производств российских автомобилей и дорожной техники. Кроме того, Россия готова поставлять в Аргентину сельскохозяйственную технику.
Российский премьер не исключил, что вслед за бразильцем на международную космическую станцию может полететь аргентинский космонавт. Аргентинские специалисты и бизнесмены очень заинтересованы в развитии сотрудничества в высоких технологиях.
Россия, в свою очередь, может позаимствовать опыт этой страны в управлении экономической сферой. Так, в 2001 г. Аргентина объявила дефолт и отложила выплаты Международному валютному фонду (читай: США), а уже в 2005 г. рост ВВП этой страны составил 9,1%. В 2005 г. Аргентина заняла третье место в мире по поставкам на мировой рынок мяса (вслед за Бразилией и Австралией). Объем поставок увеличился на 40% и оценивается в 1,4 млрд долл. По данным Российского института конъюнктуры аграрного рынка, в 2005 г. Аргентина поставила в Россию 183 тыс. т говядины, что составляет около У3 импорта в нашу страну.
Укрепляются связи России с Венесуэлой. Начало им положило письмо от 22 марта 1856 г. президента Венесуэлы Хосе Тадео Мо- нагаса императору России Александру II, в котором высказывалось пожелание открыть взаимные торговые и дружественные отношения. Наиболее полными отношения наших стран были с 1975-го по 1991 г., когда действовало известное соглашение о сотрудничестве между СССР, Венесуэлой и Кубой о поставках нефти. В 1996 г. в Венесуэлу нанес визит министр иностранных дел России Е. Примаков. Он вывел двустороннее сотрудничество на качественно новый уровень. Подтверждение этому — возобновление деятельности нефтяного четырехугольника Россия — Венесуэла — Куба — Европа. Венесуэла вновь поставляет нефть на Кубу, а Россия — в Европу. Такая координация поставок нефти и газа в начале XXI в., когда усилилось противоборство стран «золотого миллиарда» и ОПЕК, имеет большое экономическое и геополитическое значение.
7.3.3. Начало новой эры
На фоне событий, происходящих в Ираке, Афганистане, других странах Ближнего и Среднего Востока, а также нагнетания страстей вокруг иранской ядерной программы Латинская Америка может показаться относительно спокойным регионом планеты. Начиная с 1920-х гг. Латинская Америка была вассалом Вашингтона, беспрекословно поставляя могучему соседу энергоносители, концентраты различных руд, плоды своего рабского труда на плантациях. Высокомерный и надменный северный сосед почти два века называл, например, страны Центральной Америки «банановыми республиками». Но в конце XX в. многие ведущие латиноамериканские государства перешли к поиску новых путей развития. Вслед за Венесуэлой, народ которой в 1998 г. избрал полковника Уго Чавеса своим президентом, в Бразилии, Аргентине, Эквадоре, Уругвае в конце 1990-х гг., а Боливии и Чили в 2006 г. к власти пришли правительства, которые с разной степенью радикализма отстаивают свои национальные интересы. Они отказываются от американской представительной демократии, свободного рынка, неолиберальной модели экономики.
В разных странах отказ от назойливых рекомендаций американских политиков и экономистов идет в различных формах, и этим подается пример Мексике и Перу. В понимании лидеров Венесуэлы и Боливии, рынок — это не идол, которому нужно постоянно приносить жертвы, а средство для повышения благосостояния наибольшего числа граждан страны. За последние пять лет ежегодный прирост ВВП в регионе составляет 5—6%, тем не менее в большинстве стран континента не могут решить накопившиеся социальные проблемы. Отсюда и настроение граждан региона: изучение общественного мнения показывает, что около 60% латиноамериканцев недовольны тем, как функционирует представительная демократия в их странах.За шесть лет третьего тысячелетия правительства многих стран региона сопротивлялись диктату США. Организованное сопротивление значительно расшатало основы «здания эксплуатации», возведенного здесь с 1823 г. США. Колумбия — единственная страна Латинской Америки, где и сегодня действуют вооруженные формирования леворадикального толка. Только в 1985—1999 гг. было зарегистрировано 14 тыс. столкновений между повстанцами и правительственными войсками. Если в конце прошлого столетия колумбийское противоборство эксперты отнесли к категории конфликтов малой интенсивности, то к началу ХХІ в. оно по количеству жертв (в 2002 г. — свыше 1000 человек) было включено в разряд крупных конфликтов. Первой решительный шаг влево сделала Венесуэла — отнюдь не самая бедная страна в регионе: пятый по ранжиру экспортер нефти в мире. Народ Венесуэлы предпочел видеть в кресле президента не проамерикански настроенного прагматика, а харизматического лидера — У Чавеса. Наступил период «индейского ренессанса», затронувший в 2004—2005 гг. государства так называемого Андского пояса, где индейцы составляют большой процент населения (Боливия — 63%, Эквадор — 65%, Перу — 60%).
Такую резкую подвижку влево можно объяснять с разных позиций. Но можно предположить, что наиболее верный ответ дал президент Боливии Э. Моралес, первый президент-индеец (не имеющий даже высшего образования), который сказал, что раньше индейцы никогда не рассматривались как уважаемые люди и никогда не имели возможности участвовать в политической и экономической жизни страны как равноправные граждане. Харизматический лидер Э. Моралес смог поднять национальное самосознание народа и, используя минимальные финансовые ресурсы, победить в борьбе с такими кандидатами, как латифундист, банкир, владелец шахт и т.д. Моралес воплощает в жизнь данные народу обещания: национализированы природные ресурсы, прежде всего нефть и газ, земля отдана тем, кто ее обрабатывает.
1 мая 2006 г. президент Боливии Э. Моралес предложил 30 иностранным компаниям, включая американские, английские, французские, испанские, вернуть народу Боливии его достояние — нефть и газ.Но наиболее активное противодействие (после Кубы) оказывает Вашингтону Венесуэла. Ее президент У. Чавес закупил в России штурмовые вертолеты, заявил о готовности приобрести новейшие самолеты СУ-35, а американские F-16 продать Ирану. Кроме того, следом за штурмовыми вертолетами «Венесуэла ждет из Москвы сотню тысяч “калашниковых”». Сдвиг Латинской Америки влево означает мощное общественное неприятие и вызов капиталистической неолиберальной политике. Все правительства левого фланга имеют одно общее основание: приход к власти в результате мощного подъема антинеолибе- ральных настроений, антиглобализма. Они победили, потому что шли на выборы под лозунгом социальной и экономической справедливости. И сейчас президенты стран Латинской Америки решают во многом схожую задачу — создать соответствующее общегосударственное политическое движение, которое бы объединило все фракции, сформировало революционную политическую партию.
В Латинской Америке все чаше звучит призыв создания многополярного мира. Эту идею активно поддерживает Колумбия, которая пригласила Россию вступить в международную группу государств — «друзей Колумбии» (в нее уже входят Испания, Венесуэла, Мексика и Коста-Рика).
Некоторые государства континента стоят перед опасностью маргинализации в формирующемся мире мегаблоков. Россия и юг Американского континента в геостратегическом плане оказываются вне трех полюсов экономического, политического и иного развития: североамериканского, западноевропейского и тихоокеанского (наиболее динамичного полюса).
Другой фактор, который объективно сближает интересы РФ и государств Латинской Америки, — незаинтересованность в однополюсном миропорядке, потребность в механизмах сдерживания геге- монистскихустремлений в геополитике США. Лидеры стран континента накопили в этом отношении некоторый опыт и все чаще приходят к выводу о необходимости создания общего латиноамериканского фронта борьбы против северного соседа. Например, в мае 1996 г. «Группа Рио» (14 наиболее влиятельных государств континента) выступила с резким осуждением закона Хэлмса — Бертона от 12 марта 1996 г., ужесточающего торгово-экономическую блокаду Кубы. «Группа Рио» рекомендовала Межамериканскому юридическому комитету, а также Международному суду в Гааге дать этому закону правовую оценку. Со странами Латинской Америки Россию сближают следующие факторы:
• сходная ситуация стран-должников;
• усиливающаяся конкуренция на рынках товаров и услуг;
• близость подходов к проблемам международной безопасности, укрепления режима нераспространения ядерного оружия, урегулирования региональных и межгосударственных конфликтов. Одной из форм диалога России со странами Латинской Америки стали контакты с Организацией американских государств (ОАГ). Эта организация постоянно усиливает свое влияние в процессах политической и экономической интеграции в западном полушарии. Поэтому статус постоянного наблюдателя в ней, который РФ приобрела в 1992 г., расширяет возможности российского сотрудничества с регионом на многосторонней основе, хотя Вашингтон делает все от него зависящее, чтобы эти возможности ограничить. Почти полувековой опыт работы ОАГ при наличии доброй воли лидеров РФ и ближнего зарубежья может вполне пригодиться для организации деятельности СНГ.
Продуктивным может оказаться сотрудничество России с двумя такими крупными экономическими объединениями, как НАФТА и МЕРКОСУР.
НАФТА — Североамериканская ассоциация свободной торговли, создана в 1992 г. В нее вошли США, Канада и Мексика. Предполагалось, что к 2005 г. в нее войдут все страны континента от Аляски до Огненной Земли, но слишком «разные весовые категории» оказались у стран — участниц проекта и создание самого большого общего рынка застопорилось. Об этом говорилось на встрече лидеров американского континента в начале XXI в. в Ванкувере. И все же можно полагать, что влияние НАФТА на расстановку сил в мировой геополитике (прежде всего через экономику) будет возрастать.
МЕРКОСУР создана в 1991 г. Первоначально в нее вошли Бразилия, Аргентина, Парагвай и Уругвай. Присоединение к группе в 1996 г. Чили значительно изменило ее геополитический облик: она вышла в Тихоокеанский регион, возросли ее политические и экономические возможности, потенциал противостояния мегаблокам. В перспективе МЕРКОСУР и союз России, Белоруссии и Казахстана могут объединить усилия для совместного противостояния на севере континента и в Тихоокеанском бассейне.
Пока Российская Федерация и латиноамериканские государства находятся вне интеграционных процессов в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Их стремление активно войти в АТР может стать хорошей основой для взаимной поддержки, совместных действий. Для этого предприняты некоторые ходы: Россия, Мексика, Чили и Перу являются членами Совета Тихоокеанского экономического сотрудничества. Совет объединяет представителей правительственных, научных и деловых кругов и может служить хорошим инструментом для разработки и реализации совместных проектов. Кроме того, Мексика и Чили как члены Ассоциации азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) заняли нейтральную позицию при вступлении России в эту организацию свободной торговли и инвестиций.
Для России большая возможность сотрудничества открывается в сфере высоких технологий: в Латинской Америке есть немало покупателей российских технологий, и особенно из сферы ВПК, в частности вооружений. Можно полагать, что именно это встретит наибольшее сопротивление со стороны США. Но южноамериканцы хорошо подстраховали эту программу. Закупки военных технологий финансирует Межамериканский банк развития (МАБР) — второй по величине международный банк с уставным капиталом 34 млрд долл. Он спонсирует ассоциацию «Программа Боливар», занимающуюся покупкой тонких технологий.
Военная техника — одна из немногих на сегодняшний день высококонкурентоспособных статей российского экспорта. Спрос на нее в регионе, особенно в Бразилии, Перу, Колумбии, Венесуэле, очень велик. Армии этих стран активно реформируются, технически переоснащаются. Значит, это начало цепной реакции, стимул для военных реформ в других странах континента. Так, карабин «Сайга-12С ЭХР-01» и автоматы Калашникова покупаются в Бразилии, Чили, Венесуэле, Доминиканской Республике. Карабин «Сайга» не имеет аналогов в мире. Приобрести его хотят не только эти страны, но и Франция, Швеция, Германия.
Пока же объем торговли РФ со странами Латинской Америки сравнительно невелик — около 1% общего внешнеторгового оборота. Наибольший удельный вес приходится на торговлю с Кубой. В российско-кубинских отношениях сейчас преобладает прагматическое начало. Гавана больше учитывает геополитические интересы России, чем Москва кубинские. Тем не менее поддержка Россией Кубы в перспективе дает большой шанс приема Острова Свободы в НАФТА. Два других члена этой Ассоциации — Канада и Мексика — занимают первое и второе места по объему инвестиций в экономику Кубы. Таким образом, Куба может рассматриваться Россией как надежный торговый партнер с большими возможностями и как мост (ворота) на север и юг западного полушария.
Xорошие перспективы укрепления всесторонних связей имеются у России с Мексикой, особенно в области газовой и горнодобывающей промышленности, энергетики и транспорта, в аэрокосмической сфере. Таким образом, объем внешней торговли России с государствами Латинской Америки может составить 7—10% российского экспорта.
Несмотря на противодействие США, авторитет и влияние России в Латинской Америке с конца XX в. постоянно растет. Подтверждением тому может служить Всемирный конгресс латиноаме- риканистов и карибологов (ФИЕАЛК), который впервые за последние 23 года прошел в Москве в конце июня 2001 г. На него приехало рекордное число участников — около 1,5 тыс. человек из 53 стран. В рамках конгресса прошел Деловой форум Россия — Латинская Америка, в котором приняли участие около 200 бизнесменов из России и примерно 100 — из Латинской Америки. На Деловом форуме констатировалось, что торговый потенциал у России и стран Латинской Америки есть.
Поддерживает торговые отношения с эквадорскими и колумбийскими фирмами такое крупное российское объединение, как «Автоваз», Владимирский тракторный завод поставляет детали для сборки в Венесуэлу. Но для улучшения отношений необходимо наладить прямые контакты — через Тихий океан, а не через Атлантику, как это делается сейчас. Наиболее перспективными странами в налаживании прямых торгово-экономических связей являются: Бразилия, Чили, Перу, Венесуэла, Боливия, Аргентина и Мексика. Сейчас Чили — страна со стабильно развивающейся экономикой, имеющей такие ключевые отрасли, как горнорудная, сельскохозяйственная и рыболовная. Перу заинтересована в развитии судоходства, рыболовства и горнорудной промышленности. Крупнейшим партнером России в Тихоокеанском бассейне в перспективе может стать Мексика. Она готова к сотрудничеству в нефтяной, газовой промышленности и сельском хозяйстве.
В последние годы набирает силу в странах Латинской Америки движение против военного присутствия США в регионе.
Нетрудно догадаться, что первым в Латинской Америке, не считая Кубу, порвала все военные связи с США Венесуэла. Вначале венесуэльское правительство удалило из страны американскую военную миссию, затем Каракас покинули представители управления по борьбе с наркотиками США, которых венесуэльские власти обвинили, в частности, в шпионаже. А недавно по этой же причине была прекращена деятельность на территории Венесуэлы организации «Нуэвас Трибус» («Новые племена»), состоящей в основном из евангелических групп Соединенных Штатов. Под личиной миссионеров, заявил президент страны Уго Чавес, в «Нуэвас Трибус» действовали агенты ЦРУ, занимавшиеся сбором информации в зоне реки Ориноко, где находятся крупные залежи не только жидких углеводородов, но и урана. При этом, как выяснилось, самолеты, которые обеспечивали организацию, прилетали извне и не проходили никакого таможенного контроля.
Убедительным подтверждением подрывной деятельности против руководства Венесуэлы со стороны ЦРУ, госдепартамента и других американских ведомств стала и книга «Кодекс Чавеса», презентация которой состоялась в Каракасе. Выступивший на ней вице-президент Венесуэлы Хосе Висенте Ранхель заявил, что проведенное автором книги американским адвокатом венесуэльского происхождения Эвой Голинджер расследование, в ходе которого она получила доступ к четырем тысячам документов, свидетельствует об участии Соединенных Штатов в попытке государственного переворота в апреле 2002 г., финансировании всеобщей политической забастовки и парализации нефтяной промышленности страны в декабре 2002-го — феврале 2003 г. «Книга Эвы Голинджер позволила нам выяснить все детали заговора против Венесуэлы, осуществляемого администрацией США в последние годы», — отметил вице-президент Ранхель. По его словам, внутренняя венесуэльская оппозиция не представляет собой никакой политической силы без финансовой и иной поддержки Соединенных Штатов, что было доказано во время попытки переворота, всеобщей забастовки, подготовки к референдуму по вопросу о пребывании у власти президента Чавеса. Однако не только Венесуэла очищает свою страну от американского военного присутствия. Сокращается оно и в Боливии. Особенно это стало заметно после прихода к власти в январе 2006 г. левого президента Эво Моралеса, ориентирующегося на сотрудничество, в том числе военное, с Венесуэлой. Судя по всему, с приходом к власти в Эквадоре в январе 2007 г. левоориентированного правительства президента Рафаэля Корреа похоронены надежды США сохранить свое военное присутствие на эквадорской базе Манта. Она используется американскими военными для электронного контроля над наркотрафиком. Соглашение же о действии базы прекращается в ноябре 2009 г.
Решение о непродлении соглашения по эксплуатации военными США базы Манта было принято еще до прихода к власти правительства Рафаэля Корреа, оно лишь подтвердило его. И опять американцы вынуждены искать альтернативные варианты. Этим, в частности, занимался первый заместитель госсекретаря США Джон Негропонте, имеющий большой опыт не только дипломатической, но и разведывательной деятельности. Недавно он совершил поездку по ряду стран Латинской Америки. Судя по итогам визита Негропонте в Кито, эквадорские власти сохраняют твердость в отношении того, что после ноября 2009 г. ни один американский военнослужащий не останется на Манте. Ни с чем высокопоставленный американский представитель вынужден был покинуть Колумбию, Перу и Панаму. Эти страны также не намерены размещать на своих территориях подобные американские военные объекты.
Более того, в ходе последнего визита в панамскую столицу Негропонте признал, что между США и Панамой существуют разногласия относительно очистки полигонов, используемых Соединенными Штатами в течение 85 лет в этой стране и до сих пор не приведенных в порядок в плане обеззараживания. «Обе стороны согласны в том, что такие разногласия имеются, однако они могут быть разрешены в контексте существующих между ними дружественных отношений», — заявил Негропонте, отметив, что «ни в коей мере эти разногласия не могут подорвать наши двусторонние отношения». Как известно, на 10 военных базах в зоне Панамского канала США в течение десятилетий содержали свыше 15 тыс. военнослужащих. На многочисленных полигонах они устраивали стрельбища, следы которого до сих пор не уничтожены, что серьезно беспокоит панамскую общественность.
В этой связи нельзя не обратить внимания на состоявшийся весной 2007 г. в Буэнос-Айресе Международный суд по этике, созданный по инициативе крупнейших правозащитных организаций Чили, Перу, Уругвая, Эквадора, Парагвая, Бразилии, Аргентины, Гаити и Никарагуа, США. Он рассматривал вопросы военного присутствия в странах Латинской Америки и Карибского бассейна. В ходе выступлений на суде отмечалось, что США хотели бы значительно увеличить свое военное присутствие в регионе. Об этом говорит тот факт, что к уже имеющимся здесь 15 военным базам Вашингтон планирует открыть дополнительно еще три. В частности, речь идет о создании крупных военных объектов на никарагуанском острове Грасиас а Дьос, эквадорском острове Балтра, а также пригороде бразильского города Манаос. Кроме того, рассматривается возможность строительства стратегической военной базы НАТО на Фолклендских (Мальвинских) островах. Особенно интенсивно в этом плане Пентагон стремится использовать Парагвай. Начиная с 2002 г. на территории этой южноамериканской страны прошли 46 совместных военных учений, в том числе на стыке трех границ: Парагвая, Аргентины и Бразилии. Вынашивает Пентагон и планы создания под предлогом борьбы с наркотрафиком так называемых Сил быстрого реагирования в составе союзников Вашингтона.
«Проводимая США интервенционистская политика направлена на усиление военного присутствия в регионе и представляет угрозу для суверенитета латиноамериканских стран», — говорится в решении суда. И подчеркивается, что политика военной экспансии скрывается от ООН и мировой общественности и ведется при полном пренебрежении к суверенитету стран Латинской Америки и Карибского бассейна, в нарушение элементарных норм международного права и прав человека.
Сотрудничество России со странами Латинской Америки может стать гораздо шире, вобрав в себя вопросы культуры, экологии, образования, науки и т.д. Проблема налаживания такого сотрудничества приобретает особую актуальность, что доказали встречи в рамках АТЭС в Мехико и Сантьяго. Кроме того, как говорилось ранее, многие страны континента повернули влево, выйдя из-под влияния США, поэтому укрепление связей с Россией для них — объективная необходимость.
Итак, очевидно, что геополитические контакты России с южноамериканскими странами идут «вглубь», переходят на уровень регионов. Тем не менее большая роль в реализации проекта усиления связей с латиноамериканскими государствами принадлежит государственным органам, которые, исходя прежде всего из геостратегических интересов России, должны подготовить федеральную программу развития связей с этим континентом. Тогда нынешние ростки сотрудничества дадут в ХХІ в. весомые плоды: не позволят США и их сателлитам сохранить и укрепить нынешний монополярный мир.
Контрольные вопросы
1. Охарактеризуйте геополитический порядок в регионе Ближнего и Среднего Востока, сложившийся к началу ХХІ в.
2. Почему обострились противоречия между континентально-исламским Ираном, атлантистской Турцией, Саудовской Аравией с ее ваххабитским вариантом ислама и отличающимся этнической пестротой Афганистаном?
3. Какова роль Пакистана и США в раскладе геополитических сил в регионе?
4. Каково геополитическое будущее России в регионе?
5. В чем выражается геостратегический интерес США и НАТО в Африке?
6. Советское и российское сотрудничество со странами африканского континента.
7. Какие глобальные экономические, политические и социальные проблемы характерны для африканских стран в XXI в.?
8. Каковы взаимоотношения между Евросоюзом и Африканским союзом?
9. Как США претворили в жизнь доктрину Монро в отношении стран Латинской Америки?
10. Какие процессы характеризуют изменения в геополитическом положении стран Латинской Америки в начале ХХІ в.?
11. Каковы взаимоотношения между Россией и странами Латинской Америки (Бразилией, Венесуэлой, Аргентиной)?
12. Какие процессы характеризуют движение стран Латинской Америки против военного присутствия США в регионе?
|
