К числу центральных, системообразующих понятий банковско­го права относится понятие «кредит». Категориальное значение этого понятия обусловлено следующими факторами.

Во-первых, кредит и кредитование имеют особую значимость для нормального экономического развития государства как само­стоятельного (суверенного) субъекта международного права.

На особую значимость для государства развития кредитования и кредита (в особенности такого его неотъемлемого условия, как проценты) справедливо указывалось в литературе. В частности, от­мечалось, что по римским законам XII таблиц проценты не должны были превышать ¹/2 части капитала в год, т.е. 8/з%, а те ростовщи­ки, которые взимали больше этого, должны были вернуть вчетверо больше излишне взятого, т.е. подвергались каре более серьезной, чем воры. Вся дальнейшая история процентов — это непрерывный рад колебаний то в одну, то в другую сторону, причем на эти коле­бания оказывает огромное влияние общее состояние экономичес­ких условий: их ухудшение, развитие пролетаризации и задолжен­ности заставляет законодателя обращаться к разным грозным мерам, а в их ряду наиболее простыми и доступными казались меры против процентов. В этом отношении особенно критическим пе­риодом был в римской истории IV век до н.э. Под влиянием общих экономических неурядиц и вызванных ими народных волнений сначала был понижен установленный законами XII таблиц макси­иуМ наполовину (до 4^]/б), а затем проценты и вовсе запрещаются. Вместе с тем правительство прибегает к другим героическим мерам, вроде мораториев, принудительного сокращения долгов и т.д. Од­нако все эти меры оказываются бессильными в борьбе с надвигав­шимся экономическим кризисом, приведшим римскую республи­ку в конце концов к полному краху¹.

Хотя эти мысли были высказаны в 1917 г. и характеризуют Древний Рим, но создается впечатление, что все это непосредст­венно относится к современному этапу развития российской фи­нансово-кредитной системы и соответствующим действиям Пра­вительства РФ.

Во-вторых, понятие «кредит» оказывает системообразующее воздействие на банковское право, что выражается в образовании на основании этой категории ряда других правовых понятий, широко используемых в нормативно-правовом регулировании кредитно-банковской сферы. Это проявляется на филологическом уровне — в том смысле, что термин «кредит» присутствует в качестве корня в других словах-понятиях и несет основную смысловую нагрузку, позволяющую безошибочно определить отраслевую принадлеж­ность конкретного понятия (например, «кредитная организация», «небанковская кредитная организация», «кредитование», «кредит­ные отношения» и т.д.). Понятие «кредит» является средством выражения объекта правового регулирования и определяет юридичес­кое содержание конкретных правовых норм.

В-третьих, понятие «кредит» выполняет по отношению к бан­ковскому праву (как области знания) функцию, сходную с фило­софскими категориями, представляющими собой предельно общие, фундаментальные понятия, отражающие наиболее сущест­венные, закономерные связи и отношения реальной действитель­ности и познания. Будучи формами и устойчивыми организующи­ми принципами процесса мышления, категории воспроизводят свойства и отношения бытия и познания во всеобщей и наиболее концентрированной форме¹.

Несмотря на то что категория «кредит» неоднократно употребляется в тексте множества законодательных актов различных отраслей российского права, юриди­ческого определения этого понятия, адекватно отражающего его правовую природу, до настоящего времени не существует (см., напр., ст. 358,488,489,733,819,821, 822, 823, 850, 914 и др. ГК РФ; ст. 176 УК РФ; ст. 33 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» в ред. от 31 июля 1998 г.; ст. 45 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» в ред. от 31 июля 1998 г.; п. 4 ст. 4 Федерального закона от 26 ноября 1996 г. «Об обеспечении консти­туционных прав граждан Российской Федерации избирать и быть избранными в органы местного самоуправления»²; приложении 2 к Федеральному закону от 15 ав­густа 1996 г. «О бюджетной классификации Российской Федерации»³; п. 1 ст. 29 Федерального закона от 15 июня 1996 г. «О товариществах собственников жилья»⁴; ст. 51 Федерального закона от 21 июня 1995 г. «О выборах депутатов Государствен­ной Думы Федерального Собрания Российской Федерации»⁵; ст. 44 Федерального закона от 17 мая 1995 г. «О выборах Президента Российской Федерациии»⁶; п. 18 ст. 13 Федерального закона от 29 декабря 1994 г. «О государственном материальном резерве»⁷; Федеральном законе от 26 декабря 1994 г. «О государственных внешних заимствованиях Российской Федерации и государственных кредитах, предоставля­емых Российской Федерацией иностранным государствам, их юридическим лицам и международным организациям»⁸; ст. 6 Закона РФ от 22 декабря 1992 г. «О внесе­нии изменений и дополнений в отдельные законы Российской Федерации о нало­гах»⁹; п. 1 ст. 53 Закона РФ от 29 мая 1992 г. «О залоге»¹⁰; п. 4 ст. 24 Закона РФ от 7 июля 1992 г. «О защите прав потребителей»¹¹; Закон РФ от 20 декабря 1991 г. «Об инвестиционном налоговом кредите»¹- п. 9 ст. 4 Закона РФ от 21 декабря 1991 г. «О подоходном налоге с предприятий»2 и др.).

В литературе встречается много различных определений поня­тия «кредит», но все они имеют общий недостаток: они могут быть использованы в повседневной деятельности юриста-практика с су­щественными оговорками и допущениями, что создает значитель­ные трудности в работе правоприменительных органов.

Взгляды по поводу сущности кредита условно можно разделить на несколько групп.

Первая группа авторов рассматривает кредит как предоставле­ние товаров и денег в долг на условиях возвратности³, определяя его как «стоимостную экономическую категорию и неотъемле­мый элемент товарно-денежных отношений»⁴. В других источ­никах отмечается, что кредит — это предоставление денег или товаров в долг на определенный срок на условиях возмездности и возвратности⁵.

Таким образом, в приведенных определениях кредит — это предоставление денег или товаров, т.е. определенное действие либо операция.

Вторая группа, авторов, представленная в основном теоретика­ми экономической науки, дает по сути верные определения, ко­торые, однако, менее всего могут быть использованы в юридичес­кой практике.

Так, утверждается, что кредит — это либо форма движения ссуд­ного капитала, либо одна из форм его движения6. Причем ссудный капитал рассматривается как совокупность денежных средств, передаваемых на возвратной основе во временное пользование за плату в виде процента⁷. Подобная точка зрения поддерживается и другими авторами, которые говорят, что кредит представляет собой движение ссудного капитала, осуществляемое на началах срочнос­ти, возвратности и платности⁸.

Следовательно, в указанных дефинициях кредит — это движе­ние капитала либо форма его движения.

Несколько иначе определяется кредит представителями третьей группы ученых, которые считают, что кредит — это, во-первых, ссуда в денежной или товарной форме на условиях воз­вратности и обычно с уплатой процента, выражающая экономи­ческие отношения между кредитором и должником¹, во-вто­рых, — это сделка между экономическими партнерами, прини­мающая форму ссуды, т.е. предоставление имущества или денег другому лицу (частному или юридическому) в собственность на условиях отсрочки возврата эквивалентной стоимости и, как пра­вило, с уплатой процента².

Таким образом, по мнению представителей третьей группы, кредит — это сделка с деньгами или товарами.

Четвертая группа авторов определяет кредит как денежные сред­ства либо имущество, предоставляемые одной стороной (кредито­ром) другой стороне (заемщику) в размере и на условиях, преду­смотренных договором³.

Согласно точке зрения пятой группы авторов государственный кредит это урегулированная нормами финансового права деятель­ность государства, направленная на получение в кредит, т.е. взаймы, денег от юридических лиц и граждан, а также других государств на условиях возвратности, срочности, возмездное и добровольности⁴.

Следовательно, кредит в данном случае рассматривается как деятельность определенного вида.

С некоторыми оговорками можно сказать, что данный взгляд на существо кредита примыкает кдгочке зрения представителей первой группы авторов, так как основным юридическим отличием дейст­вий (операций) от деятельности яйляется систематичность, в том смысле, что систематическое осуществление соответствующих дей­ствий представляет собой деятельность определенного вида.

Шестая группа авторов имеет отличный от ранее изложенных взгляд на рассматриваемый вопрос. Они считают, что государст­венный кредит — это урегулированные правовыми нормами отношения по аккумуляции государством временно свободных денеж­ных средств юридических и физических лиц¹. В другом источнике указывается, что государственный кредит — совокупность эконо­мических отношений между государством и юридическими и физи­ческими лицами, при которых государство выступает преимущест­венно в качестве заемщика, а также кредитора и гаранта².

Указанные мнения базируются на высказывавшейся в совет­ский период точке зрения, согласно которой государственным кре­дитом называются отношения^*, а банковский кредит представляет собой экономические отношения^*.

Таким образом, данная группа авторов предполагает, что кре­дит — это отношения.

Точка зрения седьмой группы авторов довольно близко примы­кает к взглядам шестой группы. Они рассматривают кредит как доверенность, существующую между заимодавцем и занимателем, из коих последний по общему вольному согласию обоих приобре­тает право за условленную плату и на известное время употреблять имущество или капиталы первого для собственных своих видов⁵ или как акт доверия, представляющий собой обмен двумя платежа­ми, отдаленными друг от друга во времени; имущество или средства платежа, предоставляемые в обмен на обещание или перспективу их возврата или возмещения⁶.

Следовательно, здесь кредит рассматривается как доверие (акт доверия), оказываемое кредитором заемщику, что можно считать известной конкретизацией точки зрения, согласно которой кре­дит — это отношение.

Итак, одни определяют кредит как действие, вторые — как дви­жение, третьи — как сделку, четвертые кредит интерпретируют как денежные средства либо имущество, пятые — как деятельность, шестые — как отношения, седьмые — как доверие.

Не добавляет ясности в рассматриваемый вопрос и ГК РФ, § 2 гл. 42 которого носит название «Кредит», но необходимого нормативного определения не содержит, а лишь ограничивается форму­лировками, раскрывающими содержание соответствующих дого­воров, что все же позволяет сделать определенные выводы.

Более всего «страдают» от отсутствия нормативного определе­ния понятия «кредит» юристы-практики, которым приходится, в частности, применять УК РФ, ст. 176 которого предусматривает уголовную ответственность за незаконное получение кредита. Оп­ределение этого понятия, разумеется, «не входит в компетен­цию» уголовного права. Оно может лишь воспринять определе­ние из другой отрасли права. При этом, чтобы такое определение было пригодным для правоприменения, оно должно быть сфор­мулировано в рамках той отрасли права, неотъемлемой частью предмета которой являются отношения, складывающиеся по по­воду кредита и(или) в процессе кредитования. Следовательно, предложить необходимое определение должно и может только бан­ковское право.

В связи с тем что новый Уголовный кодекс РФ вступил в силу с 1 января 1997 г., его толкователи вынуждены предложить хоть какое-то объяснение положениям ст. 176 «Незаконное получение кредита» и ст. 173, в тексте которой также употреблена дефиниция «получение кредита». Однако в нынешних условиях комментато­рам УК РФ единой точки зрения по вопросу о юридической сущ­ности кредита выработать не удалось. При этом почти никто из них не оспаривает положения о том, что кредит — это нечто, что можно выдавать и получать.

Так, В.Е. Мельникова и В.В. Волженкин под кредитом понимав ют только денежные средства¹, т.е. то, что в научной литературе обычно именуется банковским кредитом².

Н.Н. Афанасьев отмечает, что «предмет преступления — кредит (кредитный договор) представляет собой один из видов финансо­вых операций, по которому в соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуется предоста­вить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить по­лученную денежную сумму и уплатить проценты на нее»¹.

В этом определении, во-первых, смешиваются понятия «кре­дит» и «кредитный договор», во-вторых, полученное «смешанное» понятие определяется как один из видов финансовых операций. В результате не понятно, что в данном случае понимается под кре­дитом — действие (операция) или сделка (договор).

Не вполне понятна и точка зрения А.Э. Жалинского, который, с одной стороны, отмечает, что «кредитом являются денежные средства, предоставленные банком или иной кредитной организа­цией (кредитором) по кредитному договору заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором. По этому договору заем­щик обязуется возвратить полученную денежную сумму с процен­тами (п. 1 ст. 819 ГК РФ)», т.е. под кредитом здесь также понимает­ся только банковский кредит. Но, с другой стороны, непосредст­венно вслед за приведенным определением идет следующее поло­жение: «Закон регламентирует товарный кредит, под которым по­нимается договор, предусматривающий обязанность одной сторо­ны предоставить другой вещи, определенные родовыми признака­ми (ст. 822 ГК РФ), и коммерческий кредит, в том числе в виде аванса, предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки оплаты то­варов, работ или услуг, предусмотренных договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой стороне де­нежных сумм или других вещей, определенных родовыми призна­ками (ст. 823 ГК РФ)»².

Подобный способ изложения материала представляется не вполне удачным, так как:

во-первых, остается неясным вопрос, включает ли автор товар­ный и коммерческий кредит в общее понятие кредита, т.е. кредит — это только деньги или еще и вещи, определенные родовыми при­знаками;

во-вторых, не представляется нам корректной и формулировка: «закон регламентирует товарный кредит, под которым понимается договор ...», так как в соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей, т.е., строго говоря, кредит является предметом договора, но никак не самим договором.

Таким образом, разночтения при толковании ст. 176 УК РФ возникают по вопросу о том, что именно может быть предметом кредита. Как мы видели, большинство, авторов считают, что предметом кредита могут быть исключительно денежные средст­ва. Однако ценно уже то, что практически никто из них не оспа­ривает того положения, что кредит — это нечто, что можно по­лучатъ и, соответственно, выдавать. Это и понятно, так как при­влечение к уголовной ответственности за незаконное получение «движения» или «отношения» либо «деятельности» просто невоз­можно.

Подводя итог обзору различных точек зрения на существо кре­дита, следует отметить, что им всем присущ один и тот же недоста­ток, который М.Ф. Орлов охарактеризовал следующим образом: «Что сие доказывает, ежели не то, что правила кредитной науки не имеют еще твердого рационального основания, что всякий каби­нетный мыслитель, всякий государственный человек, увлеченный обстоятельствами, блуждающим общемыслием или собственными своими предрассудками, видит кредит не в целости его сущности, но в отдельных частях и выводит из оных теорию местную, а не общую, согласную с выгодами временными, а не с вечными опре­делениями рассудка и истины?»¹

Говоря современным языком, недостатком, присущим приве­денным выше определениям, является односторонняя интерпре­тация рассматриваемого понятия. Авторы приведенных опреде­лений вырывают из многозначного, многопланового, имеющего несколько смысловых пластов понятия, каким является кредит, отдельные особенности, характеризующие его объем или содер­жание, абсолютизируют их, недооценивая при этом роль осталь­ных существенных особенностей, которые, однако, не менее важны.

На наш взгляд, все особенности и черты понятия «кредит» сле­дует рассматривать комплексно, в их взаимосвязи и взаимообу­словленности, как некое диалектическое единство. В противном случае данное понятие теряет свой категориальный и системообра­зующий характер и его определение носит несколько метафизичес­кий характер.

Изложенный выше постулат об однозначности и строгой опре­деленности юридической терминологии предполагает выявление некой точки отсчета, от которой следует начинать конструирова­ние необходимого определения, так как в данном случае неулови­мое на уровне обыденного сознания различие в формулировках (например: «кредит — это движение денег» или «кредит — это дви­жущиеся деньги») имеет решающее значение.

Необходимая и достаточная информация для поиска такой точки отсчета содержится в различных законодательных актах, где употреблено понятие «кредит». Анализ этих положений позволяет сделать следующие выводы.

1. Сопоставление положений ст. 819, 822 и 823 ГК РФ с назва­ниями § 2 и 3 гл. 42 ГК РФ приводит к выводу, что категория «кре­дит» включает в себя три понятия: кредит (банковский кредит), товарный кредит, коммерческий кредит.

2.   Дефиниция ст. 819 ГК РФ «по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить
денежные средства (кредит)», включающая в себя термин «кредит», употребленный в скобках непосредственно после понятия «денеж­ные средства», позволяет сделать вывод, что под банковским кре­дитом законодатель в ст. 819 понимает исключительно денежные средства.

3.   Дефиниция ст. 822 ГК РФ «договор, предусматривающий обязанность одной стороны предоставить другой стороне вещи, определенные родовыми признаками (договор товарного кредита)» позволяет прийти к выводу, что под товарным кредитом законода­тель понимает вещи, определенные родовыми признаками.

4.   Дефиниция ст. 823 ГК РФ «договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой стороне денежных сумм или других вещей, определяемых родовыми признаками, может предусматриваться предоставление кредита, в том числе в виде аванса, предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки опла­ты ... (коммерческий кредит)» указывает на то, что:

во-первых, под коммерческим кредитом законодатель понима­ет денежные суммы или другие вещи, определяемые родовыми признаками;

во-вторых, по объему понятие «коммерческий кредит» включа­ет в себя множество, состоящее из нескольких понятий: коммер­ческий кредит в виде аванса, коммерческий кредит в виде предва­рительной оплаты, коммерческий кредит в виде отсрочки оплаты, коммерческий кредит в виде рассрочки оплаты;

в-третьих, если один из элементов множества, исчерпывающе охватывающего объем какого-либо понятия, обоснованно облада­ет каким-либо специфическим признаком, характеризующим со­держание рассматриваемого понятия, то этим специфическим признаком обладают и все остальные элементы данного множест­ва. Следовательно, если договор коммерческого кредита преду­сматривает переход права собственности на передаваемые деньги или вещи, определяемые родовыми признаками, от кредитора за­емщику, то и кредитный договор, а также договор товарного кре­дита предусматривают переход права собственности от кредитора заемщику.

Данный вывод подтверждается и положением п. 2 ст. 819 ГК РФ, согласно которому к отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные § 1 гл. 42, если иное не предусмотрено правилами настоящего § 2 и не вытекает из сущест­ва кредитного договора. При этом в § 1 гл. 42 (ст. 807) однозначно указано, что по договору займа одна сторона передает в собствен­ность другой стороне деньги или другие вещи, определенные родо­выми признаками. Таким образом, одной из специфических черт, характеризующих содержание кредита, является переход права собственности от кредитора заемщику.

5. Анализ положений п. 1 и 5 ст. 358 ГК РФ «Залог вещей в лом­барде», а также ч. 1 ст. 53 Закона РФ «О залоге» позволяет сделать определенные выводы.

Пункт 1 ст. 358 содержит дефиницию «принятие от граждан в залог движимого имущества ... в обеспечение краткосрочных кре­дитов может осуществляться в качестве предпринимательской дея­тельности...». Это означает, что понятия «деятельность» и «кредит» взаимосвязаны таким образом, что совершение каких-либо систе­матических действий (операций) с кредитом представляет собой один из видов предпринимательской деятельности. Следователь­но, кредит является объектом деятельности.

Данный вывод дополнительно подтверждается следующей де­финицией п. 1 ст. 53 Закона РФ «О залоге»: «если залогодержате­лем является ломбард или иной предприниматель, для которого предоставление кредитов под заклад имущества является предме­том его деятельности...». Отсюда следует, что если предоставление кредитов — предмет деятельности, то кредит — ее объект.

В п. 5 ст. 358 ГК РФ говорится о «сумме кредита». Это означает, что понятие «кредит» содержит в себе некую делимую субстанцию, имеющую свойство отображать общее и единое в вещах и явлениях, характеризуя их с точки зрения относительного безразличия к кон­кретному содержанию и качественной природе¹. Проще говоря, кредит включает в себя некие элементы, которые можно прибав­лять, вычитать, иными словами, производить с ними некоторые вычисления.

Следовательно, понятие «кредит» обладает некими количест­венными характеристиками. При этом эти количественные пока­затели не столько характеризуют кредит с внешней его стороны (один кредит, два кредита и т.д.), сколько внутренне присущи рас­сматриваемому понятию и являются одной из особенностей, ха­рактеризующих его внутреннее содержание. Таким образом, внут­ренняя дискретность — одна из специфических содержательных характеристик кредита.

Сумма кредита не может быть отношением, так как такое слож­ное социальное явление, как отношение между субъектами права, довольно трудно подвергается исследованию с помощью количест­венных методов.

Отношение можно охарактеризовать количественно только с внешней стороны (одно отношение, два отношения и т.д.), с внут­ренней же стороны оно характеризуется не количественно, а каче­ственно (сильное, слабое, устойчивое, добровольное и т.д.), либо по продолжительности (короткое, долгое, длящееся и т.д.). Поэто­му свойством внутренней дискретности отношение не обладает, т.е. его невозможно расчленить на некие равные друг другу элемен­ты, пригодные для математических операций.

В то же время, если рассматривать кредит как деньги или опре­деленные родовыми признаками вещи, по поводу которых возни­кают соответствующие отношения, то подобные затруднения сразу же исчезают.

При этом нельзя оспаривать тот факт, что понятие «кредит» включает в себя, в частности, отношения между соответствующими субъектами. Появление в русском языке слова «кредит» связано с латинскими: — ссуда, долг; — верить. Иходя из этого в современных словарях, которые значение слова раскрыва­ют в кратком определении, достаточном для самого слова и его употребления в современной речи, рассматриваемое понятие трак­туется и как доверие либо авторитет. Очевидно, что такое толкова­ние представляет кредит не чем иным, как отношением.

Однако, во-первых, составители словарей отмечают, что пони­мание кредита как доверия и авторитета — это либо переносное значение слова¹, либо книжное, т.е. в некоторой степени второсте­пенное, значение²;

во-вторых, в словарях понятие «кредит» обычно дается не в одном, а в нескольких значениях, причем толкование кредита в качестве доверия либо авторитета, т.е. как отношения, всегда рас­полагается далеко не на первом месте;

в-третьих, как указывают сами составители словарей, «от слова­ря нельзя требовать сведений для всестороннего знакомства с пред­метом»³;

в-четвертых, во всех словарях понятие «кредит» рассматривает­ся в нескольких значениях, а изложенный выше постулат об одно­значности и строгой определенности юридической терминологии не допускает этого.

Тем не менее в отдельных случаях (например, в учебных целях) кредит можно и нужно рассматривать как отношение, абстрагиру­ясь от других его существенных черт.

Однако, с формально-логической точки зрения, из двух ниже­следующих утверждений: «кредит — это отношение по поводу де­нежных средств или вещей, определенных родовыми признаками» и «кредит — это денежные средства или вещи, определенные родо­выми признаками, по поводу которых возникают соответствующие (кредитные) отношения», вернее второе.

6. Выводы об объеме понятия «кредит» позволяют проанализи­ровать диспозицию ст. 176 УК РФ «Незаконное получение креди­та», которая содержит следующую дефиницию: «получение ... кре­дита ... путем предоставления банку или иному кредитору заведомо ложных сведений...».

В данном случае необходимо обратить внимание на субъектный состав потерпевшей стороны. Употребление законодателем фор­мулы «банку или иному кредитору» подтверждает вышеизложен­ный вывод об объеме понятия «кредит». Если бы в данной статье под кредитом понимался только банковский кредит, то была бы употреблена формула «банку или иной кредитной организации», так как в соответствии со ст. 819 ГК РФ только эти субъекты явля­ются обязательной стороной кредитного договора. Между тем употребление законодателем в тексте статьи слов «иному кредито­ру» вместо «иной кредитной организации» свидетельствует о том, что законодатель стремится расширить субъектный состав объек­тов уголовно-правовой защиты, к которым, следовательно, отно­сятся не только кредитные организации, но и любые лица, предо­ставляющие кредиты (в том числе товарный и коммерческий), так как кредитором именуется сторона, предоставившая кредит, не только в кредитном договоре, но и в договорах товарного и коммер­ческого кредита¹. Следовательно, в ст. 176 УК РФ в объем понятия «кредит» законодатель включил не только банковский, но и товар­ный и коммерческий кредиты.

7. Определенные выводы о взаимосвязи кредита с конкретными действиями позволяют сделать дефиниции Федерального закона от 26 марта 1998 г. «О федеральном бюджете на 1998 год» в ред. от 29 декабря 1998 г.², где кредит рассматривается как некая сущность, с которой можно производить следующие манипуляции:

—предоставлять (ст. 4, 5, 6 и др.);

—получать (ст. 31);

—пользоваться (ст. 66);

—погашать (ст. 66);

—выдавать (ст. 72);

—взыскивать (ст. 72);

—возвращать (ст. 104) и т.п.

Следовательно, из двух утверждений: «кредит — это предостав­ление денежных средств или вещей, определенных родовыми при­знаками, одной стороной другой стороне» и «кредит — это денеж­ные средства или вещи, определенные родовыми признаками, предоставляемые (получаемые, выдаваемые и т.д.) одной стороной другой стороне», логичнее второе.

Сущность понятия «кредит» отчетливо проявляется и на чисто лингвистическом уровне. Если кредит — это деятельность или дей­ствие (операции), то что тогда означает термин «кредитование», законодательно закрепленный в п. 6 ст. 358 ГК РФ, п. 8 ст. 22 Федерального закона от 26 февраля 1997 г. «О федеральном бюджете на 1997 год» в ред. от 9 января 1998 г.¹, ст. 26,44,66,75 Федерального закона от 26 марта 1998 г. «О федеральном бюджете на 1998 год» в ред. от 29 декабря 1998 г. и других законах? Даже на уровне обыден­ного словоупотребления, а тем более в юридическом языке под кре­дитованием понимается деятельность либо действия (операции), связанные с предоставлением (выдачей) кредитов.

8. Отдельные выводы о взаимосвязи понятий «кредит» и «сделка (договор)» позволяют сделать положения ст. 819, 822, 823 ГК РФ.
В соответствии с ними кредит может предоставляться только на основании соответствующего договора, который должен быть за­ключен в письменной форме, несоблюдение которой влечет недей­ствительность сделки.

Таким образом, термин «кредит», имея в себе несколько смысло­вых уровней, подразумевает и заключение договора в письменной форме. При этом из двух утверждений: «кредит — это договор» и «кредит — это предмет договора», более правильным будет второе.

9. Необходимо рассмотреть взаимосвязь и взаимообусловлен­ность понятий «кредит» и «движение». Движение является одной из существенных (сущностных) характеристик кредита, так как специфика и сущность кредита наиболее отчетливо проявляются именно в движении, т.е. в процессе передачи его от кредитора за­емщику и обратно.

Более того, кредит немыслим вне движения в связи с тем, что, во-первых, процедура его передачи от кредитора заемщику всегда отделена по времени от возвращения кредита и выплаты процен­тов, а во-вторых, потребительская стоимость конкретного кредита зависит, в частности, от способности заемщика продуктивно вос­пользоваться соответствующим кредитом в смысле получения при­были, обеспечивающей возврат как самого кредита, так и процен­тов по нему.

При этом из двух утверждений: «кредит — это движение денеж­ных средств» и «кредит — это движущиеся денежные средства» вер­нее будет второе утверждение.

10. При формулировании определения понятия «кредит» необ­ходимо учитывать позицию М.Ф. Орлова, который указывал, что кредит есть наука, основанная не на одних отвлеченных умозрениях, но на правилах, извлеченных из законов природы. Везде и всег­да соблюдение кредитных правил сопровождается успехом, а их нарушение сопряжено с тяжелыми последствиями. Такое соответ­ствие между логикой науки и ее историей есть отличительная черта всех теорий, основанных на истине¹.

Таким образом, на основании изложенного можно предложить следующую дефиницию:

Кредит — это денежные средства или другие вещи, определенные родовыми признаками, передаваемые (либо предназначенные к переда­че) в процессе кредитования в собственность другой стороне в размере и на условиях, предусмотренных договором (кредитным, товарного или коммерческого кредита), в результате чего между сторонами возникают кредитные отношения².

Подобное понимание термина «кредит» в основном соответст­вует практике, сложившейся в государствах с развитыми финансо­во-кредитными системами: США³, Великобритании⁴, Франции⁵, Австрии⁶, Японии⁷ и других, а также в международном валютном праве⁸.

Уяснение правовой природы понятия «кредит» предполагает ответ на вопрос не только о том, что это такое, но и о том, каковы условия передачи (получения) соответствующих вещей. И в этом случае исчерпывающая информация содержится в статьях ГК (§ 2-3 гл. 42).

В научной литературе и практической деятельности термин «кредит» нередко используется как равнозначный терминам «ссуда» и «заем»¹, однако повседневные потребности правоприме­нительной деятельности говорят о настоятельной необходимости четкого разграничения этих понятий.

В чем же состоят различия между кредитом и ссудой'!

В ГК проведена четкая грань между договорами кредита и ссуды по предмету правового регулирования, что должно учитываться сторонами при заключении договоров. Согласно ст. 689 ГК РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сто­рона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвоз­мездное временное пользование другой стороне (ссудополучате­лю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоя­нии, обусловленном договором.

Следовательно, основные отличия кредита от ссуды заключают­ся в следующем.

1)    Если кредит — это деньги либо вещи, определенные родовы­ми признаками, т.е. заменимые вещи, то ссуда — это всегда неза­менимая вещь, т.е. та, которая выступает в гражданском обороте со своими индивидуальными признаками.

2)    Отличительной чертой кредита является егоу возмездность, т.е. кредитор имеет право на получение с заемщика процентов за
пользование кредитом, в то время как специфическая черта ссуды состоит в том, что по действующему гражданскому законодатель­ству ссуда характеризуется своей безвозмездностью, т.е. бесплат­ностью использования.

3)    В кредитном договоре, договоре товарного или коммерческо­го кредита всегда должна быть предусмотрена обязанность одной
сторонц передать вещи другой стороне на соответствующих усло­виях. В отличие от этого договор ссуды регламентирует поведение
ссудодателя не столь жестко, и Кодекс разрешает не предусматри­вать обязанности передачи вещи в тексте договора.

Различия между кредитом и займом не так очевидны, так как договоры кредита и займа оформляют единые по своей экономической природе отношения¹. Однако необходимо выделить строго определенный критерий, который в каждом конкретном случае по­зволит уяснить юридическую природу договора, т.е. понять, явля­ется ли предметом договора кредит либо заем, и, следовательно, правильно решать вопрос о юридических последствиях заключе­ния соответствующего договора, в том числе вопрос о том, подпа­дают ли деяния заемщика под действие ст. 176 УК РФ.

Существенным условием любого договора, предметом которого выступает кредит, является обязанность кредитора предоставить заемщику денежные средства или другие вещи, определенные ро­довыми признаками. Если такая обязанность кредитора в договоре не предусмотрена, но присутствуют все другие обязательные ус­ловия, то независимо от того, как стороны назовут подобный до­говор, он является договором займа, который регулируется ст. 807—818 ГК РФ и, следовательно, не подпадает под действие ст. 176 УК РФ.

В отличие от кредитного договора договор, в котором соответ­ствующие обязанности предусмотрены для обеих сторон (кредитор обязан предоставить денежные средства, а заемщик обязан возвра­тить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее), договор займа предусматривает возложение обязанности только на одну сторону (заемщик обязан возвратить заимодавцу такую же сумму денег, в то время как заимодавец передает, в собственность другой стороне деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, т.е. обязанности в данном случае нет). В этом смысле договор займа носит односторонний характер, в отличие от двусто­роннего кредитного договора.

Кредит, как межотраслевое правовое понятие, оказывает систе­мообразующее влияние на отрасль банковского права, объединяет общественные отношения, складывающиеся в процессе банков­ского кредитования, в единый комплекс, придает им известную однородность, во многом предопределяет наличие специфических предмета и метода правового регулирования, что позволяет гово­рить об относительной самостоятельности отрасли банковского права в системе российского права.