§ 1. Место и роль главы государства в государственном механизме зарубежных стран

Общая характеристика института главы государства

Институт главы государства является неотъемлемой составной частью механизма осуществления власти во всех современных го­сударствах. Главой государства принято называть официальное лицо (орган), занимающее, как правило, формально высшее мес­то в иерархии государственных институтов и осуществляющее вер­ховное представительство страны во внутриполитической жизни и в отношениях с другими государствами. Юридически санкциони­рованные исключения из этого правила встречаются крайне ред­ко (например, в законодательстве Ирана).

Во всех развитых демократических государствах осуществ­ление государственной власти основано на принципе разделения законодательной, исполнительной и судебной властей. Каждая ветвь власти отличается определенной самостоятельностью, и в то же время все они взаимодействуют между собой в процессе осуществления власти. Место, занимаемое главой государства в этой триаде, не всегда прослеживается достаточно ясно и отчет­ливо. В некоторых странах, например в США, на главу государ­ства возложено осуществление функции исполнительной власти. Однако в большинстве развитых государств глава государства этих функций не выполняет. Так, среди 15 государств — членов Евро­пейского Союза только в одной стране (Франция) глава государ­ства участвует в осуществлении исполнительной власти и в этом своем качестве входит в состав высшего руководящего органа ЕС — Европейский Совет. В этом случае вряд ли оправдано рассматри­вать главу государства как составную часть исполнительной ветви власти. Вопрос о правовом статусе главы государства должен ре­шаться каждый раз конкретно в зависимости от особенностей кон­ституционного строя, урегулированности положения главы госу­дарства действующей Конституцией, национальным законодатель­ством и практикой функционирования государственных институтов. Априорная оценка места и роли главы государства, его отнесение к той или иной ветви власти неоправданны. Здесь необходим конк­ретный анализ.

Конституционно-правовая доктрина многих стран рассматри­вает институт главы государства в качестве гаранта националь­ного единства,  обеспечивающего одновременно преемственность и стабильность государственной власти, взаимодействие раз­личных ее ветвей. В этих условиях ассоциирование главы госу­дарства с какой-либо одной ветвью власти может нарушить ба­ланс государственных властей, а следовательно исказить приме­нение самого принципа разделения властей.

Правовой статус главы государства и его реальная роль в процессе осуществления власти зависят от формы правления и характера политического режима. В странах, где глава государ­ства наделен одновременно широкой правительственной властью, он осуществляет реальное руководство государственными дела­ми, формулирует политический курс и обеспечивает его вопло­щение в жизнь. При парламентарных формах правления глава государства непосредственного участия в управлении государствен­ными делами не принимает. Однако и в этих странах он оказывает зачастую существенное влияния на политический процесс, а в случае возникновения кризисных или чрезвычайных ситуаций его активность и степень воздействия на другие государственные орга­ны могут заметно возрастать.

В современных зарубежных странах главой государства по общему правилу выступает либо выборный президент, либо на­следственный монарх. Весьма редко встречаются монархи, заме­щающие свой пост на основе выборов (например, в Малайзии и Объединенных Арабских Эмиратах). Коллегиальный глава госу­дарства почти исчез из конституционной практики (в какой-то мере таковым выступает Федеральный совет Швейцарии). В некоторых странах Латинской Америки, Азии и Африки лица, занимающие пост главы государства и именуемые президентами, не избира­лись, а были назначены военными кругами или иными политичес­кими группировками в результате государственных переговоров (пронунциаменто).

В значительной части развитых государств единоличным гла­вой государства остается монарх. Почти половина всех западно­европейских стран сохраняет монархическую форму правления (Великобритания, Бельгия, Нидерланды, Дания, Швеция, Нор­вегия и др., в 1947 г. реставрирована монархия в Испании). Свое­образен институт монархического главы государства в бывших доминионах (Канада, Австралия, Новая Зеландия и др.). Главой государства здесь формально является британский монарх, пред­ставленный генерал-губернатором, хотя условия назначения (из­брания) и объем полномочий последнего определяются нацио­нальным законодательством и зависят от расстановки полити­ческих сил в стране.

Преобладающая тенденция в освободившихся странах — от­каз от монархической формы правления и замена наследственно­го главы государства выборным президентом. По этому пути по­шло подавляющее большинство бывших британских доминионов в Азии и Африке (Индия, Пакистан, Шри Ланка, Кения, Нигерия и др.)- Ликвидированы монархии в Ливии, Южном Йемене, Эфиопии, Афганистане и других странах.

Вместе с тем институт монархического главы государства продолжает играть значительную роль во многих странах Востока. Для этих стран характерна активная роль монарха в руководстве и управлении делами государства. В его руках сосредоточена ис­полнительная власть. Он обладает большими полномочиями в за­конодательной и судебной областях. Таково, в частности, положе­ние главы государства в дуалистических монархиях (например, в Марокко, Иордании, Кувейте). Неограниченной властью распола­гает глава государства в абсолютной монархии. Иногда монарх яв­ляется не только светским, но и религиозным главой подданных (теократическая монархия в Саудовской Аравии).

Сохранение монарха в качестве единоличного главы государ­ства в ряде зарубежных стран отражает заинтересованность их правящих кругов в использовании института, который в наимень­шей степени подвержен влиянию конъюнктурных изменений в расстановке сил и формирование которого не связано с риском проведения выборов.

Несмотря на высокую степень приспособляемости, монархия в современном мире все больше утрачивает свои позиции. В стра­нах, в которых антифеодальные революции прошлого приобрета­ли наиболее радикальный характер, а также в странах, в кото­рых последующее общедемократическое или национально-осво­бодительное движение достигало большого подъема, институт наследственного монарха обычно уступал свое место институту выборного президента. В настоящее время выборный президент является главой государства в подавляющем большинстве зарубеж­ных стран (США, Франция, ФРГ, Италия, Португалия, Брази­лия, Мексика, Венесуэла, Индия, Шри Ланка и др. Институт еди­ноличного главы государства получил распространение в странах Восточной Европы и в странах СНГ).

Сохранение монарха в качестве единоличного главы государ­ства в значительной части стран мира обусловлено конкретно ис­торическими причинами. Очень важную роль в сохранении этого института единоличного и наследственного правления играют ис­торические традиции, особенности национальной культуры и национального правосознания. Речь в данном случае идет о при­верженности не столько определенной личности, нередко сама особа монарха может и не пользоваться большой популярностью, а о приверженности институту, который рассматривается как один из атрибутов национальной государственности. Немаловажную роль играет и то обстоятельство, что монарх нередко рассматривается общественным мнением как политически нейтральная фигура, сто­ящая выше столкновений различных политических сил или даже как своего рода арбитр при конфликтах между законодательной и исполнительной властями. Определенную заинтересованность в сохранении института монарха проявляет и политическая элита, особенно в тех случаях, когда это позволяет исключить риск по­литической борьбы и политических неожиданностей при замеще­нии института главы государства.

Вместе с тем преобладающей тенденцией в развитии инсти­тута главы государства остается сокращение числа монархий и увеличение числа стран с республиканской формой правления. Причины тому могут быть самые разные. В ходе освободительных антифеодальных революций одной из главных целей являлась лик­видация абсолютистской власти и порождаемого ею произвола. В тех случаях, когда революционные выступления носили особенно радикальный характер, они завершались, как правило, ликвида­цией монархии и появлением выборного коллегиального или еди­ноличного главы государства, который избирался на определен­ный срок. В существовании подобного института усматривали одну из важных гарантий от реставрации абсолютизма и произвола. В тех случаях, когда антифеодальные освободительные выступле­ния носили менее радикальный характер, они нередко заверша­лись сохранением монархии при одновременном резком ограниче­нии власти и полномочий монарха.

Тем не менее в общественном мнении многих стран, а в опре­деленной мере и в конституционно-правовой теории сохраняется точка зрения, в силу которой наиболее последовательным и де­мократическим решением вопроса об организации государствен­ных властей является не сохранение единоличного монарха, а создание института выборного главы государства. Вместе с тем опасения, порождаемые существованием единоличного главы го­сударства, привели к тому, что во многих странах, где этот ин­ститут был учрежден, на уровне конституционно-правовом были установлены весьма значительные ограничения, цель которых предотвратить и исключить возможность концентрации, а тем бо­лее узурпации власти единоличным главой государства. Резуль­татом подобного подхода стали особенности института выборного главы государства в парламентских республиках, положение ко­торого во многом напоминает положение главы государства в пар­ламентарных монархиях. Это положение обычно описывается фор­мулой: "царствует, но не управляет". Гарантии такого рода ока­зались, однако, достаточно действенными лишь в условиях развитых демократических государств. Но они оказались явно не­достаточными в развивающихся странах, во многих из которых институт выборного единоличного главы государства был исполь­зован для утверждения авторитарных режимов и монократичес-кого правления. В этих условиях институт республиканского гла­вы государства нередко приобретает антидемократический харак­тер, а утверждение единоличной диктатуры сопровождается репрессиями и эксцессами, которые влекут за собой многочислен­ные жертвы, а порой и крушение самой национальной государ­ственности. Примерами такого рода могут служить кровопролит­ные события в Сомали или Либерии, сопровождающиеся массовыми жертвами, полной деградацией государственных структур и воцарением анархии, в условиях которой ни нормальная госу­дарственная власть, ни законность функционировать не могут. Об уровне такого рода правителей, именующих себя президентами или императорами, можно судить хотя бы по тому факту, что бывшим главам государств (в Уганде — Амину, в Центрально-африканском государстве — Бакассе) было официально предъяв­лено после их свержения обвинение в канибализме. Причем ви­новность Бакассы была признана в судебном порядке.

Конституционно-правовой статус главы государства может отличаться значительными особенностями даже в рамках стран с одной и той же формой правления. Это можно отчетливо просле­дить и на характере самих конституционных постановлений, ре­гулирующих статус главы государства. Сравним, например, кон­ституционные постановления, относящиеся к короне в конститу­циях Испании и Швеции. "Король, согласно ст. 56 Конституции Испании, — глава государства, символ единства и постоянства, арбитр и примиритель в постоянной деятельности учреждений — осуществляет высшее представительство Испанского государства в международных отношениях и особенно в отношениях с теми народами, с которыми его связывает историческая общность, а также осуществляет функции, которые ему предоставлены Кон­ституцией и законами". Гораздо более лапидарны постановления, относящиеся к главе государства в Конституции Швеции, состоя­щей из трех законодательных актов. § 5 главы I Закона о форме правления Швеции ограничивается одной строчкой: "Главой госу­дарства является Король или Королева..." Мало что добавляют к этой формуле и глава V названного акта, посвященная главе го­сударства, и специальный законодательный акт, представляющий собой составную часть Конституции и посвященный вопросам пре­столонаследия.

Нередко конституционно-правовая регламентация института главы государства построена таким образом, что позволяет весь­ма значительно менять объем властных полномочий главы госу­дарства при изменении соотношения политических сил в стране и особенно их расстановки в парламенте или даже нижней палате парламента. Один из наиболее известных примеров такого рода дает Конституция Французской Республики, позволяющая суще­ственно изменять возможность участия главы государства в от­правлении исполнительной власти в зависимости от того, совпада­ют или не совпадают парламентское и президентское большин­ство, формирующееся в ходе выборов депутатов и Президента Республики. Помимо таких факторов, как соотношение полити­ческих сил, на место и роль главы государства в системе государ­ственных органов могут также влиять и господствующие в обще­стве ценности, идеалы и представления о должной организации публичной власти, а равно уровень и степень самостоятельности различных ветвей власти и их носителей в государстве.  Так,  в рамках президентской республики США и президентской респуб­лики в ряде стран Латинской Америки роль и значение института президента оказывается зачастую неодинаковой. В США в услови­ях весьма сильной и самостоятельной судебной власти, в условиях сильного конгресса возможность выхода президента за пределы, очерченные конституцией, почти исключена. В то же время во многих странах Латинской Америки наблюдаются случаи, когда президентская власть используется для попыток умаления преро­гатив других государственных институтов и, в частности, для ут­верждения превосходства исполнительной власти, носителем ко­торой выступает президент по отношению к законодательной. Не­редки, однако, случаи, когда в условиях острого соперничества между президентом и парламентом перевес оказывается на сторо­не представительного учреждения, что может повлечь за собой привлечение президента к ответственности в порядке и в соответ­ствии с процедурой, определяемой национальным законодатель­ством.

По фактическому положению в системе высших государствен­ных органов и реальной роли в руководстве страной глава госу­дарства в парламентарной республике и глава государства в пар­ламентарной монархии имеют весьма много общего и образуют единую группу. В то же время в странах, где президент одновре­менно выступает носителем (нередко единоличным) правитель­ственной власти, объем его полномочий, во всяком случае внеш­не, весьма схож с объемом полномочий монарха в дуалистической монархии. Однако в правовом положении наследственного монар­ха и выборного президента имеются и существенные различия, влияющие на характер их взаимоотношений с иными органами власти и управления. Это предопределяет необходимость раздель­ной характеристики правового положения монарха и президента.

Глава государства — монарх

Монарх рассматривается правовой доктриной и нередко за­конодательством как суверен, верховный представитель, а в ряде стран и как верховный носитель государственной власти. По его уполномочию формально действует правительство, состоящее из министров короны; от его имени издаются законы; его именем выносятся судебные постановления. Важнейшие сферы государ­ственной деятельности формально резервируются за монархом, образуя королевскую прерогативу.

Действительное положение монарха в подавляющем большин­стве государств значительно отличается от формально проклами­руемого в законе. Реальное сосредоточение всей полноты государ­ственной власти в его руках имеет место лишь в тех странах, в которых приверженность демократическим традициям и ценнос­тям отсутствует, а власть сосредоточена в руках феодальной или трибальной верхушки.

Монарх в дуалистической и тем более в абсолютной монар­хии занимает центральное положение во всей системе государ­ственных органов. По своему усмотрению монарх назначает и сме­щает правительство, даже если предусмотрена формальная от­ветственность последнего перед парламентом (в некоторых дуалистических монархиях).

Глава государства в значительной мере контролирует фор­мирование и деятельность парламента. Нередко члены парламен­та или часть парламентариев назначаются монархом. Он пользует­ся правом досрочного роспуска парламента или одной из его па­лат и правом вето на принимаемые последним законопроекты.

Монарх является верховным руководителем вооруженных сил. Он назначает на все высшие военные и гражданские должности, включая судей. В ряде стран его власть практически не знает правовых ограничений.

В дуалистической, так же как в абсолютной, монархии гла­ва государства реально осуществляет полномочия по руководству и управлению страной и играет решающую роль в определении внутренней и внешней политики государства. Однако формально его полномочия могут быть ограничены конституцией, а законода­тельная власть поделена с парламентом (дуализм).

Заметно отличается от описанного выше фактическое поло­жение монарха в парламентарных монархиях. В некоторых из них, например в Японии (по Конституции 1947 г.) или Швеции (по Конституции 1974 г.), полномочия монарха подверглись суще­ственному ограничению даже в формально-юридическом плане. Император Японии Хирохито, хотя и сохранил свой престол пос­ле окончания второй мировой войны, вынужден был публично отвергнуть миф о своем божественном происхождении. Японская конституция характеризует императора как символ единства на­ции, но не содержит прямых указаний на признание за ним каче­ства главы государства. Заметный шаг в сторону ограничения ко­ролевской власти делает и последняя Конституция Швеции. Важ­нейшие полномочия, касающиеся взаимоотношений короля с Риксдагом и правительством, переданы либо самому парламенту, либо правительству и премьер-министру. В подавляющем боль­шинстве других парламентарных монархий глава государства но­минально, по закону наделен исключительно важными прерога­тивами, однако на практике они осуществляются иными государ­ственными органами, прежде всего руководителем правительства. Монарх, таким образом, должен действовать по совету своих ми­нистров, которые и несут политическую ответственность за эти действия.

Было бы, однако, неверным недооценивать возможности воз­действия монарха, царствующей семьи и двора на решение госу­дарственных дел. Не имея власти, монарх, бесспорно, обладает влиянием, которое позволяет ему участвовать в процессе выра­ботки и принятия решений.

Влиянию монарха в немалой мере способствует его информи­рованность об общем состоянии страны. Например, королева Ве­ликобритании регулярно заслушивает отчет премьер-министра о заседаниях кабинета и получает непосредственно все депеши дип­ломатических представителей этой страны за рубежом и инфор­мационных агентств. По степени осведомленности о внутри- и внеш­неполитическом положении Великобритании монарх значительно превосходит обычного члена правительства. Аналогично положе­ние и в некоторых других странах. Информационный характер носят заседания государственного совета, то есть правительства под председательством монарха, в Скандинавских странах.

Практика политической жизни ряда парламентарных монар­хий знает отдельные случаи прямого вмешательства монарха в процесс формирования правительства и определения целей пра­вительственной политики. Об этом, в частности, свидетельствует опыт Бельгии, Голландии, Дании, возрожденной монархии в Ис­пании.

Формальный нейтрализм монарха в политической области нередко маскирует его активное сотрудничество с консерватив­ными, а то и реакционными кругами. Это подтверждают и прак­тика функционирования монархии в период существования фа­шистского режима в Италии, и тесное сотрудничество бельгийс­кого короля с нацистскими оккупантами в годы второй мировой войны, и содействие, оказанное греческим королем перевороту "черных полковников" в 1967 году.

Монарх не несет парламентской ответственности за свою деятельность (одно из редких исключений составляет монарх в Бутане). Это объясняется действием презумпции, согласно кото­рой монарх поступает в соответствии с советами своих министров, которые и несут за них ответственность.

Монарх обладает особыми льготами, правами и привилегия­ми. К их числу, в частности, относятся право на титул, особые регалии и знаки царской власти, особо почетную встречу, непод­судность по уголовным и гражданским делам, освобождение от налогообложения. Содержание монарха, царствующего дома и двора оплачивается за счет средств государственного бюджета (так называемый цивильный лист, принимаемый в форме закона пар­ламентом). Конституции ряда государств провозглашают особу монарха "священной и неприкосновенной" (Марокко).

Нередко монарх и королевская семья владеют огромным лич­ным состоянием, размеры которого обычно не сообщаются и со­ставляют государственную тайну.

Глава государства —  президент

Главой государства в республиканских странах является, как правило, выборный президент. Его реальный статус и действи­тельная политическая роль в решающей степени зависят от разновидности республиканской формы правления и особенностей политического режима. Так, в президентской республике глава государства играет гораздо большую роль, нежели в парламен­тарной, а во многих освободившихся странах с однопартийной системой президент, будучи лидером правящей партии, обладает полномочиями, которые на практике далеко выходят за рамки, очерченные конституцией.

Президент парламентарной республики не располагает пра­вительственной властью и активного участия в управлении госу­дарственными делами не принимает. Он выполняет функции пре­имущественно представительского характера, хотя, в зависимос­ти от конкретной политической обстановки, и особенно если он принадлежит к руководству правящей партии, может оказывать весьма значительное влияние на ход государственных дел. Иногда президент принадлежит к оппозиционной партии. Такое положе­ние имело место в отдельные периоды в Италии, ФРГ, Австрии. Сравнительно редко подобный "ослабленный" институт главы го­сударства встречается в освободившихся странах. Он существует, например, в Индии, хотя конституция страны формально предо­ставляет президенту республики большие полномочия.

Во всех случаях, когда глава государства в парламентарной республике наделен по закону более или менее значительными полномочиями, их осуществление на практике находится в веде­нии правительства. Акты президента в действительности исходят от правительства. Они нуждаются в скреплении подписью премьер-министра или заинтересованного министра (институт контрасиг-нации), что служит обязательным условием их действительности.

Исключительно важную роль в руководстве и управлении го­сударственными делами играет президент в странах, где он наде­лен правительственной властью и формально является единолич­ным носителем исполнительной власти. Он как бы совмещает в одном лице полномочия главы государства и главы правительства. Подобное положение типично прежде всего для президентских республик (США, ряд стран Латинской Америки и др.). Очень большой властью обладает президент во многих освободившихся странах.

Глава государства в президентских республиках наделяется широкими полномочиями в области политического руководства. Он располагает определенными средствами воздействия на законода­тельный процесс, обладает распорядительной (регламентарной) вла­стью, важными прерогативами в области руководства вооружен­ными силами и гражданской администрацией.

Стремление к расширению президентской власти нередко приводит к острым столкновениям между главой государства и представительным учреждением, в ходе которых победа не все­гда оказывается на стороне президента. Нередки случаи, когда парламент под давлением общественности вынужден заниматься расследованием противоправных злоупотреблений администрации.

Типичный тому пример — "уотергейтское дело" в США, повлек­шее за собой отставку Президента Р. Никсона в 1974 году.

Весьма значительными собственными полномочиями облада­ет глава государства в республиках со смешанными формами прав­ления. Так, президент Французской Республики при назначении премьер-министра, досрочном роспуске Национального собрания, использовании чрезвычайных полномочий и осуществлении неко­торых других мер формально принимает решение самостоятель­но, и издаваемый им акт не нуждается в контрасигнации. На прак­тике, однако, полнота власти президента зависит от расстановки политических сил, поскольку правительство должно пользовать­ся поддержкой парламентского большинства. За годы Пятой рес­публики во Франции трижды победу на парламентских выборах (в 1957, 1986, 1993 годах) одержали оппозиционные по отноше­нию к президенту партии, что приводило к заметному сужению фактического объема полномочий главы государства.

Многие государствоведы, стремясь теоретически обосновать новые явления и тенденции в развитии современного государства, указывают обычно на усложнение и рост динамичности обществен­ной жизни. Необходимость сильной исполнительной власти, спо­собной оперативно решать проблемы, связанные с развитием НТР, с усложнением экономических и социальных проблем служит обо­снованием расширения полномочий, осуществляемых главой го­сударства или правительства, выступающего в роли "националь­ного лидера". В развивающихся странах в таком лидере нередко видят панацею от всех бед, переживаемых обществами, выходя­щими из колониального состояния.

В основание требования "сильной власти" в этих странах за­частую ссылаются на характер традиционного общества, которо­му соответствует персонифицированная единоличная власть, спо­собствующая преодолению отсталости и борьбе против трайбализ­ма (племеннойразобщенности), местничества, сепаратизма. Наделе подобная авторитарная власть главы государства оказалась не в состоянии обеспечить общественный прогресс, устойчивое и ста­бильное политическое развитие.

Порядок замещения  поста главы  государства

В зарубежных странах применяются два основных способа формирования института главы государства, соответствующие монархической либо республиканской форме правления.

Глава государства — монарх — занимает свой пост автома­тически на основе действующего в стране порядка престолонас­ледия. Как правило, наследник престола становится главой госу­дарства сразу же при открытии вакансии в связи со смертью или отречением царствовавшего монарха, в соответствии с формулой "король умер, да здравствует король".

Законодательство о престолонаследии отличается значитель­ным разнообразием. В известной мере это объясняется истори­ческими особенностями развития тех или иных стран. Соответ­ствующие постановления образуют обычно составную часть кон­ституции либо рассматриваются как акты конституционного значения (в странах, где отсутствует единая писаная конститу­ция). Таковы, например, Закон о престолонаследии 1953 года в Дании или аналогичный Закон 1810 года с поправками 1974 года в Швеции.

Наследование престола осуществляется на основе принципа первородства, в силу которого наследником престола признается старший прямой нисходящий потомок царствующего монарха, чаще всего мужского пола, или его прямые потомки, если пря­мого наследника уже нет в живых к моменту открытия вакансии. В странах, в которых наследование допускается не только по мужской, но и по женской линии (Великобритания, Нидерланды, Испания, Дания, Люксембург и др.), женщина может унаследо­вать престол только при отсутствии прямых потомков мужского пола (кастильская система). Лишь в Швеции принцип первород­ства распространен и на нисходящих потомков женского пола. В ряде стран женщины до сих пор исключены из круга наследни­ков престола (салическая система). Царствующая королева в отли­чие от королевы-матери или супруги монарха является полно­правным и единоличным главой государства. Супруг царствующей королевы титул короля не получает.

В монархических странах Востока женщины исключены из круга наследников престола (Марокко, Иордания, Саудовская Аравия, Катар, Кувейт и др.).

При наследовании престола несовершеннолетним монархом или при временной недееспособности последнего прерогативы главы государства осуществляет специальный опекун-регент или реген­тский совет.

Действующее законодательство о престолонаследии, как правило, детально регламентирует вопросы старшинства, совер­шеннолетия, назначения регентства, порядок и процедуру вступ­ления на престол (провозглашение, коронация и т. п.).

Во многих странах обязательным условием вступления на пре­стол является принадлежность к господствующей религии. Так, в Великобритании предусмотрена обязательная принадлежность монарха к англиканской церкви. Из круга наследников исключа­ются римские католики и те, кто вступает в брак с римскими католиками. (Этим было продиктовано, в частности, отречение в 1936 г. от британского престола короля Эдуарда VIII, изъявивше­го намерение жениться на разведенной американке-католичке.) В Норвегии и Дании монарх должен исповедовать евангелическо-лютеранскую, а в Швеции — истинно евангелическую религию. В мусульманских странах обязательное условие занятия престо­ла — принадлежность к исламу.

В парламентарных монархиях смена главы государства не влияет непосредственно на деятельность других высших государ­ственных органов и не влечет за собой ни досрочного роспуска парламента (возможно лишь продление сессии), ни отставки пра­вительства.

Значительным своеобразием отличается порядок замещения поста главы государства в выборных монархиях. К числу послед­них относят страны, в которых глава государства избирается на определенный срок монархическими правителями областей (кня­жеств) из своей среды. Одними из немногих примеров такой мо­нархии являются Малайзия и Объединенные Арабские Эмираты. Причем в ОАЭ глава государства, избираемый на пять лет абсо­лютистскими правителями эмиратов, именуется президентом.

В странах с республиканской формой правления глава госу­дарства — президент — является выборным должностным ли­цом (первым чиновником государства), избранным на определен­ный срок в соответствии с требованиями и в порядке, установлен­ными конституцией и специальными законами.

Глава государства в парламентарных республиках избирается чаще всего высгаим представительным учреждением либо колле­гией выборщиков с участием парламентариев, а в президентских республиках — путем прямых выборов. Однако подобный поря­док в настоящее время не является общепринятым, и строгое единообразие в способах избрания главы государства в зависимо­сти от формы правления отсутствует. Таким образом, глава госу­дарства избирается путем либо прямых, либо косвенных выборов.

Прямые выборы президента всеобщим голосованием имеют место, например, во Франции, Исландии, Ирландии, Австрии, в странах СНГ, в большинстве стран Латинской Америки, во мно­гих развивающихся странах. Голосование проводится в один или два тура в зависимости от того, требуется ли для избрания абсо­лютное или относительное большинство голосов. Так, во Фран­ции в соответствии с конституционной реформой 1962 года в том случае, если ни один из кандидатов не соберет в первом туре абсолютное большинство голосов, проводится второй тур голосо­вания, в ходе которого могут баллотироваться только два канди­дата, собравшие наибольшее число голосов в первом туре.

При избрании главы государства путем косвенных выборов образуется коллегия выборщиков. Способы ее формирования мо­гут быть различны. В ряде европейских стран (ФРГ, Италия), в некоторых освободившихся странах (Индия) коллегия выборщи­ков образуется из парламентариев и представителей местных вы­борных собраний (земель, областей, штатов). Но и в этих странах порядок формирования коллегий и способы определения резуль­татов значительно различаются.

В ФРГ федеральный президент избирается коллегией выбор­щиков, именуемой "Федеральное собрание", в которую входят депутаты Бундестага и равное им число представителей от ландтагов земель. Избранным считается кандидат, собравший абсолют­ное большинство голосов.

В Италии коллегия по выборам президента республики со­стоит из депутатов, сенаторов и представителей советов областей (создание последних было завершено в 70-х годах). Для избрания в первых трех турах необходимо квалифицированное большин­ство в 2/3 голосов, в последующих турах — абсолютное большин­ство. Нередко проведение президентских выборов в Италии со­провождается многочисленными турами голосования.

Избирательная коллегия в Индии включает всех выборных членов федерального парламента и законодательных собраний штатов. Однако каждый член коллегии располагает числом голо­сов, пропорциональным числу представляемого им населения.

В президентских республиках коллегия по выборам прези­дента формируется на иных началах. Так, в США ее члены изби­раются населением страны, причем каждый штат выбирает число выборщиков, равное числу его представителей в конгрессе. Кро­ме того, трех выборщиков посылает федеральный округ Колум­бия. Всего коллегия включает 538 выборщиков. Применяемая при голосовании мажоритарная система позволяет партии, одержав­шей победу на выборах, получить все мандаты выборщиков от данного штата. В результате возможны случаи, когда партия, не собравшая большинства голосов в целом по стране, получает боль­шинство мест в коллегии выборщиков.

Члены коллегии выборщиков голосуют обычно за кандидата той партии, по списку которой они избраны. Итоги всеобщего го­лосования предопределяют, таким образом, кто из выдвинутых кандидатов обоснуется на очередной четырехлетний срок в рези­денции американских президентов — в Белом доме. Если ни один из кандидатов не соберет абсолютного большинства голосов вы­борщиков, вопрос об избрании президента решается Палатой пред­ставителей. Она должна путем голосования сделать выбор между тремя кандидатами, получившими наибольшее число голосов вы­борщиков. В условиях господства в США двухпартийной системы передача решения в нижнюю палату Конгресса — крайне редкое явление. Единственный случай избрания президента Палатой пред­ставителей имел место в 1825 году. Особенностью США является наличие вице-президента, избираемого в том же порядке и на тот же срок, что и глава государства.

По-разному, в зависимости преимущественно от формы прав­ления и способа избрания, решается вопрос о замещении поста пре­зидента в случае досрочного открытия вакансии (смерти, отставки). В некоторых странах, например в США, президента заменяет вице-президент. Он отправляет соответствующие полномочия вплоть до проведения очередных выборов в течение всего оставшегося срока полномочий. Досрочные выборы главы государства не проводятся.

Вопрос о замещении поста президента в случае его времен­ной неспособности осуществлять свои функции был урегулирован в США принятой в 1967 году XXV поправкой к конституции. Пре­зидент, будучи временно не в состоянии исполнять свои обязан­ности (болезнь или иная причина), может направить соответству­ющее послание спикеру Палаты представителей и председателю pro tempore (временный председатель, постоянным является вице-президент США) сената. Временное исполнение обязанностей гла­вы государства возлагается на вице-президента. Если президент сам не возбуждает вопроса о временной замене, этот вопрос может быть поставлен вице-президентом и большинством членов кабинета или большинством конгрессменов. Они направляют председателям палат конгресса послания, констатирующие временную неспособ­ность президента осуществлять функции главы государства и необ­ходимость принятия соответствующих мер. Если президент оспари­вает свое временное отстранение, то окончательное решение вы­носится палатами конгресса большинством в 2/3 голосов.

XXV поправкой предусмотрен также случай досрочной ва­кансии поста вице-президента (в истории США их было восемь). Он назначается президентом с согласия каждой из палат конгрес­са, которое дается абсолютным большинством голосов.

В парламентарных республиках вакансия поста главы госу­дарства влечет за собой, как правило, проведение досрочных вы­боров. Обязанности главы государства в период вакансии поста президента исполняет или вице-президент (Индия), или предсе­датель верхней палаты парламента (Франция, Италия, ФРГ), или глава правительства (Финляндия, Австрия).

Порядок выдвижения и условия регистрации кандидатов на пост главы государства также по-разному устанавливаются наци­ональным законодательством. В большинстве демократических стран кандидат в президенты выдвигается политическими парти­ями. Контроль за правильностью выборов и провозглашение их результатов входят в компетенцию либо высших судебных орга­нов, либо специальных органов конституционного надзора.

К формальным цензам, которым должен удовлетворять кан­дидат, относятся требование пользования в полном объеме граж­данскими правами, высокий возрастной ценз и некоторые другие. Так, в США кандидат в президенты должен быть гражданином страны по рождению, проживать не менее 14 лет на территории США в период, предшествующий выборам, и быть не моложе 35 лет. Такой же возрастной ценз действует в Индии. В ряде стран установлен значительно более высокий возрастной ценз. В ФРГ, например, кандидат в президенты должен быть не моложе 40 лет, в Италии — не моложе 50 лет.

В освободившихся странах встречаются и некоторые другие условия выдвижения и занятия поста президента. Так, в странах с однопартийной системой принадлежность к правящей партии яв­ляется обычно обязательным условием, которому должно удов­летворять лицо, претендующее на занятие поста главы государ­ства. В тех развивающихся странах, где сильно влияние церкви, условием вступления на пост президента служит принадлежность к господствующей религии. Особенно часто это условие встреча­ется в законодательстве мусульманских стран (Пакистан, Иран, Йеменская Арабская Республика и др.).

Большое политическое значение имеют срок полномочий гла­вы государства, порядок его переизбрания и прекращения полно­мочий. Все эти вопросы, как правило, регулируются в законода­тельном порядке. Сравнительно редко встречается одногодичный мандат — на такой срок избирается президент Швейцарской Кон­федерации, без права немедленного переизбрания. Наиболее рас­пространен четырех-семилетний срок. Так, в США президент из­бирается на четыре года, причем одно и то же лицо не может избираться более чем на два срока подряд (XXII поправка к Кон­ституции). В ФРГ президент избирается на пять лет и может пере­избираться еще на один срок. Во Франции и в Италии срок прези­дентского мандата установлен в семь лет, а возможность переиз­брания не ограничена.

Во многих освободившихся странах ограничения переизбра­ния на пост главы государства отсутствуют. На практике это при­водит к тому, что лица, однажды избранные на пост президента, продолжают его занимать в течение десятилетий. Конституцион­ному праву некоторых стран известен также институт пожизнен­ного президентства.

Прекращение президентского мандата наступает по истече­нии срока полномочий, в результате досрочной отставки, осужде­ния в порядке импичмента, отрешения от должности или смерти. Как правило, выборы нового главы государства происходят в зара­нее определенный срок, предшествующий истечению срока манда­та, и сама процедура смены главы государства никаких особых юридических проблем не порождает. Досрочная отставка президен­та может быть результатом различных причин: плохое состояние здоровья, протест против тех или иных событий или действий, при­частность к скандальным злоупотреблениям. Примером такого рода может служить досрочная отставка Президента Италии Дж. Леоне в 1978 году, обвиненного в уклонении от уплаты налогов и причас­тности к получению взяток от американской компании "Локхид". Уход в отставку возможен также по требованию определенных по­литических сил или военных кругов. Последнее встречается довольно часто в политической жизни латиноамериканских стран.

Особый интерес представляет вопрос об ответственности пре­зидента республики. Согласно "классическим" государственно-правовым доктринам, глава государства не несет политической (парламентской) ответственности. В парламентарной республике ответственность за действия главы государства возлагается на правительство, а в президентской республике глава государства — носитель правительственной власти — не ответствен за свои дей­ствия перед парламентом. Президент республики несет, однако, судебную ответственность, основания и пределы которой устанавливаются конституцией или специальным законом. В странах англо­саксонской правовой системы особая процедура привлечения к судебной ответственности главы государства (или иных высших должностных лиц) получила наименование "импичмент", и по аналогии этот термин применяется к практике других стран.

Наиболее распространенными основаниями для привлечения к ответственности являются нарушение конституции, соверше­ние тяжких государственных преступлений. Конституция США (ст. И, раздел 4) определяет в качестве оснований для привлече­ния к ответственности президента и вице-президента измену, взя­точничество или совершение других тяжких преступлений. В Ита­лии президент отвечает за государственную измену и посягатель­ство на конституцию; в ФРГ — за умышленное нарушение закона; во Франции — за государственную измену. В одних странах (на­пример, в США) дело возбуждается и решается парламентом, в других (например, во Франции) — парламент решает только воп­рос о привлечении к ответственности, а дело по существу рас­сматривается специальным судебным учреждением. Признание ви­новным влечет за собой отстранение от должности. Случаи при­влечения главы государства к судебной ответственности в порядке импичмента встречаются сравнительно редко. В США единствен­ный случай разбирательства дела президента имел место в 1825 году, причем для вынесения обвинительного приговора в се­нате не хватило одного голоса. В 1974 году угроза применения импичмента заставила уйти в отставку президента Р. Никсона. В 1998 г. процедура импичмента была начата против президента Б. Клинтона. Палата представителей признала его виновным в лжесвидетельстве под присягой и препятствовании правосудию. Дело было передано в Сенат, который обладает исключительным правом вынесения окончательного решения по существу дела.

Институт импичмента предусмотрен также законодательством многих развивающихся стран. Сравнительно часто он использует­ся в странах Латинской Америки. Однако в целом в большинстве развивающихся стран более частыми являются судебные процес­сы, организуемые после свержения главы государства, что ско­рее похоже на судебную расправу, нежели на использование ле­гитимной процедуры.

§ 2.  Полномочия главы государства

В подавляющем большинстве стран национальное законода­тельство наделяет главу государства обширными правами и пол­номочиями в различных областях государственной деятельности. Практика функционирования конституционного механизма, реаль­но существующая политическая ситуация вносят значительные коррективы в осуществление этих полномочий. Сравнительно от­четливо прослеживаются две основные тенденции. В одних стра­нах наблюдается фактическое, а иногда и формальное ограничение полномочий главы государства, которые осуществляются за него правительством или главой правительства. В других — про­исходит расширение компетенции главы государства, зачастую выходящее за пределы, очерченные конституцией и другими дей­ствующими законодательными актами. Соответственно в первом случае имеет место фактическое ограничение полномочий, кото­рыми наделен глава государства, а во втором — их существенное расширение. Обе тенденции связаны с процессом усиления прави­тельственной власти в современном мире.

Представительские функции

Олицетворение (персонификация) государства монархом в период феодализма породило доктрину, согласно которой в суве­рене воплощаются основные права и обязанности государства. Становление либерального государства внесло существенные из­менения в правовое положение его главы, однако именно за ним сохранены функции верховного представительства государства. Он осуществляет эти функции в соответствии с правилами и тради­циями, многие из которых восходят к средним векам. Однако даже в этой области самостоятельность главы государства в парламен­тарных монархиях и республиках в значительной степени ограни­чена. В принципе он не может позволить себе выступление, про­тиворечащее политике правительства или ее осуждающее.

Глава государства председательствует на торжественных це­ремониях, выступает с официальными обращениями к парламен­ту и посланиями к нации. Такие послания зачастую содержат ана­лиз внутренней и внешней политики государства, формулируют основные цели правительственной деятельности и намечают пути их достижения. Подобная практика широко распространена в боль­шинстве президентских республик. В США ежегодные президент­ские послания по вопросам положения в стране рассматриваются как основной программный документ правительственной деятель­ности на предстоящий период. По важнейшим вопросам обраща­ются с посланиями к парламенту и нации главы государств во Франции и ряде других стран.

Исключительно большое значение имеют представительские функции главы государства в сфере внешних сношений. Он счита­ется всегда выступающим от имени своего государства в силу сво­его положения и не нуждается в специальном на то уполномочии.

Полномочия главы государства в области государственного управления

Глава государства играет важную роль в формировании пра­вительства. Однако степень его воздействия на правительствен­ную политику и круг реально осуществляемых в области государ­ственного управления полномочий значительно различаются.

В парламентарных республиках и монархиях глава государ­ства не может назначить правительство, которое не располагает поддержкой парламентского большинства. Соответственно заме­щение поста премьер-министра руководителем политической партии, победившей на парламентских выборах, происходит по­чти автоматически. Так, в Великобритании на пост премьер-мини­стра монарх может назначить только лидера партии, одержав­шей победу на выборах в Палату общин. Монарх связан результа­тами выборов. Однако если ни одна из партий не получила большинства мест в парламенте или если внутри партии нет об­щепризнанного лидера, то роль главы государства в формирова­нии правительства заметно возрастает. Он получает возможность маневрирования и может отдать предпочтение одному из канди­датов. Значительна роль главы государства в формировании пра­вительства в странах, где обычно ни одна из партий не распола­гает большинством в парламенте.

В странах, в которых глава государства наделен правитель­ственной (исполнительной) властью, его полномочия в области го­сударственного управления значительно более широки.

В президентских и монократических республиках (США, многие страны Латинской Америки, значительная часть разви­вающихся стран) президент является единоличным носителем правительственной власти. Члены правительства рассматривают­ся обычно как помощники и советники президента, им назнача­ются и увольняются. В США подобные назначения производятся "по совету и с согласия сената", причем необходимо большин­ство в 2/3 голосов. Однако случаи отказа в утверждении канди­датур, предложенных президентом, сравнительно редки. Прави­ло парламентского большинства в этих государствах не дей­ствует. Более того, президент может принадлежать к партии, которая не располагает большинством в парламенте или одной из палат.

В странах, в которых глава правительства выступает как еди­ноличный носитель исполнительной власти, он играет решающую роль в определении программы правительственной деятельности; ему принадлежит право принятия окончательных решений. От имени главы государства и за его подписью издаются важнейшие акты исполнительной власти.

Полномочия главы государства в области правительственной деятельности включают в себя руководство административным аппаратом и вооруженными силами. Он производит назначения на высшие военные и гражданские должности. В США, например, смена президента приводит, как правило, к замене или переста­новке от 2,5 до 3 тысяч руководящих чинов в правительственной администрации. Фактически продолжает действовать "система до­бычи", хотя ее и именуют сегодня "системой заслуг".

Полномочия в сфере законодательной деятельности

Возможность и степень участия главы государства в законо­дательном процессе неодинаковы в различных группах стран. Так, в США, большинстве других президентских республик президент формально не должен вмешиваться во внутреннюю деятельность парламента. Есть страны, где глава государства наряду с палата­ми рассматривается как составная часть парламента (Великобри­тания, Канада, Австралия, Индия и др.). Однако эти формально-правовые различия не всегда имеют практическое значение и порой почти не затрагивают возможность воздействия главы госу­дарства на законодательный процесс.

В парламентарных монархиях и республиках (за редким ис­ключением) главе государства принадлежит формально право открытия и закрытия очередных и внеочередных сессий, а в ряде стран — право досрочного роспуска парламента или одной из его палат и назначения внеочередных выборов. Последние полномо­чия особенно активно используются в Великобритании и Японии. Однако на практике, а в Японии и согласно Конституции (ст. 7), соответствующие решения принимаются правительством. Сравни­тельно редко их выносит сам парламент (Швеция).

Правами досрочного роспуска парламента (нижней палаты), созыва чрезвычайных сессий, возвращения законопроекта для повторного обсуждения, передачи его в орган конституционного надзора, законодательной инициативы в конституционной сфере обладает глава государства в республиках со смешанной формой правления. Степень реальности осуществления этих прав хотя и зависит от расстановки сил в парламенте, однако остается в це­лом значительно более высокой, нежели при парламентарной форме правления.

В странах, в которых глава государства правом созыва и рос­пуска парламента не обладает (например, в США), это формаль­но мотивируется независимостью законодательной и исполнитель­ной власти в соответствии с принципом разделения властей. На практике и в данной группе стран сохраняются весьма значитель­ные средства воздействия на парламент, используемые главой государства. Одно из них — право вето на законопроекты, воти­рованные парламентом.

Различают две основные разновидности вето: абсолютное и отлагательное (относительное). Абсолютное вето означает окон­чательное отклонение главой государства законопроекта, одоб­ренного парламентом. На практике абсолютное вето, признанное в большинстве монархических государств (исключение составля­ют Япония и Норвегия), в настоящее время не используется. От­лагательное вето представляет собой право главы государства на возвращение переданного ему на подпись законопроекта для по­вторного обсуждения в парламенте.

Вето обычно распространяется на законопроект в целом. Од­нако в ряде стран (Франция, Аргентина, Мексика) президент имеет право наложить вето на отдельные статьи и положения законо­проекта. Для преодоления отлагательного вето устанавливается, как правило, усложненная процедура. Так, в США право вето, используемое президентом наиболее активно, может быть пре­одолено лишь в том случае, если законопроект получит повторное одобрение квалифицированного большинства (2/3 голосов) в обе­их палатах конгресса. В Норвегии отлагательное вето, принадле­жащее формально королю, может быть преодолено при помощи столь сложной процедуры, что превращает его почти в разновид­ность абсолютного. Фактически разновидностью абсолютного вето стало так называемое "карманное вето" президента, используе­мое в американской практике. Суть его состоит в том, что законо­проект, одобренный Конгрессом в последние десять дней до окон­чания сессии, не вступает в силу, если президент отказался его подписать, и не подлежит обязательному возвращению в Конгресс. Использование президентского вето на законы, принимаемые Кон­грессом, приняло столь частый характер, что вызвало вмешатель­ство Верховного суда, признавшего "карманное вето" антиконсти­туционной практикой. В то же время, поддерживая принцип сдер-жек и противовесов, Верховный суд признал антиконституционной практику принятия Конгрессом управленческих решений.

Помимо полномочий, позволяющих воздействовать на зако­нодательный процесс в парламенте, глава государства во многих странах пользуется правом издания собственных нормативных актов. В парламентарных монархиях и республиках соответству­ющие полномочия осуществляются на практике правительством, которое и несет за них ответственность.

В странах, где глава государства наделен правительственной властью, он сам издает нормативные акты, которые зачастую не нуждаются в министерской контрасигнации. В середине 80-х годов в США действовало около 12 тыс. нормативных актов, изданных президентом в форме исполнительных приказов.

В некоторых странах конституция строго лимитирует сферу применения парламентского закона. В результате президентский указ все чаще выступает как акт, не основанный на законе, а регламентирующий общественные отношения на равных основа­ниях с законом. Глава государства, наделенный регламентарной властью, становится важнейшим субъектом нормотворческой дея­тельности.

Исключительно широки законодательные полномочия главы государства в странах с монократическими режимами.

Внешнеполитические полномочия

Объем внешнеполитических полномочий главы государства определяется действующим законодательством, а уровень и сте­пень их реального осуществления зависят от сложившейся поли­тической практики, обычаев и традиций политической жизни. Постановления, характеризующие статус главы государства в обла­сти внешних сношений и конкретизирующие его полномочия, встречаются преимущественно в конституциях, принятых после второй мировой войны. "Президент Республики — записано в Ос­новном законе ФРГ — представляет Федерацию в международ­ных правовых сношениях" (ст. 59). Примерно так же определяется положение монарха в Испании. "Король — гласит Конституция — осуществляет высшее представительство Испании в международ­ных отношениях" (ст. 56). Несколько более специализированный характер носят правовые нормы, используемые в республиках со смешанной формой правления. Так, согласно французской Кон­ституции, "президент Республики ведет переговоры о заключе­нии договоров и ратифицирует их" (ст. 52). Весьма лапидарна Кон­ституция США, которая наделяет президента правом "по совету и с согласия сената" заключать международные договоры и на­значать дипломатических и консульских представителей (разд. 2 ст. II). Исключительно широкие полномочия американского пре­зидента основаны не на тексте Конституции, а на решениях Вер­ховного суда, резолюциях Конгресса и доктрине "внешнего суве­ренитета". Последняя исходит из утверждения, что "внешний" суверенитет в отличие от "внутреннего" не является производ­ным от передачи полномочий штатов, а вытекает из акта образо­вания федерации. Поскольку же президент — единоличный носи­тель федеральной исполнительной власти, а осуществление внеш­ней политики образует ее прерогативу, соответственно руководство внешней политикой отнесено к ведению главы государства.

При установлении реальных внешнеполитических полномо­чий главы государства нельзя исходить только из конституцион­ного текста. В Основном законе ФРГ они определяются, напри­мер, значительно шире, нежели в американской Конституции, хотя действительность прямо противоположна. Решающее значе­ние имеет практика функционирования конституционного меха­низма. В странах с парламентарными формами правления все пол­номочия главы государства осуществляются правительством и его руководителем. В республиках со смешанной формой правления в зависимости от расстановки политических сил возможно как еди­ноличное руководство внешней политикой со стороны главы госу­дарства, так и определенное разделение полномочий между ним и главой правительства. В президентских республиках глава госу­дарства занимает явно доминирующие позиции в области руко­водства и управления внешними делами. Таким образом, нацио­нальная практика в области осуществления внешнеполитических полномочий отличается значительным разнообразием. Тенденции к концентрации оперативного руководства внешними сношениями противостоит в демократических странах тенденция к сохранению возможности контроля за ее проведением другими высшими орга­нами. Поэтому, даже в президентских республиках, где глава го­сударства располагает обширными полномочиями в области руководства внешней политикой, его возможности в определенной сте­пени лимитированы. Только в странах с монократическими ре­жимами, деспотическим или абсолютистским правлением какое-либо "конкурирующее" участие других государственных орга­нов в осуществлении внешних функций государства практически отсутствует.

Действующее законодательство, корректируемое практикой построения и функционирования государственного механизма, позволяет выделить и очертить компетенцию главы государства в сфере внешних сношений. Это, во-первых, верховное представи­тельство страны в международных отношениях. Любое выс­тупление, заявление или акция главы государства, независимо от наличия специальных полномочий, обязывают государство. С этим же связано и право непосредственного обращения к главам иностранных государств. Это право может осуществляться как путем посланий, так и посредством личных встреч. Практика сви­детельствует о том, что все более активный характер приобре­тают личные контакты, визиты и встречи глав государств, а рав­но международные форумы с их участием. При выезде главы го­сударства с официальным визитом за рубеж (в некоторых странах, например Мексике, с разрешения парламента) он имеет право на почетную встречу и пользуется особыми льготами и привилегиями.

Во-вторых, глава государства назначает руководителя ве­домства иностранных дел и дипломатических представителей станы за рубежом. В США такие назначения производятся фор­мально "по совету и с согласия Сената", в большинстве других стран — по решению правительства. Глава государства скрепляет своей подписью верительные и отзывные грамоты. При нем ак-кредитируются иностранные дипломатические представители.

В-третьих, в ряде стран глава государства дает, указания о подготовке и проведении переговоров, участвует лично в наибо­лее важных из них и подписывает международные договоры или другие международно-правовые акты. Его обязаны информиро­вать о проведении переговоров и подписании актов, не требую­щих ратификации. В США, где весьма распространена практика подписания так называемых исполнительных соглашений, не тре­бующих ратификации Сенатом, президент должен представлять их в определенные сроки Сенату для ознакомления. Глава госу­дарства скрепляет своей подписью ратификационные грамоты, однако наиболее важные международные договоры ратифициру­ются на основе решения парламента (либо одной из палат). В США решение о ратификации принимает только верхняя палата Конг­ресса квалифицированным большинством в две трети голосов. Во Франции ратификация производится президентом на основе упол­номочивающего закона, принимаемого Парламентом.

В-четвертых, к компетенции главы государства во многих странах отнесено объявление войны и заключение мира. Особая значимость этого полномочия привела к тому, что в большинстве стран оно осуществляется на основе решения парламента или правительства. В США право объявлять войну отнесено к компе­тенции Конгресса (разд. 8 ст. I). Однако президент, используя свои полномочия главнокомандующего вооруженными -силами, может отдать приказ об их применении за рубежом без санкции парла­мента. Согласно совместной резолюции палат, принятой в 1973 году, вооруженные действия, начатые по приказу президента, долж­ны быть прекращены в течение 60 дней с момента представления доклада президентом спикеру Палаты представителей и предсе­дателю pro tempore Сената. В исключительных случаях — 90 дней, если конгресс не объявит войну или не примет специальный за­кон. На практике именно эти полномочия президента используют­ся все чаще при применении вооруженных сил США за предела­ми страны.

Полномочия в судебной области

Государственно-правовая доктрина и конституционное зако­нодательство почти всех стран мира провозглашают независимость судебной власти. Вместе с тем за главой государства сохраняются значительные полномочия, позволяющие оказывать серьезное влияние на деятельность судейского механизма.

Важнейшими полномочиями в этой области являются: назначение на судебные  или высшие судебные должности; председательствование в высших консультативных учрежде­ниях, которые ведают дисциплинарными и отчасти админист­ративными вопросами, относящимися к судейскому корпусу; осуществление права помилования.

Так, в США президент "по совету и с согласия Сената" на­значает членов Верховного суда, который представляет собой не только высшую судебную инстанцию общей юрисдикции, но и орган конституционного надзора. О значимости этих назначений можно судить по двум весьма примечательным примерам. В 30-е годы Президент США Ф. Рузвельт столкнулся с оппозицией консерва­тивного большинства членов Верховного суда своему так называ­емому "новому курсу". Только проведя назначение нескольких либеральных судей, он сумел сломить это сопротивление, хотя его попытки реформировать Верховный суд окончились безрезуль­татно. В 1986 г. Президент Р. Рейган назначил председателем Вер­ховного суда У. Ринквиста и членом суда А. Скалиа, которые были известны как архиконсервативные деятели. Учитывая, что члены Верховного суда пребывают в должности пожизненно, а за годы своего существования судом были объявлены неконституционны­ми тысячи законов Конгресса и отдельных штатов, проведенные назначения оказали заметное влияние на общую ориентацию су­дебной политики.

Назначение, перемещение и карьера судейских чинов во многом зависят от деятельности различных консультативных дисциплинарных органов, руководимых главой государства. Во Фран­ции, например, таким органом выступает Высший совет магист­ратуры, возглавляемый президентом Республики.

Право помилования, которым наделен глава государства, трак­туется обычно весьма расширительно и включает не только смяг­чение наказания, но и освобождение от преследования. О том, как оно используется, свидетельствует решение Президента Дж. Форда об освобождении от судебного преследования Р. Никсона после отставки последнего с поста Президента США в связи с угрозой применения импичмента.

Чрезвычайные   полномочия

Во многих странах (США, Франция, Шри Ланка, Нигерия, Кот-д'Ивуар, Сенегал и др.) глава государства наделен правом введения чрезвычайного положения или использования чрезвы­чайных полномочий. Чрезвычайное положение имеет довольно много разновидностей: осадное положение, военное положение, состояние повышенной опасности и т. п. Характеризующая их об­щая черта — это приостановка действия конституционных гаран­тий, ограничение полномочий представительных учреждений, рас­ширение власти административных или военно-политических ор­ганов, введение в ряде случаев превентивного заключения. Так, согласно ст. 16 Конституции Франции, Президент Республики в случае угрозы режиму, территориальной целостности и незави­симости страны, выполнению международных обязательств и нор­мальному функционированию властей может принять все необхо­димые меры, диктуемые обстоятельствами. Он должен прокон­сультироваться с Премьер-министром, Конституционным советом и председателем палат, однако их мнение не связывает прези­дента. Парламент не может быть распущен, но он лишается на этот период важнейшего полномочия — возможности выражения недоверия правительству. В США решение президента о введении чрезвычайного положения может сопровождаться использовани­ем вооруженных сил внутри страны для подавления волнений.

В условиях демократических стран применение чрезвычай­ных полномочий должно носить временный характер и использо­ваться исключительно в целях защиты основных прав и свобод, восстановления и утверждения законности и обеспечения нормаль­ного функционирования государственных властей.

Специфические   черты   института   главы   государства в развивающихся   странах

В подавляющем большинстве этой группы стран преобладаю­щей чертой является исключительно высокий уровень концент­рации власти. Ее верховным носителем в большинстве стран вы­ступает глава государства. Лишь в немногих из них (Индия, Малайзия и некоторые другие) были использованы в той или иной степени парламентарные формы, определяющие преимущественно представительный характер функций и роли главы государства.

В монократических республиках, дуалистических и особенно абсолютных монархиях глава государства сосредоточивает в своих руках всю полноту власти и нередко наделяется почти неограни­ченными полномочиями во всех сферах государственного руко­водства и управления. Это подчеркивается зачастую и присвоени­ем особых титулов и званий вроде "вождя всех вождей", "отца-основателя нации", "человека-народа" и т. п.

Обоснованию единоличной власти служат различные концеп­ции харизматического лидерства, в соответствии с которыми власть есть некое мистическое свойство, особый сверхъестествен­ный дар, присущий отдельным выдающимся личностям. В силу этого харизматический национальный лидер может объединять вокруг себя широкие массы и представлять непосредственно их интересы, не нуждаясь в средствах правовой легитимации. Не­редко истоки такой власти усматриваются в институтах тради­ционного, то есть докапиталистического, общества или даже в про­екции власти вождя на современное государство. Многие западные авторы и исследователи из освободившихся стран обосновывают необходимость "сильной власти" потребностями (императивами) развития, обеспечения стабильности и эффективного управления. Практика, однако, показывает, что диктаторские режимы по преимуществу неэффективны и нестабильны. Достаточно отметить, что примерно за четверть века независимого развития в странах Африки имело место более 100 попыток государственных перево­ротов. Нередко деспотическое правление ставит национальное государство на грань полной дезинтеграции и развала (Чад, Уган­да, Либерия, Сомали и др.).

Традиционные правовые средства ограничения власти главы государства во многих освободившихся странах малоэффективны. В результате ни объем, ни срок полномочий главы государства фактически, а зачастую и формально, не лимитированы, и воз­можности его легальной замены иным лицом в соответствии с про­цедурой, предусмотренной конституцией, сведены к минимуму. Не случайно, например, почти во всех странах Тропической Африки все смены главы государства происходили либо в связи со смер­тью последнего, либо в результате государственного (военного) переворота.

Глава государства в большинстве развивающихся стран — основное и решающее звено всего механизма осуществления вла­сти. От его позиции во многом зависит решение важнейших воп­росов внутренней и внешней политики государства.