§ 1. Необходимость смены Конституции

До 1993 г. в стране действовала Конституция, принятая в 1978 г. Верховным Советом РСФСР в соответствии с господство­вавшей тогда концепцией тоталитарного государства. Права и свободы граждан закреплялись в отрыве от международных стан­дартов и подчинялись целям «коммунистического строительст­ва». Государство объявлялось «советским» и «социалистическим», но не правовым. Оно рассматривалось как «основное орудие строительства социализма и коммунизма». Этому соответствовал и механизм государственной власти, который игнорировал прин­цип разделения властей, необходимость самостоятельной исполни­тельной власти, независимое правосудие. Закрепленная в Консти­туции руководящая роль КПСС служила базисом и оправданием однопартийного диктата во всех общественных и государствен­ных делах.

Конституция с таким содержанием сразу стала входить в ост­рое противоречие с процессами перестройки, начавшимися в 1985 г. В 1989 г. законом был учрежден новый высший орган го­сударственной власти — Съезд народных депутатов РСФСР в со­ставе 1068 депутатов. К исключительному ведению Съезда был отнесен широкий круг вопросов, в том числе принятие Консти­туции РСФСР, внесение в нее изменений и дополнений. За этим последовала серия изменений и поправок, в частности государст­во стало называться Российская Федерация — Россия, был вве­ден пост Президента.

В текст Конституции была инкорпорирована Декларация прав и свобод человека и гражданина Российской Федерации, приня­тая 22 ноября 1991 г. Открылись возможности для свободного создания политических партий и общественных объединений, что существенно изменило политическую жизнь, хотя и не при­вело к появлению крупных влиятельных партий.

Однако эти изменения больше напоминали «латание дыр», ибо не привели к созданию единой концепции нового государст­ва. Конституция сохраняла обязанность государственных и обще­ственных организаций, должностных лиц соблюдать... Конститу­цию СССР и законы СССР, а также старый герб с его девизом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Форма правления оставалась крайне рыхлой и неопределенной — не президентской и не парламентской. Главный недостаток Конституции, который постоянно порождал кризисы и конфликты между законодатель­ной и исполнительной властью, состоял в отсутствии ясно изло­женного принципа разделения властей — напротив, действовал формально присущий советской власти принцип всевластия Со­ветов с полной подконтрольностью им исполнительной власти. Попытки же трансформировать этот принцип в сбалансирован­ный парламентаризм оказались безуспешными.

Во-первых, Верховный Совет имел по Конституции необыч­ный парламентский статус: он был «органом Съезда», а следова­тельно, нарушался принцип верховенства парламента, но в то же время он был «законодательным, распорядительным и контроль­ным органом государственной власти РСФСР», что позволяло ему вторгаться в прерогативы исполнительной власти и полно­стью контролировать ее.

Во-вторых, в стране отсутствовали оформленные партии и фракции, что приводило к деформации парламентского предста­вительства интересов народа и превращало Съезд и Верховный Совет в слабоуправляемые органы, подверженные постоянному давлению нескольких групп депутатов.

Явно недемократическим было положение, при котором над Верховным Советом, являвшим собой какое-то подобие парла­мента с его внутренней организацией и структурой, стоял Съезд, представлявший собой своеобразный стихийный массовый ми­тинг с неограниченной властью. В самом же Верховном Совете две его палаты (Совет Республики и Совет Национальностей) не обладали независимостью, ибо управлялись одним органом — Президиумом Верховного Совета. Большинство заседаний палат были совместными, парламентские процедуры вместо поиска компромиссов сводились к подавлению меньшинства большин­ством.

Закрепленная Конституцией необычная для демократического государства двухзвенная структура высших органов законодатель­ной власти (Съезд и Верховный Совет) при полном отсутствии какой-либо ответственности депутатов перед кем бы то ни было нарушала принцип прямого избрания парламента, обусловила расщепление единой по своей природе законодательной функ­ции. Такой парламент, к тому же раздираемый острейшими по­литическими противоречиями, постепенно становился тормозом политических и экономических реформ.  Большинство его депутатов, избранных еще по прежней антидемократической избира­тельной системе, составляли номенклатурные работники органов КПСС, крупные государственные чиновники. Они принимали поправку за поправкой к Конституции с целью ограничить пол­номочия Президента и держать исполнительную власть под сво­им контролем. Но это препятствовало ее эффективному функ­ционированию и нарушало баланс властей.

Согласно Конституции Президент был наделен немалыми правами, но в решающих вопросах он оказывался под контро­лем двухзвенного парламента. Так, он был обязан представлять ежегодные доклады Съезду о выполнении принятых Съездом и Верховным Советом социально-экономических и иных про­грамм — при этом Съезд был вправе потребовать от Президента внеочередного доклада. Назначения главы Правительства и ряда министров осуществлялись Президентом с согласия Верховного Совета, но без каких-либо прав на ответные действия в случае неполучения такого согласия. Ни при каких обстоятельствах не допускались роспуск или приостановление Президентом дея­тельности Съезда и Верховного Совета. Верховный Совет и Президент неоднократно вторгались в полномочия друг друга, что было отмечено в послании Конституционного Суда Верхов­ному Совету «О состоянии конституционной законности в Рос­сийской Федерации» от 5 марта 1993 г.

Такое понимание принципа разделения властей было не толь­ко политически неоправданным, поскольку страна встала на путь осуществления радикальных политических и экономических ре­форм, но и юридически несостоятельным. Президент обладал не меньшей легитимностью, чем обе части парламента, поскольку он был демократически избран прямым всенародным голосова­нием из числа нескольких кандидатов. В таких случаях, как это признано мировой конституционной теорией и практикой, глава государства, опирающийся на мандат народа, не подлежит кон­тролю со стороны парламента.

Юридическое несовершенство механизма государственной власти сказывалось тем пагубнее, что в стране усилилась острая поляризация политических сил. В самом парламенте борьба двух тенденций — реформаторской и оппозиционной — постоянно порождала осложнения и кризисы. Эти тенденции проявлялись в решении практически любого вопроса. В период, когда началась радикальная экономическая реформа (начало 1992 г.), Верхов­ный Совет и особенно Съезд систематически противостояли деятельности Президента, ставили его в трудное положение при вы­боре главы правительства и министров.

В обстановке острой конфронтации в Конституцию была вве­дена (VII Съезд, декабрь 1992 г.) ст. 121е, согласно которой в слу­чае роспуска или приостановления деятельности любых законно избранных органов государственной власти полномочия Прези­дента подлежали немедленному прекращению. Антипрезидент­ские силы готовились к использованию ст. 121¹⁽), которая преду­сматривала отрешение Президента от должности.

С марта 1993 г. началось резкое обострение отношений Пре­зидента с Верховным Советом. 20 марта Президент выступил по телевидению и сообщил о подписании им Указа об особом по­рядке управления до преодоления кризиса власти, объяснив это так: «Нельзя управлять страной, ее экономикой, особенно в кри­зисное время, голосованием, репликами от микрофонов, через парламентскую говорильню и митинговщину. Это безвластие, это прямой путь к хаосу, к гибели России». Однако на следую­щий же день внеочередная сессия Верховного Совета выступила против намерений Президента. Еще через день Конституцион­ный Суд РФ заключил, что Указ «в ряде своих положений» не соответствует девяти статьям Конституции. 24 марта Президент издал Указ о назначении на 25 апреля референдума о доверии Президенту и одновременно по проекту новой Конституции и проекту закона о выборах в федеральный парламент. Указ также встретил противодействие со стороны оппозиции. Но референ­дум все же состоялся в назначенный срок (его вопросы были из­менены Съездом), 60% участвовавших в голосовании выразили доверие Президенту и высказались за досрочное переизбрание народных депутатов.

Такое развитие событий ясно указывало на то, что несовер­шенство Конституции постоянно приводит к кризисам, но не со­держит способов их преодоления, более того, подталкивает поли­тические силы не к конституционным, а к силовым методам раз­решения противоречий, что таило опасность гражданской войны.

§ 2. Конституционная комиссия

Необходимость принятия новой Конституции была осознана всеми политическими силами еще в ходе принятия Декларации о государственном суверенитете от 12 июня 1990 г. На I Съезде на­родных депутатов (22 июня   1990 г.) была образована Конституционная комиссия, председателем которой стал Б. Н. Ельцин (тогда Председатель Верховного Совета РФ). В состав комиссии вошли представители всех республик, краев, областей, нацио­нальных автономий (102 человека). Поначалу работа комиссии проходила довольно быстро, уже через четыре месяца проект но­вой Конституции был не только подготовлен, но и опубликован для широкого обсуждения. Однако такая быстрота отнюдь не свидетельствовала о наличии политического консенсуса по во­просам содержания Основного закона. Напротив, пробудившие­ся общественные круги стали выдвигать один за другим альтер­нативные проекты и различные поправки к тексту. Проект Кон­ституционной комиссии рассматривался на V Съезде народных депутатов (октябрь 1991 г.), затем снова дорабатывался и снова был опубликован в печати. Наконец, VI Съезд народных депута­тов (апрель 1992 г.) одобрил общую концепцию конституцион­ной реформы и основные положения проекта, до этого одобрен­ного Верховным Советом. Верховному Совету и Конституцион­ной комиссии было поручено после доработки внести проект на рассмотрение очередного Съезда народных депутатов.

Однако ни VII (декабрь 1992 г.), ни VIII (март 1993 г.), ни IX (апрель 1993 г.) Съезды народных депутатов не оказались в состоя­нии принять Конституцию вследствие острых противоречий меж­ду законодательной и исполнительной ветвями власти. VII Съезд постановил вынести основные положения проекта новой Консти­туции на всероссийский референдум, но VIII Съезд отменил это решение и подчеркнул необходимость осуществить конституци­онную реформу на основе полномочий, предоставленных дейст­вующей Конституцией самому Съезду народных депутатов.

Возникавшие разногласия практически не затрагивали поло­жений о правах и свободах человека и гражданина, но приобре­тали острый характер по ключевым вопросам разделения полно­мочий двух властей. Постепенно оппозиционное большинство Съезда и Верховного Совета, осознав свои политические интере­сы, твердо заняло позицию недопущения сильной исполнитель­ной власти. Обстановку разразившегося глубокого экономиче­ского кризиса использовали левые силы, все решительнее проти­водействуя реформам и с этой целью стремясь любыми путями сохранить контроль законодательной власти за всеми действиями Президента. Со своей стороны Президент все решительнее ста­вил вопросы о необходимости укрепления исполнительной вла­сти,   подчас даже требуя  пересмотра некоторых согласованных положений проекта. Работа Конституционной комиссии посте­пенно заходила в тупик.

В мае 1993 г. проект Конституции, одобренный Верховным Советом, был опубликован. Он существенно исправлял многие пороки старой Конституции, содержал демократические положе­ния о правах и свободах человека и гражданина. Однако в вопро­сах организации государственной власти доминировали прежние подходы. По существу, снова принцип разделения властей трак­товался в сторону уменьшения полномочий Президента, и сохра­нялась все та же советская форма правления.

Выдвигая по политическим соображениям идею парламента­ризма, но игнорируя отсутствие для него условий в современной России, авторы проекта упорно утверждали ведущую роль парла­мента в системе высших органов государственной власти. Чтобы подчеркнуть это, глава о Верховном Совете предшествовала главе о Президенте. Явно в нарушение принципа разделения властей Верховный Совет наделялся «контрольными полномочиями», а также правом принимать решения по основным направлениям внутренней и внешней политики России. Верховный Совет при­обретал право не только принимать федеральный бюджет, но и контролировать его исполнение. Среди членов Правительства, которые могли назначаться Президентом исключительно с согла­сия Верховного Совета, были не только Председатель и его за­местители, но также министры экономики, финансов, внутрен­них дел, иностранных дел, обороны, безопасности.

Проект ставил Президента под контроль Верховного Совета, обязывая его представлять Верховному Совету ежегодные доклады об осуществлении внутренней и внешней политики, выполнении федеральных программ. Подчиненное Президенту Правительство также обязывалось ежегодно представлять отчет Верховному Со­вету. Эти и ряд других положений существенно ограничивали пра­ва Президента и исполнительной власти, закладывали своеобраз­ную мину под отношения двух властей.

Решившись на принятие Конституции на основе своего про­екта, оппозиционное большинство Верховного Совета назначило для этого дату созыва Съезда народных депутатов (17 ноября 1993 г.) и начало подготовку к его проведению. В самом Верхов­ном Совете откровенно поднимался вопрос об отрешении Пре­зидента от власти, что планировалось осуществить на предстоя­щем Съезде. Это был открытый вызов Президенту и очевидный поворот к отказу от проведения демократических реформ. Оппозицию не остановило даже то, что в ходе референдума, проведен­ного 25 апреля 1993 г., большинство избирателей, принявших в нем участие, поддержали легитимность Президента.

§ 3. Конституционное совещание

12 мая 1993 г. Президент РФ издал Указ «О мерах по заверше­нию подготовки новой Конституции Российской Федерации», согласно которому для завершения подготовки проекта Консти­туции 5 июня в Москве созывалось Конституционное совещание. Неделей позже (Указ от 20 мая 1993 г.) был определен состав Конституционного совещания. Оно включало представителей федеральных органов государственной власти Российской Феде­рации; органов государственной власти республик в составе Рос­сийской Федерации, краев, областей, автономной области, авто­номных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга; местного самоуправления; политических партий, профсоюзных, молодеж­ных, иных общественных организаций, массовых движений и ре­лигиозных конфессий, товаропроизводителей и предпринимате­лей. Предусматривалось, что в состав Конституционного совеща­ния также должны войти народные депутаты Российской Федерации — члены Конституционной комиссии Съезда народ­ных депутатов РФ, представители от каждой фракции народных депутатов, Президента и Правительства, Конституционного Су­да, Верховного Суда, Высшего Арбитражного Суда, Генеральной прокуратуры РФ.

Таким образом, Конституционное совещание было задумано как широкий форум, сочетающий представительство всех выс­ших органов государственной власти, а также общественности. Он таким фактически и получился, хотя ряд приглашенных чле­нов Конституционной комиссии, народных депутатов, а также политических партий участия в его работе не приняли. 24 июня 1993 г. Верховный Совет отказался сотрудничать с Конституци­онным совещанием под предлогом причастности к делам о кор­рупции некоторых его координаторов и участников.

Президент внес на обсуждение Совещания свой проект Кон­ституции, но призвал участников к выработке компромиссного текста на базе этого проекта и проекта Конституционной комис­сии. Многие положения президентского проекта были подверг­нуты критике участниками Конституционного совещания, на­пример зато, что проект не содержал характеристики Российского государства как социального. В нем не был выдержан принцип равноправия субъектов РФ — в Совете Федерации 50% всех мест предполагалось предоставить республикам и нацио­нальным образованиям. Президент по проекту обладал чрезмер­ными правами по роспуску Государственной Думы. Были и дру­гие основания, вызвавшие обоснованную критику проекта.

Однако в отношении механизма власти этот проект в целом выдерживал принцип разделения властей и устанавливал опреде­ленный баланс законодательной и исполнительной ветвей власти в рамках республики президентского типа. В нем содержался яс­ный отказ от бесплодного советского парламентаризма в пользу сильной исполнительной власти. Именно поэтому созванное Верховным Советом в конце мая — начале июня совещание двух тысяч депутатов Советов всех уровней полностью отвергло пре­зидентский проект, а 4 июня, за день до созыва Конституцион­ного совещания, Верховный Совет предложил свой порядок со­гласования и принятия проекта Конституции, который снова ставил в центр всей работы Конституционную комиссию.

Конституционное совещание работало больше месяца. В его адрес поступило более 50 тыс. замечаний и предложений. В ре­зультате их обсуждения в первоначальный проект было внесено свыше 500 поправок, около 40 принципиально новых норм — фактически все статьи были изменены. В разработанный Сове­щанием проект вошли многие статьи из проекта Конституцион­ной комиссии¹. 12 июля 1993 г. проект был одобрен Совещанием.

§ 4. Развитие конституционного кризиса

С осени 1993 г. конституционный кризис вошел в новую фазу. И законодательная, и исполнительная власть имели свой проект Конституции и свое представление о способе ее принятия. Дос­тижение согласия стало невозможным, обе ветви власти все чаще апеллировали к народу, а паралич власти усиливался.

21 сентября Президент подписал Указ о поэтапной конститу­ционной реформе в Российской Федерации, который, не прекра­щая действия Конституции в части, не противоречащей Указу, прерывал осуществление законодательной, распорядительной и контрольной функций Съезда народных депутатов и Верховного Совета. При этом отмечалось, что «безопасность России и ее на­родов — более высокая ценность, нежели формальное следова­ние противоречивым нормам, созданным законодательной вет­вью власти». Полномочия народных депутатов прекращались.

Указ временно, до принятия Конституции, вводил в действие Положение о федеральных органах власти на переходный пери­од, подготовленное на основе проекта Конституции, одобренно­го Конституционным совещанием 12 июля 1993 г. В действие также вводилось Положение о выборах депутатов Государствен­ной Думы, разработанное народными депутатами и Конституци­онным совещанием. Выборы в Государственную Думу были на­значены на 11 — 12 декабря. Приостанавливалась деятельность Конституционного Суда. По существу, временно вводилось пре­зидентское правление.

Конституционный кризис немедленно перерос в конституци­онную войну. В тот же день Президиум Верховного Совета, ссы­лаясь на ст. 121⁶ Конституции, объявил о немедленном прекра­щении полномочий Президента РФ Б. Н. Ельцина, полномочия Президента были переданы вице-президенту А. В. Руцкому. Вер­ховный Совет оценил действия Президента как государственный переворот. Конституционный Суд, признав Указ Президента не­конституционным, высказался за отрешение Президента от должности. Были отстранены старые и назначены новые руково­дители «силовых» министерств, а в Уголовный кодекс введена статья, карающая (вплоть до смертной казни) за антиконститу­ционную деятельность, невыполнение решений высшего органа государственной власти и воспрепятствование его деятельности. Оппозиция находила основания для своих действий в Конститу­ции, которую сама же приспособила к своим интересам, а Пре­зидент опирался на поддержку избирателей и субъектов Федера­ции, полагая, что противоречивая и устаревшая Конституция уже не может служить базой для разрешения разногласий двух ветвей власти. При таких подходах неудивительно, что каждая сторона конфликта рассматривала действия другой стороны как мятеж, государственный переворот. Конституционная законность, таким образом, была подорвана с двух сторон и утратила свою ней­тральность.

Попытки достичь согласия не увенчались успехом, и кризис стал порождать общественные беспорядки, силовые действия. Сторонники Президента организовали блокаду Дома Советов, а сторонники   Верховного   Совета совершили   попытки   захватить здание мэрии Москвы, один из военных штабов и телецентр «Останкино». Это привело к вмешательству армии, несколько танков обстреляли здание Дома Советов. Погибло много людей. В Москве действовало чрезвычайное положение, был приоста­новлен выпуск некоторых газет.

Антипрезидентские выступления были подавлены, но траги­ческие события неизгладимой печатью легли на молодую россий­скую государственность, ясно указав, к каким последствиям мо­гут приводить амбиции политиков, к тому же действующих в ус­ловиях несовершенной конституционной системы.

После подавления выступлений оппозиции президентское правление осуществлялось безраздельно. Президентом был издан Указ о правовом регулировании в период поэтапной конституци­онной реформы в Российской Федерации от 7 октября 1993 г., который подтвердил действие на всей территории России зако­нов и постановлений, принятых Верховным Советом и Съездом народных депутатов до 21 сентября 1993 г. Было установлено, что до начала работы Федерального Собрания правовое регули­рование по вопросам, отнесенным к компетенции Съезда и Вер­ховного Совета, осуществляется указами Президента. Другим Указом констатировалась невозможность деятельности Консти­туционного Суда, в связи с чем приостанавливался созыв его за­седаний до принятия новой Конституции. Председатель Консти­туционного Суда сложил с себя полномочия, а вице-президент, несмотря на то что он был избран вместе с Президентом, был ос­вобожден Президентом от должности.

Президентом был принят ряд других мер по реформированию государственности. Указом о реформе представительных органов власти и органов местного самоуправления в Российской Феде­рации от 9 октября 1993 г. были прекращены полномочия Сове­тов народных депутатов, а Указом от 27 октября утверждены Ос­новные положения о выборах в представительные органы госу­дарственной власти в регионах. Это означало юридическую ликвидацию советской власти в стране. Для решения вопроса о конституционной реформе на 12 декабря 1993 г. было назначено всенародное голосование (референдум) по проекту новой Кон­ституции РФ, вступающей в силу в случае ее одобрения с момен­та опубликования результатов голосования (10 ноября 1993 г. проект был опубликован).

Конституционный кризис, развивавшийся на протяжении почти года, так и не нашел своего конституционного разрешения. Это был не только конституционный, но и политический кризис, в котором отражалась резкая поляризация интересов раз­личных сил по коренным вопросам развития России. Он серьез­но расшатал основы российского федерализма и государственно­сти в целом. Трагическое завершение кризиса заставило граждан и власти всех уровней еще острее осознать невозможность строи­тельства нового общества в рамках старой государственности. Принятие новой Конституции стало не просто желательным, но остро необходимым.

§ 5. Референдум и выборы 12 декабря 1993 года

Возникший в стране конституционный вакуум (хотя формаль­но старая Конституция полностью не прекратила своего дейст­вия) и отсутствие высшего представительного органа могли быть заполнены только президентской властью. Однако этой легитим­ности было недостаточно для введения в действие новой Консти­туции, несмотря на то что ее проект был разработан с соблюдени­ем демократической процедуры. Оставалось обратиться к прямому волеизъявлению народа, использовать такую форму непосредст­венного выражения его суверенитета, как референдум.

Особенность референдума, проведенного 12 декабря 1993 г., состояла в том, что одновременно с принятием новой Конститу­ции проходили выборы в Федеральное Собрание, предусмотрен­ное еще не принятой Конституцией. Однако возможность того, что проект может быть не принят избирателями, была учтена Президентом, который ранее (21 сентября) издал Положение о федеральных органах власти на переходный период. Следователь­но, для выборов в Федеральное Собрание существовала правовая база. Таким же путем (указы об уточнении положений о выборах депутатов Государственной Думы и Совета Федерации в 1993 г.) было установлено, что выборы считаются состоявшимися, если число действительных бюллетеней составит не менее 25% от чис­ла зарегистрированных избирателей.

Избирательная кампания 1993 г. проходила в сложный пери­од — трагический финал конституционного кризиса наложил от­печаток на всю политическую жизнь. Однако, несмотря на многие опасения оппозиции, не было никаких признаков президентской диктатуры или авторитарного правления. Все оппозиционные партии получили право на ведение избирательной кампании и участие в выборах, постепенно возобновили выпуск изданий антипрезидентские по своей направленности средства массовой ин­формации. Политический режим сохранял прежний демократиче­ский характер, общество осознавало необходимость политической стабильности и создания прочной конституционной законности.

Во всенародном голосовании по проекту новой Конституции приняли участие 58 млн 187 тыс. 755 зарегистрированных изби­рателей, или 54,8%. За принятие Конституции проголосовало 32 млн 937 тыс. 630 избирателей, или 58,4% избирателей, при­нявших участие в голосовании. Это означало, что Конституция принята. Одновременно в ходе выборов в Федеральное Собрание были избраны почти все депутаты Государственной Думы и Со­вета Федерации. Это были первые демократические выборы в России, они способствовали установлению новой структуры кон­ституционной власти.

§ 6. Конституционное развитие после принятия Конституции

С принятием новой Конституции и формированием Феде­рального Собрания закончился период президентского правле­ния. Начался сложный и трудный процесс создания нового кон­ституционного права, претворения в жизнь конституционного механизма власти.

Конституция, несомненно, в известной мере упорядочила по­литические отношения и ослабила остроту противоречий между реформаторским курсом Президента и оппозицией. Парламент­ская оппозиция, сформированная в Государственной Думе, стала действовать в основном с соблюдением конституционного разде­ления властей, в рамках своей компетенции. Серьезные расхож­дения между Думой и Президентом возникли при принятии Фе­дерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Россий­ской Федерации» от 8 мая 1994 г. Этим Законом были установле­ны основные правовые гарантии депутатов обеих палат при осу­ществлении ими депутатской деятельности. Однако Президент, подписав Закон, обратился к депутатам с письмом, в котором предложил приостановить действие тех норм, которые вступают в противоречие с Конституцией. Он, в частности, отметил, что де­путат не должен рассматриваться как самостоятельное должност­ное лицо государства, гарант прав и свобод избирателей, а в связи с этим иметь право беспрепятственно посещать все органы госу­дарственной власти, органы местного самоуправления, присутствовать на заседаниях их коллегиальных органов, посещать пред­приятия, учреждения и организации, воинские части, обществен­ные объединения (ч. 2 ст. 5 Закона). По мнению Президента, противоречат Конституции введенное в Закон право депутатского запроса и ряд других положений. Как видим, разногласия снова возникли на почве неодинакового понимания принципа разделе­ния властей.

В развитие Конституции Федеральное Собрание приняло Фе­деральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации» от 21 июля 1994 г., который создал пра­вовые условия для доукомплектования этого органа и возобнов­ления его деятельности. Федеральное Собрание стало планомер­но принимать законы, осуществлять другие полномочия, отне­сенные Конституцией к его компетенции.

В то же время в условиях отсутствия федеральных законов ряд важных вопросов конституционно-правового значения решался указами Президента РФ. Среди них Указ «О порядке опублико­вания и вступления в силу федеральных законов» от 5 апреля 1994 г., Положение о федеральной государственной службе от 22 декабря 1993 г., Указ «О структуре федеральных органов ис­полнительной власти» от 10 января 1994 г., Положение о порядке рассмотрения вопросов гражданства Российской Федерации от 10 апреля 1994 г., Указ «О мерах по укреплению единой системы исполнительной власти в Российской Федерации» от 3 октября 1994 г. и др.

Становление нового конституционного строя происходило в условиях нарастания политической напряженности, порождав­шейся углублением экономического кризиса и действиями оппо­зиции. Практически сразу же после принятия Конституции ряд политических и других общественных объединений, в том числе и представленных в Государственной Думе, выступил с требова­нием смены Конституции, отставки Президента, досрочных вы­боров и др. Внепарламентская оппозиция открыто ставила цели изменения конституционного строя.

Тем не менее 17 декабря 1995 г. состоялись выборы в Государ­ственную Думу, что позволило конституционным путем впервые передать законодательную власть прежнего состава представи­тельного органа новому. Реальное значение Конституции нашло свое выражение также в проведении 16 июня 1996 г. всеобщих выборов Президента РФ. Выборы, прошедшие в атмосфере острой напряженности, завершились избранием на новый срок Б. Н. Ельцина.

В соответствии с Конституцией и действовавшим Федераль­ным законом «О выборах Президента Российской Федерации» 31 декабря 1999 г. произошли добровольная отставка Президен­та РФ Б. Н. Ельцина и передача президентских полномочий Председателю Правительства РФ В. В. Путину. 26 марта 2000 г. были проведены всеобщие выборы, на которых В. В. Путин был избран Президентом Российской Федерации. В 2004 г. он был избран Президентом РФ на второй срок.

Таким образом, к началу XXI в. в стране утвердился конститу­ционный порядок смены власти. Ни разу не были пропущены сроки выборов главы государства и Государственной Думы, в субъектах РФ развернули деятельность главы администраций (президенты, губернаторы) и законодательные собрания. На ос­нове Конституции РФ сложилась новая судебная власть, партий­ная система, местное самоуправление. В отличие от других стран, осуществивших переход от тоталитаризма к демократии, в Рос­сии не были приняты законы о люстрации¹. Все это способство­вало укреплению стабильности в обществе, созданию условий для проведения глубоких экономических реформ, улучшающих жизнь народа.

' Люстрация — лишение права занимать государственные должности лиц, которые в прошлом участвовали в репрессивной деятельности тота­литарного режима или в настоящее время входят в экстремистские анти­демократические организации. В тех странах, где она применялась, счи­тается, что такое ограничение конституционных прав (политических, на участие в управлении государством) допустимо как наказание за про­шлые правонарушения и как средство удаления с государственной служ­бы лиц с антидемократическими взглядами. После Второй мировой вой­ны люстрация применялась в ряде государств сначала как средство «очищения» государственного аппарата от бывших членов фашистских партий (в Германии так называемая денацификация в отношении быв­ших нацистов и военных преступников, в Италии по Конституции сро­ком на пять лет лишили избирательных прав руководителей фашистско­го режима). Позже (1990-е гг.) законы о люстрации принимались для ис­ключения из государственного аппарата лиц, ранее работавших в органах государственной безопасности или органах компартий (Чехия, Венгрия, Польша, Эстония, Латвия).