§ 1. Понятие и роль

Конституционное право — это совокупность правовых норм, охраняющих основные права и свободы человека и учреждающих в этих целях определенную систему государственной власти.

Один из важнейших постулатов современной цивилизации гласит: государство существует для человека, чтобы охранять его свободу и содействовать благополучию. Но как обеспечить ба­ланс свободы и власти? Ведь если свобода оказывается вне проч­ной государственности, она легко может выродиться в анархию и вседозволенность, а если государственность строится на отказе от свободы, человек попадает в оковы тоталитарного гнета. Нахож­дение баланса власти и свободы составляет главнейший и дели­катнейший смысл конституционного права.

Поскольку эта отрасль права регулирует столь важную и слож­ную сферу общественной жизни, она неизбежно приобретает ве­дущий характер в системе права. Собственно, с конституционно­го права начинается формирование (необязательно исторически, но безусловно логически) всей системы национального права, всех отраслей, и в этом его системообразующая роль. Ни одна отрасль национального права той или иной страны не может раз­виваться, если она не находит опоры в конституционных прин­ципах или нормах конституционного законодательства, а тем бо­лее противоречит им.

Конституционное право теснее всех других отраслей связано с политикой и политической системой. Властные отношения со­прикасаются не только с индивидуальными проявлениями свобо­ды человека, но и с коллективными действиями людей через по­литические партии и общественные объединения, которые путем выборов участвуют в формировании органов государственной власти, а затем в функционировании этих органов. Отсюда ост­рый интерес к развитию конституционного права со стороны са­мых различных политических сил, острая борьба мнений вокруг философско-политических основ этой отрасли права, ее институ­тов и норм. Это особенно свойственно нынешнему положению в России, когда демократические институты проходят испытание на соответствие уровню политической культуры народа.

Как и любая отрасль права, конституционное право имеет свой предмет. Уяснение его необходимо для того, чтобы выявить специфику правового регулирования, а значит — составить поня­тие о содержании, назначении и целях данной отрасли права, ее отличии от других отраслей. Определение предмета конституци­онного права требует большой точности, поскольку в этой отрас­ли речь напрямую идет о гарантиях свободы человека; свобода нуждается для своей охраны лишь в минимуме ограничений, в то время как власть должна быть как раз максимально ограничен­ной, имея только самый необходимый набор полномочий в инте­ресах людей.

Это, однако, не означает, что государство должно быть орга­низовано как можно проще, примитивнее. В результате длитель­ного исторического процесса цивилизованное сообщество осоз­нало, что организация власти требует разумного распределения ее по вертикали и горизонтали, создания многих сложных инсти­тутов — демократических представительных органов народовла­стия, эффективной, хотя и подчиненной закону, исполнительной власти, независимого суда, местного самоуправления, четких принципов взаимодействия между ними. Ничего более ценного, чем это взаимодействие многочисленных звеньев государствен­ной власти, человечество не придумало, твердо отвергнув суще­ствовавшую на определенном историческом этапе в ряде стран абсолютную и тоталитарную власть. В то же время общество по­всеместно столкнулось с тяжелой проблемой, свойственной даже демократической системе власти, — бюрократизацией и злоупот­реблениями должностных лиц. Эти и многие другие сложные проблемы организации государственной власти постоянно нахо­дятся в центре внимания конституционного права, которое опре­деляет своеобразные «правила игры» в политике и государстве и подчиняет власть народному волеизъявлению.

В тоталитарном обществе роль конституционного права огра­ничивается формальным, застывшим существованием, она ни­чтожна, ибо вся реальная власть находится в одних руках и осу­ществляется диктаторскими приемами. Но в демократическом государстве это право непрерывно развивается, испытывая влия­ние политической динамики и влияя на эту динамику. Это особенно характерно для современной России, в которой многие де­мократические институты еще не окрепли. Конституционное право здесь, будучи само объектом реформ, создает необходимые условия для гражданского мира и согласия, сдерживая борьбу за власть различных политических, в том числе экстремистских и реставраторских, сил в рамках цивилизованных правил поведе­ния. Роль этой отрасли права постоянно возрастает также пото­му, что в российском обществе еще не сложились общепризнан­ные стереотипы политической культуры и политической этики, недостаточно развиты механизмы формирования и выявления общественного мнения.

Конституционное право — юридическая основа демократии, ее закрепление и мера. Демократия — широкое понятие, вклю­чающее экономический, социальный и политический аспекты. Конституционное право призвано закреплять основы народовла­стия во всех этих аспектах, поскольку современная демократия — это не стихийное, а упорядоченное состояние общества, полно­правие, основанное на добровольном согласии людей на опреде­ленное ограничение своей свободы во имя ее сохранения.

Некоторые институты конституционного права как бы непо­средственно выражают народовластие, и тогда даже употребляют­ся термины «представительная демократия», «парламентская де­мократия», «политическая демократия». Демократической сущ­ностью проникнуты и другие институты — институт основных прав и свобод граждан, принципы судопроизводства, основы фе­дерализма и т. д. В демократическом государстве конституционное право создает специальные гарантии против опасности сползания к тоталитаризму; определенные нормы и институты, регулирую­щие, например, правовое положение правозащитных организа­ций или средств массовой информации, прямо направлены про­тив использования их в антидемократических целях.

§ 2. Предмет

Предмет конституционного права охватывает две основные сферы общественных отношений:

1)       охраны прав и свобод человека (отношения между челове­ком и государством);

2)       устройства государства и государственной власти (властеотношения).

Отношения между человеком и государством регулируются не только конституционным правом, но и другими отраслями права (административным, трудовым и др.)- Но конституционное право содержит нормы основополагающего характера, из которых скла­дываются правовой статус человека, его основные права и свобо­ды. В науке широко распространено понимание права как меры свободы, и как раз конституционное право в наибольшей степе­ни отвечает этому пониманию.

Регулирование отношений, связанных с признанием свободы человека как естественного состояния, — сложное дело. Оно предполагает закрепление не только прав, но и обязанностей че­ловека по отношению к другим людям и государству. Свобода не может быть абсолютной, она требует ограничений, чтобы преду­предить злоупотребления ею. Конституционное право к тому же не только провозглашает права, но и создает их правовые гаран­тии, способствует учреждению такого государства, которое, не превращаясь в «ночного сторожа» свободы, берет на себя обязан­ность создать условия для благополучия людей; в сущности, это­му подчинено все устройство государственной власти.

Некоторые российские ученые полагают, что предметом кон­ституционного права являются «отношения человека с общест­вом», «закрепление основ общественного строя», установление «принципов гражданского общества». Эти подходы являются скорее данью традиции со времен, когда в условиях тоталитариз­ма признавалось государственное руководство обществом. Но в подлинно гражданском обществе, которое сейчас складывается в России, это становится невозможным: гражданское общество не­зависимо от государства и стоит над ним, оно строится на при­знании свободы и инициативы человека и объединений людей как в политической, так и в экономической областях.

Право регулирует только небольшую часть общественных от­ношений, в то время как большая их часть является предметом саморегуляции на основе морали и гражданских прав.

Через права свободного человека складывается определенный общественный порядок: формы собственности, организация эко­номики, политическая система, социальные отношения и т. д. И конечно, Конституция закрепляет некоторые общественные ус­тои (равную защиту всех форм собственности, многопартийность, независимость местного самоуправления и др.). Но демократиче­ское государство не может устанавливать социалистический или капиталистический общественный строй, т. е. признавать господство той или иной идеологии, поскольку в любом случае это будет навязыванием желания одной части населения другой. Иное дело, что государственная политика может иметь ту или иную социаль­но-экономическую направленность в зависимости от того, какие политические силы окажутся у власти в результате свободных вы­боров. Но и при таких условиях конституционным путем нельзя ликвидировать конституционные права и свободы граждан.

В вопросе о регулировании конституционным правом «основ общественного строя» зарубежная правовая мысль весьма неод­нородна. В странах, где действуют старые конституционные акты (США, Великобритания и др.), на подобного рода «основы» нет и намека, а потому, вероятно, и в науке, следующей по пути ли­берализма, почти не встречаются рассуждения по этому поводу. Общественный строй здесь если и определяется, то категориями свободы, демократии, справедливости, прав человека и соответ­ствующими функциями государства.

Но в странах, где конституции принимались после Второй мировой войны и под сильным нажимом левых сил (Франция, Италия, Португалия и др.), в текстах основных законов появи­лись разделы об «экономическом строе», «социально-этических отношениях» и т. д. Они, однако, никак не поколебали институт естественных прав и свобод человека и сводятся к определению экономических и социальных функций государства (содейство­вать образованию, охране здоровья, охранять собственность, соз­давать условия для благосостояния людей и т. п.). Это, следова­тельно, все та же сфера взаимоотношений человека и государства с безусловным приоритетом свободы человека и установлением пределов обязанностей государства.

Модель нового российского конституционного права в рас­сматриваемом вопросе занимает как бы промежуточное положе­ние. В Конституции 1993 г. (в отличие от предыдущей Конститу­ции) нет раздела об основах общественного строя, но в то же время во многих статьях устанавливаются экономические и со­циальные функции государства, подчиненные главной цели — охране и содействию реализации прав и свобод человека. Это объясняется тем, что Конституция создавалась под сильным влиянием традиций и в то же время либерализма. Таким обра­зом, из самой структуры и содержания Конституции государству исходят определенные указания экономического и социального характера. Но эти указания не создают какой-то идеологически определенный общественный строй и не пытаются определять принципы гражданского общества. Они только устанавливают пределы вмешательства государства в общественную жизнь и его обязанности по отношению к людям. Собственно же граждан­ское общество в главном остается свободным от государственно­го регулирования, обеспечивая людям свободу в выборе жизнен­ных идеалов и собственных путей к счастью.

В нынешний, переходный период гражданское общество в России еще не утвердилось, и у населения нет навыков свободы в ее взаимосвязи с дисциплиной, поэтому необходима большая регулирующая роль государства в обществе, особенно в связи с ростом терроризма. Но со временем, когда негативные антиоб­щественные явления будут преодолены и общество трансформи­руется в подлинно гражданское, роль государства будет меняться в сторону ее снижения, правовое регулирование в ряде сфер об­щественной жизни уступит место саморегулированию и инициа­тиве свободных людей.

Устройство государственной власти предполагает не только учреждение органов государственной власти, но и регламента­цию широкого круга отношений между ними. Органы государст­венной власти, несмотря на различие их задач и разделение пол­номочий, должны составлять единую целостную систему и нахо­диться в таких отношениях с людьми и их интересами, которые содействовали бы раскрытию роли государства в обществе. Кон­ституционное право составляет исходную точку развития власт­но-правовых процессов, оно призвано и может стать основой для слаженного и целенаправленного взаимодействия всех государст­венных органов, но при отсутствии внутреннего единства спо­собно породить разлад в их действиях, конституционные кризи­сы и хаос в государственной жизни.

Эта системообразующая функция конституционного права требует от него четкого закрепления объема полномочий, задач и статуса органов законодательной, исполнительной и судебной власти, а также органов местного самоуправления, порядка их образования, компетенции, форм деятельности и т. д.

§ 3. Конституционное право или государственное право? Спор о терминах

Как в нашей стране, так и за рубежом в качестве названия рассматриваемой нами отрасли права используются оба эти тер­мина. Между ними нет принципиальной разницы, и дело чаще всего в традиции. В США и во Франции, например, используется термин «конституционное право», а в Германии, тоже демокра­тическом правовом государстве, — «государственное право». В России в дореволюционный период использовались оба назва­ния, хотя собственно конституции в стране не было, что вызыва­ло спор о терминах. После 1917 г. название «государственное право» стало более распространенным скорее всего из-за мало­значительной и формальной роли социалистических конститу­ций и тотального огосударствления общественной жизни.

В современных условиях большинство российских исследова­телей склоняются к замене традиционного названия на «консти­туционное право». В этом видят своеобразный знак отказа от то­талитарной государственности в пользу конституционализма и демократии.

§ 4. Социальная природа российского конституционного права

Марксистская теория государства, долгие годы господствовав­шая в нашей стране, навязывала классовое понимание государства и права, считая сущностью конституционного права закрепление диктатуры, или «ведущей роли», одного класса. Тоталитарное госу­дарство таковым и было. Но демократическое государство не мо­жет быть классовым, ибо демократия и классовые привилегии не­совместимы. Поэтому в наше время стало бессмысленным выяв­лять «классовую сущность» конституционного (государственного) права, как это делалось государствоведческой наукой в тоталитар­ный период. В нынешнем российском обществе, постепенно при­обретающем черты современного гражданского общества, сущест­вуют различные классы, но все граждане, независимо от социаль­ного положения, пользуются равными правами и возможностями.

Поэтому сущность природы конституционного права, как и всего российского права в целом, состоит в социальном плюра­лизме, т. е. в возможности для всех классов и слоев общества в равной мере участвовать в формировании органов государства и влиять на его политику. Это влияние оказывается посредством конституционно-правовых институтов, через средства массовой информации, политические права, общественные объединения и лоббистские организации. Конституционное право закрепляет права этих объединений граждан, создавая условия для постоян­ного  контроля   общественностью деятельности   государственных органов, что в сочетании с демократическими правилами их из­брания должно исключить возможность использования власти в эгоистических интересах отдельных социальных групп или слоев. Социальный плюрализм, следовательно, есть антипод классо­вому пониманию сущности государства и права. Новое понима­ние социальной природы конституционного права соответствует теории правового государства, общепризнанным принципам де­мократии. Наше общество возвращается к такому пониманию го­сударства, которое представляет собой своеобразный обществен­ный договор между людьми. Этот договор наделяет государствен­ную власть определенными полномочиями по принуждению к соблюдению норм права, но требует от государства не забывать, что эти полномочия оно получило от людей и обязано осуществ­лять их в интересах людей. Только народ может быть источником власти — с этой простой истины и начинается конституционное право каждой демократической страны.

Реалистический подход к выявлению социальной природы конституционного права весьма важен для уяснения роли этой отрасли права как регулятора социальных и политических отно­шений в обществе. Эта роль не сводится к подавлению социаль­ной, экономической или политической борьбы в обществе, как это свойственно тоталитарному государству. Классы, социальные группы и слои, а также их объединения, реализуя свою свободу, вправе сами определять свои социальные позиции и свое соци­альное поведение в рамках конституционной законности. Но эти рамки надо установить, что как раз и является одной из функций конституционного права. Социально-регулятивная роль этой от­расли права состоит в том, чтобы не допустить насильственного захвата власти каким-либо экономически сильным или социаль­но активным классом, группой или слоем населения, злоупотреб­лений средствами массовой информации со стороны разного рода экстремистов, пропаганды насилия, войны, аморальных идей.

Роль социального регулятора крайне сложна, поскольку кон­ституционное право строится на принципах равноправия всех людей, закрепления их свободы независимо от классов и соци­альных слоев. Но именно эта роль присуща конституционному праву, заложена в его основные принципы и нормы. Оставаясь бесклассовым, оно регулирует отношения между классами и со­циальными слоями, предлагая им цивилизованную правовую ос­нову социального мира и согласия, исключающую необходи­мость прибегать к насилию.

§ 5. Конституционно-правовые отношения и нормы

Как уже отмечалось, в сферу конституционного права попада­ет только определенная часть общественных отношений. Но это не значит, что сфера конституционно-правового регулирования незначительна. На самом деле и по своему значению, и по объе­му эти отношения весьма важны. Более того, оставаясь только частью общества, государство постоянно расширяет свое вмеша­тельство в общественную жизнь. Это происходит не только из-за политических устремлений оказывающихся у власти тех или иных общественных сил, но и по причине объективно обуслов­ленного усложнения экономических, политических и социаль­ных отношений, возникновения все новых препятствий на пути общественного прогресса (рост преступности, терроризм, паде­ние нравов и наркомания, угроза экологической катастрофы, опасности, связанные со злоупотреблениями научно-технически­ми открытиями, и др.).

Отсюда усиливающийся соблазн решать общественные про­блемы авторитарными методами, тенденция сползания к тотали­таризму, тем более что в нынешнем российском обществе суще­ствуют откровенно антидемократические политические силы. Конституционное право должно быть непреодолимой преградой для этих тенденций, ни при каких условиях не утрачивая своего главного назначения: охранять свободу людей, создавая опреде­ленный общественный порядок и условия для их благополучия.

Из общей теории права известно, что воздействие права на общественные отношения порождает правоотношения, через которые происходит реализация права. Что касается конститу­ционного права, то не все его нормы способны породить право­отношения. Эта отрасль в силу своего назначения и характера содержит много деклараций, которые, безусловно, важны для установления порядка в той или иной области, но не через кон­кретные правоотношения, а путем психологического воздейст­вия на людей и провозглашения самых общих правил и прин­ципов, которые влияют на создание конкретных норм.

Примером такой декларативной нормы является положение ст. 2 Конституции РФ: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью». Ясно, что эта норма не порождает конкрет­ного правоотношения с его обязательственной частью, не может быть предъявлена в суде тем или иным человеком для защиты своих требований. Но она важна как императивное указание государству постоянно помнить о приоритете человека по отноше­нию к власти, и в этом — высочайшее значение данной нормы для поддержания демократического порядка.

Однако большинство конституционно-правовых норм все же порождает конкретные правоотношения, и поэтому очень важно иметь ясные представления о субъектах этих правоотношений, без чего нельзя решить вопрос о конкретных носителях прав и обязанностей, а следовательно, и об ответственности за наруше­ние предписанной нормы поведения. Конституционно-правовые правоотношения не столь очевидны, как, например, гражданско-правовые или уголовно-процессуальные, они редко становятся специальным объектом рассмотрения общих судов. Но эти пра­воотношения, хотя подчас и незримо, все же определяют взаимо­отношения людей и органов власти, т. е. устанавливают баланс прав и обязанностей, и получают судебную защиту со стороны органов общей и конституционной юстиции.

Субъекты конституционно-правовых отношений весьма раз­нообразны. Собственно, они составляют специфику этих отноше­ний, ибо остальные элементы во многом схожи с аналогичными элементами правоотношений, порождаемых другими отраслями права. Главным субъектом конституционных правоотношений является человек, как в статусе гражданина, так и без оного. Чело­век вступает в конституционно-правовые отношения с государст­вом через его органы. Вернее, он постоянно находится в этих от­ношениях, обладая правом потребовать от государства через соот­ветствующие органы защиты своих законных интересов. Это и есть правосубъектность, которая носит общий характер, а для оп­ределенных лиц может дополняться специальной правосубъект­ностью.

Люди выступают субъектами конституционных правоотноше­ний не только индивидуально, но и через свои добровольно соз­данные объединения: политические партии, общественные орга­низации, собрания избирателей и др.

Субъектом выступает народ, например, когда проводится все­народное голосование или формулируется источник принятия Конституции: «Мы, многонациональный народ Российской Фе­дерации...» Однако таких правоотношений все же немного в силу известной, с юридической точки зрения, абстрактности этого по­нятия. В прошлом тоталитарные режимы постоянно вводили в свои   конституционные документы  термин  «народ»,   изображая себя выразителями его интересов, что не мешало проводить мас­совые репрессии и нарушать права.

Далее, субъектами выступают государства: Российская Феде­рация, республики, входящие в Россию, а также иные субъекты Федерации (особенности их правового положения будут рассмот­рены в последующих разделах), т. е. края, области, города феде­рального значения, автономные область и округа. Эти субъекты являются участниками конституционных правоотношений как в целом, так и через органы государственной власти и управления, должностных лиц, депутатов, избирательные и парламентские комиссии и т. д. Таким образом, субъектами являются главы го­сударств (Федерации и республик), главы правительств, парла­менты и их структурные подразделения, суды всех уровней, а также органы местного самоуправления. Через избирательное право или референдум государство вступает в прямые правоотно­шения с народом.

Со спецификой конституционных правоотношений неразрыв­но связана и специфика конституционно-правовых норм. Выше говорилось о том, что ряд этих норм представляет собой нормы-декларации. Но большинство из них содержит конкретные обще­обязательные правила поведения и предполагает или прямо ука­зывает на возможность принудительного обеспечения. В них час­то можно выделить обычные структурные элементы всякой пра­вовой нормы: гипотезу, диспозицию и санкцию. Но во многих нормах санкция отсутствует, в иных же нет и гипотезы. Это за­трудняет технико-нормативистский анализ многих конституци­онных правоотношений, заставляя юристов логически выводить или искать скрытые средства правового обеспечения таких норм. Впрочем, часто этого не требуется, так как порождаемые этими нормами правоотношения не приводят к конфликтам или доста­точно надежно обеспечиваются нормами политической морали.

Как и в других отраслях права, по характеру предписания конституционно-правовые нормы бывают:

1)           императивными, в которых правило поведения не оставляет субъекту никакой свободы выбора, а четко предписывает посту­пать в  соответствии  с указанием.   Пример   (ст.   116  Конститу­ции РФ): «Перед вновь избранным Президентом Российской Фе­дерации Правительство Российской Федерации слагает свои пол­номочия»;

2)           диспозитивными, в которых субъекту предоставляется воз­можность воспользоваться или не воспользоваться своим правом, выбрать одно из действий, предусмотренных в данной норме. Пример (ч. 1 ст. 85 Конституции РФ): «Президент Российской Федерации может использовать согласительные процедуры для разрешения разногласий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъ­ектов Российской Федерации...» Или (ч. 1 ст. 117 Конститу­ции РФ): «Правительство Российской Федерации может подать в отставку, которая принимается или отклоняется Президентом Российской Федерации».

Некоторые авторы работ по конституционному праву рас­сматривают обязывание и дозволение как проявление различных приемов и способов правового воздействия на общественные от­ношения, совокупность которых образует метод конституцион­но-правового регулирования. Но для такого вывода нет достаточ­ных оснований, поскольку обязывание и дозволение свойствен­ны нормам практически всех отраслей права и, следовательно, никакой специфики конституционного права не выражают. А это лишает смысла и вывод о якобы специальном методе конститу­ционно-правового регулирования.

Можно провести, как это делают некоторые исследователи, разграничение норм конституционного права по различным дру­гим критериям (по содержанию, территории действия и др.), но такая классификация лишь в небольшой степени способствует выявлению внутренней структуры права или воли законодателя в связи с ясным закреплением этой воли в самой норме.

Группа правовых норм, объединенных известной общностью конкретной цели или сферы регулирования, образует правовой институт. Такими институтами, например, являются личные пра­ва и свободы граждан, избирательное право, парламент и т. д. Понятие правового института не может быть очень четким, по­скольку границы между институтами условны и весьма подвиж­ны, одна и та же норма может рассматриваться как часть двух и более правовых институтов. Например, норма ст. 111 Конститу­ции РФ: «Председатель Правительства Российской Федерации назначается Президентом Российской Федерации с согласия Го­сударственной Думы» является обязательной принадлежностью института президентских прерогатив, института парламентских полномочий и института исполнительной власти. Следовательно, правовой институт в большей мере операционалистское понятие, хотя и основан на объективно существующей внутренней струк­туре права и взаимосвязи норм.

§ 6. Конституционное право и политическая система

Эти два понятия тесно связаны между собой. Государство — составная часть политической системы, в которую входят также политические институты и учреждения (партии, общественные организации с политическими целями, группы давления). Госу­дарственные органы формируются и функционируют в тесном взаимодействии с другими компонентами политической систе­мы, поскольку эта система выражает политические отношения в обществе, связанные с властью (ее достижением, удержанием или использованием).

Конституционное право и политическая система — это не од­но и то же. Правовые отношения — только часть политических отношений, однако часть центральная. Институт гражданских прав и свобод, например, создает решающее условие для деятель­ности политических организаций, их борьбы за власть. Право ус­танавливает порядок, в рамках которого выражают себя основ­ные политические силы. Политика должна подчиняться праву. Наконец, через нормы конституционного права реализуется оп­ределенный общественный консенсус, в котором заинтересованы все конструктивные субъекты политических отношений, вся по­литическая элита. Легитимность власти нужна всем, кто всерьез думает о ее завоевании.

Но конституционное право все же не дает полного ответа на вопрос о том, кто и как правит в той или иной стране. Нормы это­го права сами по себе как бы безжизненны, они оживают только тогда, когда входят в соприкосновение с политической динами­кой. О некоторых правовых нормах участники политических бата­лий иногда не вспоминают годами, но, когда возникает острая по­литическая ситуация, забытая норма играет спасительную роль, удерживая стороны от внеправовых приемов. Довольно часто в ис­тории бывало и так, что политический режим превращал консти­туционное право в пустую формальность. Поэтому изучение кон­ституционного права должно дополняться изучением политиче­ской системы во всей ее сложности, т. е. науки политологии.

Понятия государственного строя и политической системы часто синтезируют в понятие «политический строй». Это неюри­дическое понятие, оно может использоваться только в публици­стике.

Важнейший элемент конституционного права — форма прав­ления. Хотя она далеко не безразлична для участников политических отношений, все же не отражает конкретных методов и спо­собов осуществления власти, которые в своей совокупности об­разуют политический режим. В стране могут быть все атрибуты демократической государственности: провозглашенные права и свободы, парламент, президент, ответственное правительство, но если политический режим представляет собой грубую диктатуру, то демократические институты превращаются в фикцию. Формы правления, таким образом, будь то парламентская республика или парламентарная монархия, президентская республика или конституционная монархия, сами по себе не свидетельствуют о большей или меньшей демократии.

Об этом также не свидетельствует политическая система, ко­торая может строиться и на многопартийности, и на традициях политической культуры и т. д., но по существу только обслужи­вать фактическую диктатуру. Только однопартийная политиче­ская система всегда и безусловно антидемократична.

Известны три основных вида политического режима: демо­кратический, авторитарный и тоталитарный.

Демократический режим характеризуется соблюдением консти­туционной законности, наличием реальной возможности для всех граждан пользоваться своими правами и свободами во всей их полноте, многопартийностью, свободной прессой, отсутстви­ем узаконенной дискриминации, независимым правосудием и т. п.

Демократический режим способствует превращению консти­туционного права в прочный каркас общественного порядка и реальную гарантию развития политической динамики без приме­нения насилия.

Авторитарный режим подчиняет конституционный механизм принятия государственных решений олигархии, концентрирует власть в руках фактического диктатора, расширяет полномочия исполнительной власти, делая ее бесконтрольной и неподотчет­ной. Устанавливается контроль за поведением всех слоев населе­ния, гражданские права и свободы сводятся на нет. В этом случае конституционный порядок сменяется режимом личной власти, фактическим доминированием силовых структур.

Тоталитарный режим сопровождается грубыми репрессиями, контролем над мыслями, полной ликвидацией оппозиции и сво­бодной прессы. Сверхцентрализация власти порождает вождизм, фактическую ликвидацию парламентских учреждений и независимого суда. Конституционное «право» при таком режиме лишь оформляет диктатуру одной партии.

Указанные три основных вида политического режима не явля­ются исчерпывающими, поскольку существует множество проме­жуточных видов. Но в любом случае они оказывают большое влияние на конституционное право, определяя степень реально­сти его норм.

Политическая система тесно взаимодействует с избиратель­ной, которая устанавливается конституционным правом. Как правило, избирательная система приспосабливается к партийной системе (двух-, многопартийной), отказывая в поддержке малым партиям, создавая скрытые привилегии для крупных, закрепляя возможность для заключения межпартийных блоков на выборах и т. д. Но избирательная система не только сама приспосаблива­ется, но и оказывает влияние на партийную систему, заставляя порой малые партии покидать политическую арену из-за беспер­спективности проведения своих кандидатов в представительные органы. Конституционное право регулирует определенные сторо­ны деятельности политических партий и общественных органи­заций, например их финансы.

Наконец, характер политической системы накладывает отпе­чаток на внутреннюю организацию парламентов, правительств, местных органов государственной власти. Конституционное пра­во, кроме того, регулирует деятельность лоббистских организа­ций в парламентах.

Существуют и другие формы взаимодействия конституцион­ного права с политической системой, они в немалой степени оп­ределяют политическую динамику в каждой стране, объясняют причину глубокой заинтересованности всех политических сил в развитии конституционного права.